Луций Корнелий Сулла: последний воитель Республики.
349
просмотров
На фоне этого персонажа республиканской истории Рима одиозные принцепсы наподобие Нерона или Калигулы выглядят вполне безобидно — они были именно что «одиозными» самодурами и повесами, развлекавшимися кто во что горазд за государственный счёт. По крайней мере, о цезарях времён ранней Империи никак не скажешь, что их руки были обагрены кровью римских граждан по самые плечи.

Этот же человек являлся едва ли не самым отталкивающим в летописях Вечного Города, именно такой его образ сохранился до наших дней — безжалостный тиран и убийца.

Луций Корнелий Сулла

Да и внешне он не производил благоприятного впечатления — на мертвенно-бледном лице, покрытым отвратительными алыми прыщами, горели фанатичным блеском ярко-голубые глаза. Плутарх впоследствии писал, что его лицо напоминало «тутовую ягоду, посыпанную мукой». Череп был словно выкроен зубилом — грубые скулы, крупный нос, выдающийся вперёд подбородок.

Звали этого человека Луций Корнелий Сулла. И мы попробуем сейчас разобраться, кто же он такой в действительности, а не в описаниях его недругов и пристрастных историков.

* * *

Происхождение, задатки и судьба Суллы были единственными в своём роде. Происходил он из древнейшего патрицианского рода Корнелиев, давшего Риму многих великих государственных мужей — достаточно вспомнить Корнелиев Сципионов, воевавших с Ганнибалом и окончательно поставивших точку в Пунических войнах. Тем не менее, ветвь Корнелиев Руфинов-Сулл ко II веку до н.э. приходила в упадок, и Плутарх, как один из основных биографов Суллы, указывает, что по смерти отца, не оставившего Луцию Корнелию Сулле завещания, у него даже не было собственного дома — что по тем временам считалось проявлением крайней бедности.

Для небогатого римского гражданина практически единственным вариантом выдвижения по карьерной лестнице была служба в армии. О первом назначении Суллы на военную должность известно лишь то, что в 107 году до н.э. (то есть в 31 год, весьма поздний возраст по римским меркам) он становится квестором у Гая Мария — знаменитого реформатора римской армии. Квестор являлся помощником консула без каких-либо специфических обязанностей — квесторы могли заниматься всем, чем угодно, от снабжения и закупок продовольствия до собственно командования отдельными подразделениями. Сулле было поручено формирование вспомогательного конного войска и последующая его переброска в Северную Африку, где Республика ввязалась в затяжную Югуртинскую войну, о которой мы однажды расскажем подробнее. Африка являлась для Рима важнейшим поставщиком зерна, и Вечный Город обязан был держать под контролем стратегически важный сельскохозяйственный регион.

Сулла блестяще справляется с заданием, получает от Мария должность пропретора и проявляет немалый военный и дипломатический талант. Именно благодаря деятельности Суллы нумидийский царь Югурта был пленён — Сулла, впрочем, сразу же передал Югурту Гаю Марию. Последнего в Риме ожидал заслуженный триумф — но именно этот факт становится причиной дальнейших раздоров и вражды между Марием и Суллой: в Риме открыто поговаривали, что победа в Югуртинской войне одержана благодаря Сулле, а почести и трофеи получил Гай Марий.

Передача Югурты (справа) Бокхом (слева) Сулле (в центре), отчеканенная на монете

Тем временам на Рим обрушилась чудовищная угроза — нашествие кимвров и тевтонов, о котором мы уже подробно рассказывали. Сулла под руководством Мария вновь добивается значительных успехов, вызывая зависть консула, и после ссоры с Марием переходит под командование Квинта Лукация Катула — полководца, говоря откровенно, абсолютно бездарного, о чём повествуют практически все римские историки. Плутарх утверждает, что Сулла желал выдвинуться на фоне недееспособного командира, но следует помнить, что моралист Плутарх Суллу не любил, да и что, собственно, в этом криминального — взять на себя руководство армией, если Катул не справляется?

Первой действительно серьёзной победой Суллы оказалась битва при Верцеллах (101 год до н.э.) — он уже был легатом и сдерживал германцев в центре, пока легионеры Мария совершали фланговый обход. Даже недоброжелательно настроенный Плутарх упоминает, что второй командующий Катул являлся очень милым человеком, «но не столь способным полководцем», и если римская армия устояла при Верцеллах против вчетверо превосходящего численностью противника, то в этом заслуга Суллы и никого иного. Надо отдельно заметить, что после сражения оба консула (Марий и Катул) смертно перессорились, споря, кто именно внёс решающий вклад в победу.

Кимврская война закончилась полным разгромом варваров, на Африканском фронте тоже установилось затишье, и Луций Корнелий Сулла, пользуясь заслуженной славой отличного военного, начинает подумывать о гражданской карьере. Он был избран претором (административно-судебная должность), затем Сенат отправил его наместником в Киликию, где Сулла с небольшим отрядом «умиротворяет» армянского царя Тиграна и его каппадокийских союзников и проводит переговоры с парфянами. По возвращению в Рим Сулла пытается выставить свою кандидатуру на консульские выборы (а мы помним, что во времена Республики два избираемых консула пользовались практически царскими полномочиями и возглавляли исполнительную власть государства). Но его планам помешала так называемая Союзническая (или же Марсийская) война, ставшая первым провозвестником Гражданской войны в Риме.

