Оборона князя Святослава в болгарской крепости Доростол: «…победить и остаться в живых, либо умереть со славой».
110
просмотров
История войны Руси с Византией 970–971 годов без преувеличения легендарна. Пиком этого противоборства стала оборона воинов князя Святослава в болгарской крепости Доростол. О ней известно любому школьнику. Однако Доростол заслуживает отдельного рассказа, тем более что сохранившиеся источники по его обороне далеко не во всём комплементарны.

Прежде всего необходимо разобраться с численностью воинов Святослава, пришедших с ним в Доростол и оборонявших его. Насколько велика была рать Святослава?

Сведения на сей счёт в доступных источниках разнятся. Византийский хронист Лев Диакон в своей «Истории» указывал, что накануне генерального сражения у стен Доростола русская дружина насчитывала до 60 000 человек. Эту колоссальную по меркам Средневековья армию другие ромейские летописцы ничтоже сумняшеся увеличивали ещё в пять раз. Когда Иоанн Скилица сообщал о 308 000 воинах под стягами Святослава, это можно было бы объяснить ошибкой переписчика рукописи. Однако о трёхсоттысячной армии русов писали и иные средневековые авторы. Как бы то ни было, данная цифра явно преувеличена. Князь и его воеводы не сумели бы даже прокормить такое гигантское войско в бедных степях Причерноморья, не говоря о его организации.

Штурм Преслава византийскими воинами в 971 году. Миниатюра из хроники XI века

Русские источники – например, Ипатьевская летопись – напротив, гласят, что Святослав оборонял Доростол силой лишь 10 000 воинов. Эту цифру поддерживали классики историографии, в том числе С. М. Соловьев. Исследователи византийской истории в СССР же придерживались позиции Льва Диакона.

Конец этим спорам положил профессор Г. Г. Атанасов, десятилетиями проводивший археологические раскопки в Силистре (Доростол). Вывод учёного однозначен – встречающиеся в письменных свидетельствах эпохи данные преувеличены, все до единого:

Около середины X в[ека] крепость Дристра занимала площадь размером в 5 гектаров или 50 000 м2. Очевидно, что на такой территории нельзя обеспечить на протяжении трёх месяцев проживание 78 тыс[яч] воинов, так как каждому из них требуется для размещения как минимум около 8–10 м2. Нужно учитывать и тот факт, что в пределах крепости помещались массивные постройки, кафедральный храм, резиденции, нужно было место для хранения продовольствия, оружия (каменные боевые шары, которые русские метали на ромеев), животных и лошадей (хронисты пишут, что Святослав использовал конницу во время сражений)

План города Силистра середины XIX века с изображением рва вокруг средневековой цитадели на берегу Дуная, который использовался в период всего Средневековья. Опубликован в научной работе профессора Г. Г. Атанасова

Кроме того, на территории крепости располагались и строения, включая кафедральный храм, дополнительно занимающие площадь. Войско Святослава определённо нуждалось в помещениях для провизии, вооружения, в хотя бы импровизированных конюшнях. По расчётам Атанасова, каждому из 30 000 русов пришлось бы ютиться на площади едва более 1 кв.м, притом – в течение 90 дней. И это без учёта болгарского населения Доростола. Вывод исследователя гласит:

Исходя из реалий, 7–8 тысяч бойцов — это критический максимум, который мог вместиться на территории крепости Дристры. Это вполне соответствует утверждению древнерусской Ипатьевской летописи, что Святослав (по его собственным словам) отправился во второй поход на Болгарию с 10 000 воинов

Русская рать несла потери в сражениях ещё на подступах к Доростолу. 23 апреля авангард византийского войска угодил в засаду, разведка боем обернулась обоюдным истреблением отрядов. Основная часть сил Цимисхия, подошедшая к крепости позднее, была выстроена в две линии. Ромейская пехота с латной конницей на флангах дюжину раз атаковала позиции русов, осыпаемые тучами стрел. На исходе дня имперская кавалерия всё же выдавила Святослава за крепостной тын Доростола.

Миниатюра из Ватиканского манускрипта XIV века. Вверху изображено завоевание Святославом Болгарии, внизу — поход Иоанна Цимисхия на Доростол

Следующие несколько дней ознаменовались рядом сражений близ крепости. Иоанн Цимисхий по руслу Дуная подвёл к городищу флот, из-за чего русам пришлось выволакивать ладьи из реки, чтобы уберечь их от сожжения. В открытом бою у Доростола рать Святослава держалась стойко. Но угрожаемый тыл вынудил князя отойти в крепость. Началась её трёхмесячная осада.

Усилия русов обезопасить стены Доростола от разрушительных действий ромейских инженерных машин дали свои плоды лишь отчасти. Византийцы в свою очередь перерезали все коммуникации вокруг крепости и выставили на дорогах усиленное охранение. Дружине Святослава грозил голод, что устремляло русов на новые и новые отчаянные вылазки. Не заставила себя ждать и угроза внутри города. Населявшие его болгары начали перебегать к Цимисхию. Князь жестоко пресёк ростки измены, казнив массу горожан из числа знати.

