Мел Фишер: проклятье затонувших сокровищ.
440
просмотров
Легенды о затонувших кораблях и игры в поиск подводных сокровищ, когда вместо водолазного шлема – старая кастрюля и садовый шланг, – так прошло детство Мела Фишера. Став серьезным инженером и побывав на войне, он вспомнил о своей детской мечте. И заразил ею всю свою семью. Цель была взята 20 июля 1985 года – ему удалось поднять из-под воды сокровища затонувшего испанского галеона на сумму в 450 млн долларов. Вот только деньги ему были уже не нужны: за десятилетия поисков он потерял своего сына.

Неоднократно он пытался представить себе этот день. Долгое время воображение рисовало шумные крики ликовавшей команды, стоны раздосадованных конкурентов и одобрительные взгляды партнеров, уже было усомнившихся в его успехе. Ну и, конечно же, счастливый блеск в глазах членов его семьи. Ведь жизнь каждого из них в итоге оказалась посвящена цели, первоначально поставленной им только для себя. Цель была достигнута 20 июля 1985 года. В этот день с морского дна была поднята первая находка, положившая начало славе Мела Фишера как крупнейшего и самого удачливого кладоискателя. Только вот это уже не было осуществлением мечты. Говорят, что все усилия по поиску – это реквием по его сыну, и они должны были доказать, что его гибель при поиске сокровищ оказалась не напрасна. «Все эмоции того дня заглушало чувство вины. В тот день больше никто не стал опускаться под воду. Мы еще раз помолились за близких всем нам людей, которые отдали жизнь, чтобы приблизить этот успех. Ну, а потом началась обычная рутинная работа, – вспоминал Мэл Фишер. – С утра до вечера мы поднимали слитки серебра».

Этот «улов» – 3200 изумрудов, 150 тысяч серебряных монет и свыше тысячи слитков серебра весом около 40 килограммов – стал самым большим из всех когда-либо поднятых со дна. Но обнаружен он был в десятую годовщину смерти сына Фишера, точно день в день, что и дало многочисленные поводы для мистических обсуждений находки. Не менее мистическим многим казался и год рождения самого Фишера, 1922-й, отделявший ровно на три столетия год, когда затонул испанский галеон «Нуэстра Сеньора де Аточа». Он-то и являлся объектом его многолетних поисков.

В сентябре 1622 года это судно в числе 28 галеонов испанской эскадры отошло от берегов Америки, взяв курс домой, в Испанию. Но уже на второй день после выхода эскадры из Гаваны начался шторм. Буря разбросала галеоны, как щепки. Когда же она утихла, три главных корабля эскадры – «Ла Санта Маргарита», «Нуэстра Сеньора де Аточа» и «Нуэстра Сеньора дель Росарио» – оказались в районе островов Флорида-Кис. «Росарио» выбросило на берег, а два других корабля лежали на дне океана. В их трюмах покоились 47 тонн золотых и серебряных сокровищ. Конечно же, испанцы пытались поднять их со дна, но силами экспедиции были подняты лишь часть груза «Маргариты» и несколько пушек «Аточа». А ко времени прибытия второй экспедиции новый ураган не только разрушил остатки видневшихся мачт, но и разметал корабли самих спасателей испанской казны. Вместе с ними по огромной площади океана разметало и сокровища. И хотя за прошедшие столетия ныряльщикам попадались образцы монет и серебряных слитков, но это была лишь ничтожная часть добра затонувших галеонов. Место нахождения основных ценностей так и оставалось не найденным, пока поиском не занялся Мел Фишер.

Самый успешный кладоискатель родился в Америке. Его отец владел небольшой птичьей фермой, и Мел, помогая ему по хозяйству, уже ребенком лелеял мысль о приключениях и погружениях в океан. До сих пор в музее его имени красуется изобретенный им в детстве водолазный шлем, сделанный из старой кастрюли, садового шланга и велосипедного насоса. Но до момента своего первого спуска под воду он закончил школу, отучился на инженера, отслужил в инженерных войсках на полях Второй мировой войны, а после нее решил было продолжить дело отца. Перебравшись в Калифорнию, он принялся разводить кур. Но близость океана вновь обострила юношеские мечты, и Мел открыл магазин снаряжения для подводного плавания, а позже и школу для аквалангистов.

После участия в одной из подводных экспедиций он и решил посвятить себя поиску подводных сокровищ. Разделила это увлечение и его ученица по урокам погружения Долорес. Обучение закончилось их женитьбой и появлением на свет четверых сыновей, каждый из которых, глядя на отца семейства, с юных лет «заражался» жаждой приключений. А после того как в 1963 году случай свел Фишера с таким же одержимым страстью к поиску кладов Кипом Вагнером, он перебрался во Флориду. Основав собственную фирму, друзья и партнеры начали поиски сокровищ знаменитых испанских галеонов. Как известно, поиск кладов – довольно дорогостоящее занятие, а потому двум отчаянным романтикам просто необходимо было найти инвесторов. Но мало кто горел желанием ввязываться в подобную авантюру.