Хотелось бы напомнить, что римское гражданство давало его обладателю множество преимуществ — юридическая защищённость, полное право собственности, запрет на применение пыток и телесных наказаний и т.д. Так называемые «союзники» Рима — то есть, италийские племена, жившие вокруг Лация, гражданства не имели, и, соответственно, не имели права обрабатывать ager publicus, то есть земли, входившие в сельскохозяйственный фонд Римской республики и принадлежащие государству.

Союзническая война (91—88 гг. до н. э.)

Проблему усугублял тот факт, что ager publicus в большинстве находились на «союзнических» территориях, и чтобы устранить причину конфликта трибун, Марк Ливий Друз внёс в Сенат предложение предоставить италикам гражданство, но законопроект был отклонён, что вызвало у «союзников» вполне понятное возмущение — в итоге они открыто выступили против Рима, собрав двухсоттысячную армию. Боевые действия охватили практически всю Италию, и, разумеется, наш герой принял в них самое активное участие в должности легата.

Кампания 90–89 годов складывалась для Суллы крайне успешно — он победил в нескольких сражениях и взял такие значимые города, как Помпеи, Нолы, Самний и Эклан. В результате очередного взлёта популярности Сулла избирается консулом на 88 год и практически сразу назначается Сенатом на командование армией, обязанной выступить против понтийского царя Митридата, решившего оспорить главенство Рима в Средиземноморье.

Однако в это время в самом Риме происходят события, определившие дальнейшую гибель Республики и трансформацию таковой в Империю.

* * *

Как мы уже упоминали выше, двумя главными проблемами тех времён были реформа политическая (равные избирательные права и гражданство для италиков) и аграрная — справедливое распределение земельных наделов. Союзническая война принесла соседям Рима гражданские права, но в итоге они оказались неполными — народ оказался разделён на «старых» и «новых» граждан, причём если первых поддерживали консулы Сулла со своим другом Квинтом Помпеем, то вторых – партия Гая Мария, который, опираясь на поддержку италиков, мог провести через народное собрание практически любой законопроект в противовес мнению консулов. «Новых граждан» оказалось больше, чем «старых».

Немалую роль в дальнейших (и совершенно скандальных для Рима!) событиях сыграл союзник Гая Мария, трибун плебеев Публий Сульпиций Руф — именно он пытался провести закон о распределении всех «новых граждан» и вольноотпущенников по трибам (территориальные избирательные округа), что автоматически давало большинство голосов Марию и его сторонникам. Попутно народное собрание освободило Суллу от командования армией с передачей полномочий Гаю Марию. Сулла решил действовать и предпринял шаги, прежде в истории Рима невиданные — он повёл свою армию на Вечный Город, провозгласив, что желает «избавить Рим от тиранов».

Сулла с Квинтом Помпеем являлись консулами со всеми консульскими полномочиями, что придавало их действиям видимость законности. Шесть легионов подошли к Риму, два из них вошли в город через Эсквилинские ворота, и у подножия Эсквилинского холма произошло первое в истории вооружённое столкновение двух римских армий, подчиненных соответственно Сулле с Квинтом и Марию с Сульпицием. Победили сулланцы, и Марий вынужден был бежать из города. В Риме началась Гражданская война.

* * *

Позднее Варрон с Цицероном частенько повторяли афоризм, посвящённый Сулле — «он наполовину лев и наполовину лис, причём лис в нём куда опаснее льва». Проведя половину жизни на полях сражений и посвятив последнее десятилетие Гражданской войне, Сулла тем не менее сохранял прекрасное чувство юмора, приправлял свои свирепые выходки в качестве единоличного диктатора изящными эпиграммами, нажил сотни тысяч врагов, добился всего, чего хотел, и умер в своей постели — именно такой человек, со всеми его доблестями и пороками, стал последним великим деятелем умирающей Республики — Сулла сумел дома подавить революцию, а за рубежами Рима разгромить Митридата.

…Видя безнадёжность положения, Марий бежал в Африку. Сульпиций был убит — его голову Сулла приказал прибить к ростре, под которой выступал трибун. Все законы Сульпиция были отменены. Пока солдаты Суллы окружали Форум, было принято решение о том, что ни единый законопроект не будет выставлен на обсуждение народного собрания, пока его не одобрит Сенат — Сулла твёрдо стоял на позиции «старых римлян», не желавших упускать из рук политическую власть.