Осада была весьма тягостна для защитников, но вместе с тем и невыгодна для ромеев. В Константинополе продолжалась борьба за престол, которого увязший в войне Цимисхий мог попросту лишиться. Известно, что в разгар осады император предложил Святославу решить исход противостояния единоборством. Это было вполне в духе нравов Средневековья, одним из символов коего стала ордалия – «Божий суд». Патриарх русской историографии Н. М. Карамзин воспроизвёл на страницах своей «Истории государства Российского» горделивый ответ князя: «Я лучше врага своего знаю, что мне делать. Если жизнь ему наскучила, то много способов от неё избавиться: Цимисхий да избирает любой!»

Великий князь Святослав Игоревич и византийский император Иоанн Цимисхий. Художник В. П. Верещагин. Эстамп

Тем не менее, имперские осадные конструкции были веским козырем последнего. Сознавая угрозу разрушения доростольских укреплений, Святослав 19 июля предпринял вылазку из крепости. Не ожидавшие от врага столь отчаянного хода, византийцы были ошеломлены и… Лишились стенобитных машин, пожранных огнём.

Следующий день ознаменовался крупной сечей у стен Доростола. Святослав вывел воодушевлённых воинов за его стены, и атаки ромеев вновь успешно отражались одна за другой. Однако чаши весов качнула гибель одного из княжеских сподвижников по имени Икмор. Этот эпизод превосходно описан Львом Диаконом, под стать гомеровским эпосам:

Тогда Анемас, один из телохранителей Государя, сын предводителя Критян, увидя храброго исполина Икмора, первого мужа и вождя Скифского войска после Святослава, с яростью стремящегося с отрядом отборных ратоборцев и побивающего множество Римлян, тогда, говорю, Анемас, воспалённый душевным мужеством, извлёк свой меч, при бедре висевший, сделал несколько скачков на коне в разные стороны и, кольнув его, пустился на сего великана, настиг и поразил его в выю — и отрубленная вместе с правою рукою голова поверглась на землю. При сём его падении, поднимается у Скифов ужасный крик, смешанный с воплем, а Римляне быстро на них нападают. Они не выдержали сего напора и, чрезвычайно огорчённые бедствием своего полководца, закинули щиты на спину и начали отступать к городу: наши, преследуя их, побивали
Обескураженные произошедшим русы поспешили отступить в крепость.Тот же византийский автор следом описывает заклание славянами пленных неприятелей, сотворённое ночью на погребальных кострах. Более того, Диакон живописует принесение в жертву грудных младенцев, утопленных воинами Святослава в водах Дуная. Судя по всему, эти жестокие обряды действительно имели место. Безжалостная эпоха Средневековья не нуждается в лакировании. Русы и варяги под киевскими стягами были людьми своего времени и вдобавок язычниками. Работы выдающегося отечественного историка Б. А. Рыбакова демонстрируют, что жертвоприношения детей бытовали на Руси в дохристианскую эпоху.

Тризна дружинников Святослава после боя под Доростолом в 971 году. Художник Г. И. Семирадский. 1884 год

Однако гекатомба не восполнила бы Святославу понесённых потерь в живой силе. Созвав 21 июля военный совет, князь выслушал и предложения прорвать осаду с боем, и рекомендации начать с Цимисхием переговоры. Его окончательное решение выразилось в воодушевляющей речи, обращённой к соратникам. Известен ряд её формулировок, однако современный исследователь военной риторики С. Э. Зверев отказывает в доверии пересказу автором «Повести временных лет». «Перед нами типичный случай эпического отражения исторической действительности», – резюмирует историк. Куда более аутентичной в данном случае считается версия того же Льва Диакона:

Погибла слава, которая шествовала вслед за войском росов, легко побеждавшим соседние народы и без кровопролития порабощавшим целые страны, если мы теперь позорно отступим перед ромеями. Итак, проникнемся мужеством, [которое завещали] нам предки, вспомним о том, что мощь росов до сих пор была несокрушимой, и будем ожесточённо сражаться за свою жизнь. Не пристало нам возвращаться на родину, спасаясь бегством; [мы должны] либо победить и остаться в живых, либо умереть со славой, совершив подвиги, [достойные] доблестных мужей!
Утром следующего дня вся дружина Святослава вышла из Доростола, врата которого затворились – воинам было некуда отступать. Яростная атака потеснила ромеев, но ввод в бой свежих кавалерийских сил позволил им удержаться. Цимисхий прибегнул к военной хитрости – сымитировав отступление части своих войск, он направил к тылам русов отряд военачальника Варды Склира. Наряду с этим разыгралась песчаная буря, слепившая княжескую рать. Отбиваясь от атак греков, воины Святослава были выдавлены обратно в крепость. Византийская армия одержала победу, хотя исчисление Львом Диаконом павших русов 15 тысячами здесь явно преувеличено – достаточно вспомнить о предельной численности войска в Доростоле. Князь Святослав был ранен, однако одолел ромейского богатыря в поединке – Икмор был отмщён.

Кульминация осады Доростола стала и её развязкой. На следующий после генерального сражения день Святослав предложил Цимисхию начать переговоры. Их ход, итог и последующие события окажутся не менее впечатляющими. Князь Святослав погибнет в бою с печенегами на Днепре, возвращаясь в Киев. Иоанн Цимисхий, на протяжении столетий обвиняемый в организации этого убийства, переживёт соперника лишь на четыре года. Мать Святослава, княгиня Ольга, примет крещение, превзойдя в хитроумии самого византийского императора. Грядут великие события. Но обороны Доростола, этой выдающейся страницы военной истории Средневековья, они не заслонят.

Ваша реакция?


Мы думаем Вам понравится