Ими был разработан весьма хитроумный план. Сначала они приглашали потенциального инвестора совершить погружение. Во время подготовки рассказывали ему о бессметных сокровищах, сокрытых в глубине океана. А потом, уже под водой, в момент обследования дна – о чудо! – инвестор собственноручно находил несколько золотых монет. Монеты, конечно же, были заботливо и заблаговременно припрятаны партнерами, но изумлению в их глазах не было предела. Они искренне и натурально поздравляли счастливчика. А у того в глазах моментально возникал долларовый эквивалент всего описанного ими клада, первую часть которого он уже обнаружил. После чего инвестор без колебаний вкладывался в проект.

Первый год поисков действительно принес результат. В мае 1964 года неподалеку от Форт-Пирс были найдены золотые и серебряные монеты. Помогло их обнаружить изобретение Фишера, направлявшее струю воды вертикально вниз и буквально размывавшее дно от песка. Тогда было поднято порядка 2500 золотых дублонов, и удача давала предвкушение еще большего успеха. Однако затем последовали годы, во время которых поиски не приносили ничего ценного, а счета росли день ото дня. Десятки тысяч квадратных миль были обследованы безрезультатно, а каждое волнение от срабатывания металлоискателей сменялось разочарованием.

Многие из числа добровольных помощников, работавших за будущую прибыль, уже покинули команду, да и в шаге от этого были практически все оставшиеся. Трудно вкратце описать все десятилетние злоключения команды. Но благодаря упорству и вере Фишера, привлечению к поиску археолога Дункана Мэтьюсона, а также сопоставлению всех собранных фактов и обследованных территорий все же удалось выдвинуть гипотезу вероятного нахождения груза «золотого галеона».

В 1975 году сын Фишера – Дирк, руководствуясь предположениями отца и Мэтьюсона, повел свой буксир в сторону острова Квиксэндс. 13 июля 1975 года он в одиночку плавал под водой и заметил похожие на бревна предметы, оказавшиеся ничем иным, как бронзовыми и позеленевшими от времени пушками с галеона «Аточа». Рядом оказались еще несколько пушек и два золотых слитка, номера которых также совпадали с грузом, перевозимым галеоном. Казалось, удача близка как никогда. Дирк продолжал обследовать местность, дожидаясь подмоги, которая, впрочем, не спешила, так как в районе прогнозировался шторм. Фишер потребовал, чтобы и сын ушел на время из данного квадрата, но после долгих уговоров все же разрешил тому остаться на месте обнаружения предметов. Шторм миновал, но на рассвете 20 июля 1975 года буксир внезапно дал течь и опрокинулся. Трое из числа команды – Дирк, его жена Анхель и аквалангист Рик Гейдж – остались в отсеке, расположенном под палубой, и погибли. Спасти их было некому.

Гибель сына Фишер переживал в себе. Он ни с кем не делился своим внутренним состоянием, но, говорят, долгое время он будто бы целенаправленно искал смерти. Отправлялся на поиски всегда один. Отплывал так далеко, что затем его приходилось искать всей командой. Не взирал на сложность обследуемых рифов и опасность, исходившую от кружащих рядом акул. Он опускался под воду без устали вновь и вновь, несмотря на штормовые предупреждения и возраст. Так продолжалось каждый сезон, пока в 1980 году он не обнаружил полосу морского дна, буквально устланную золотом и серебром. Однако после сверки номеров оказалось, что слитки принадлежали другому погибшему в тот день галеону – «Санта Маргарите». Сокровища же «Аточи», поиск которых погубил его сына, только предстояло найти.

На поиски ушло еще пять лет, пока 20 июля 1985 года магнитометр его поискового катера буквально зашкалил от найденного под водой количества металла. Отправившиеся на поиски аквалангисты не обнаружили ничего, кроме огромной подводной скалы. Но лишь только к ней поднесли ручной металлоискатель, в наушниках раздался пронзительный вой. И лишь после продолжительного разбора вековых наростов и водорослей оказалось, что скала является ничем иным, как нагромождением серебряных слитков. И это был лишь первый след «серебряной» жилы. Общая же сумма поднятых драгоценностей за все время его экспедиции составила порядка 450 миллионов долларов.

По некоторым подсчетам, столько же из погребенных океаном сокровищ «Аточи» до сих пор остается под водой. И до сих пор под руководством сыновей и внуков Фишера действует его компания. Они продолжают поиски кладов глубин океана и год от года пополняют экспозиции двух музеев имени Мела Фишера очередными ценными находками. Сам же Фишер, говорят, был готов возвратить все найденное обратно в океан, если бы была хоть малейшая вероятность вернуть погибшего сына.

Ваша реакция?


Мы думаем Вам понравится