Сулла отправляется в Грецию — заканчивать войну с Митридатом, — и власть в Риме вновь перехватывают сторонники Мария, который, вернувшись из Африки с шестидесятитысячным войском, развязывает в Риме кровавый террор, убивает консула Октавия и устраивает в Вечном Городе пятидневную резню среди «старых граждан». Учреждается «революционный трибунал», действовавший против друзей Суллы и врагов Мария. Были убиты сотни патрициев, мёртвым отказывали в погребении, на улицах Рима лежали трупы, пожираемые птицами и собаками, — никогда раньше в столице мира не происходило такой кровавой вакханалии. Люди поговаривали, что пришёл конец света.

Наконец, в 86 году до н.э. Марий избирается консулом в седьмой раз и через месяц умирает, устав от тягот и насилия. Но власть остаётся за его сторонниками — консулами Корнелием Цинной и Валерием Флакком, фактически превратившими Республику в репрессивную диктатуру. Цинна без всяких выборов назначал на государственные должности верных ему людей и сам себя избирал консулом четыре года подряд…

Решающие сражения Первой Митридатовой войны: битва при Херонее и бой у Орхомена

Сулла в это время воевал в Греции, не получая от Сената никакого финансирования и будучи формально отстранённым от командования. Тем не менее, легионы шли за своим любимым командиром — были взяты Афины, разгромлена армия Митридата при Херонее и Орхомене, Сулла наконец-то высадился в Азии, чтобы сразиться с главными силами понтийского царя. В это время Валерий Флакк со своими легионами также объявился в греческой Азии, и Сулла, заключив с Митридатом мир, поворачивает свои войска против римлян… После чего решает вернуться в Италию, чтобы окончательно подавить революцию. Многие аристократы присоединяются к его войску, желая отплатить последователям Мария за террор против «старых граждан». Одного из молодых командиров, приведших к Сулле целый легион, набранный из числа друзей и клиентов, звали Гней Помпей…

Рим был взят Суллой второй раз — впрочем, без особого сопротивления. Настало время мести.

Гней Помпей

* * *

Сулла не стал утруждать себя и просить Сенат назначить его диктатором. Недолго думая, он издал проскрипционный список с именами сорока сенаторов и двух тысяч шестисот всадников, поддерживавших Мария, — все они приговаривались к смерти, имущество конфисковывалось. За доносы установили награду в 12 тысяч денариев, столько же платили тем, кто доставлял к Сулле проскрибированных живыми или мёртвыми. Террор радикалов Мария сменился не менее тяжким аристократическим террором. Погибли не менее пяти тысяч римлян. Слово Плутарху: «…Мужей закалывали прямо в объятиях жён, сыновей на руках матерей». Проскрипциям подвергались даже те, кто держал нейтралитет, фавориты Суллы наживали на конфискациях колоссальные состояния.

Гражданская война 83–82 гг. до н. э.

Так выходец из бедной семьи стал последним защитником аристократии старого Рима — названные по его фамильному имени «Корнелиевы законы» были изданы, чтобы навеки закрепить аристократическое государственное устройство. Наконец, он восстановил старинное положение, гласящее, что между занятием одного и того же поста должно пройти не менее десяти лет — все помнили примеры Гая Мария, занимавшего консульскую должность несколько раз подряд, и Цинны, самоизбиравшегося четырежды. Сулла нанёс удар по народным трибунам, ограничив применение ими права вето, вернул Сенату все законодательные, исполнительные и общественные привилегии. Сулла твёрдо верил, что только аристократия способна обеспечить мудрое управление государством.

Наконец, после двух лет диктатуры и террора, он распустил свои легионы, постановил, что ни одна армия впредь не должна допускаться на территорию Италии, и удалился на покой — все, кто мог угрожать его жизни, были истреблены или изгнаны. Сулла без личной охраны прогуливался по Форуму, заявляя, что готов дать отчёт каждому гражданину в своих действиях, если его об этом попросят, а потом удалился на свою виллу в Кумах, где отдыхал от десятилетий походов и войн. Писал мемуары, охотился, пировал, не интересуясь более государственными делами и политикой. Умер он в возрасте 58 лет, предположительно от рака ободочной кишки, и надолго остался в памяти римлян под прозвищем «Счастливый» — Сулла победил всех врагов, не проиграл ни единого сражения, достиг величайшей власти и жил без страха и сожалений. Он был природным римлянином — плоть от плоти земли Лация…

И всё-таки Сулла совершил единственную крупную ошибку, которая и погубила аристократическую Республику. Имя этой ошибке — Гай Юлий Цезарь. Цезарь входил в проскрипционные списки и мог быть убит, но влиятельные родственники заступились за него, и Сулла пощадил будущего бессрочного диктатора. Историки сохранили слова Суллы, ставшие пророческими:

— …Вы ничего не понимаете, если не видите, что в этом мальчишке скрывается много Мариев.

Так и случилось, но это уже совсем другая история. А мы будем помнить, что Сулла Счастливый пожертвовал своей репутацией безупречного полководца в глазах историков будущего ради сохранения Республики, которой после его смерти в 78 году до н.э. осталось существовать всего лишь тридцать четыре года. Стремительно приближалась эпоха Империи…

Ваша реакция?


Мы думаем Вам понравится