menu
AWESOME! NICE LOVED LOL FUNNY FAIL! OMG! EW!
Как на небольшом острове Южный Гоулберн уживаются 500 человек, которые разговаривают на 9 разных языках
0
0
741
просмотров
На острове Южный Гоулберн - небольшой лесистой территории у северного побережья Австралии - есть поселение, которое называет себя Обществом Варруви. Оно насчитывает около 500 жителей, общающихся между собой сразу на девяти языках. Поселение последнее в Австралии, и, возможно, во всем мире, где существует так много языков коренных народов.

Удивительный остров

Есть язык маунга, который также называют бининь кунвок. Есть йолнгу-матха, бурарра, нджеббана и на-кара, кунбарланг, ивадиджа, креольский язык и английский.

Казалось бы, чтобы понимать друг друга Южный Гоулберн обязан быть островом полиглотов. Или хотя бы местом, где жители могут использовать пиджин (упрощенный язык нескольких этнических групп) для общения, создавая таким образом лингвистический «суп из топора».

На деле же, жители общаются между собой на своем родной языке или том, который они знают, поскольку все остальные понимают некоторые или все языки, но не говорят на них.

Понятие многоязычия

Такое явление лингвисты называют «пассивным многоязычием». Оно распространено по всему миру. Иногда появляется абсолютно случайно. Например, многие англоговорящие англы, живущие на юго-западе США, могут понимать и читать на испанском, поскольку находятся под влиянием латиноамериканцев. Дети-иммигранты, изучая новый язык, все равно оставляют способность воспринимать и понимать языки своих родителей.

В целом пассивное многоязычие - дело времени. Но в Обществе Варруви все иначе.

Рут Сингер, лингвист проекта «Истории лингвистического разнообразия» Австралийского национального университета, обнаружила такое необычное сообщество случайно. Она написала о пассивном многоязычии Общества Варруви в журнале «Язык и общение».

Путешествие Рут Сингер

В 2006 году Сингер с мужем отправились в командировку в Южный Гоулберн. Из города Дарвин (Австралия) они отплыли на лодке в своей машине. Поскольку остров не очень большой, а автомобилей на нем практически нет, решение взять грузовик Toyota было вызвано потребностью в комфорте передвижения.

Сингер с мужем познакомились с супружеской парой Нэнси Нгалминдъялмаг и Ричардом Дхангалангалем, у которого была лодка и трейлер, но не было машины. Пары рыбачили и выкапывали яйца черепах на пляже.

В момент совместного времяпрепровождения Сингер заметила, что Нэнси все время обращается к мужу на языке маунга, а тот отвечает ей на йолнгу-матха. А после обнаружилось, что Нэнси тоже свободно говорит на йолнгу-матха.

«Как только я начала исследовать многоязычие и стала прислушиваться к тому, как люди вокруг используют разные языки, - писала Сингер, я начала слышать пассивное многоязычие от Варруви везде: между двумя мужчинами, делающими ремонт забора, или между людьми в магазине».

Строгие правила сообщества

Сингер утверждала, что у этого есть много объяснений. Например, Ричард Дхангалангал, с которым она познакомилась по приезду на остров, не говорил на языке маунга, поскольку не являлся членом общества Варруви. Если бы он попытался использовать маунга, многие могли бы воспринимать это как вызов правилам, которые были ранее установлены.

Кроме того, на йолнгу-матха говорит много людей, но большинство из них не такие мультиязычные, как говорящие на менее популярных языках.

Так сложилось, что участники Общества Варруви избегают перехода на общий язык. Они понимают, что это приведет к социальным переменам и лишним тратам. Во многих семьях родители настаивают на том, чтобы их дети изучали родной язык, обычно тот, на котором говорит их отец.

На территории острова есть кланы, которые претендуют на земли. Благодаря своим языкам они закрепляют право собственности на свой участок. Поэтому каждый так ценит свое наречие.

На острове разрешено говорить только на том языке, для которого получено такое право. Если нарушить правила, то многие расценят это как признак враждебности.

Тем не менее, эти ограничения никак не относятся к пониманию языка.

Особенности многоязычия

Рут Сингер обнаружила, что пассивное многоязычие существует в Австралии давно. Об этом феномене писали и первые поселенцы из Европы еще в XVIII веке, когда прибывали сюда. Один из них писал: «Наши люди и незнакомцы свободно общались и понимали друг друга, но использовали для этого разные диалекты одного и того же языка».

Хотя Австралия не единственное место, где проявляется пассивное многоязычие, есть некая особенность в Сообществе Варруви. Подобные восприимчивые навыки приобретают статус реальных.

Например, англы в Техасе вряд ли будут указывать в резюме «понимаю испанский». А дети-иммигранты могут стесняться того, что не могут разговаривать на родительском языке. Дело и в том, что Сообщества Варруви не видят ничего особенного в пассивном многоязычии. Они не ставят цель развивать разговорные способности.

Например, друг Ричарда Дхангалангала большую часть жизни прожил с теми, кто разговаривает на маунга, но никто не ожидает, что он когда-либо заговорит на этом языке.

Ситуация в Швейцарии

Пассивное многоязычие узаконено в некоторых местах. В Швейцарии, стране с четырьмя официальными языками, в системе образования утверждено пассивное многоязычие. Дети с раннего возраста начинают изучать местный язык, национальный и английский. Это позволяет всем понимать друг друга.

Но исследования 2009 года показали, что подобная политика сформировала значительное моноязычие среди граждан Швейцарии. Более того, каждая разговорная группа выражала сильное негативное отношение к другим.

Но Швейцария позиционирует пассивное многоязычие совсем иначе, нежели Сообщество Варруви. В Европе используется большое количество родственных языков (германская, романская или славянская группы). Они изначально имеют похожие словарные конструкции и грамматические структуры для пассивного понимания.

Варруви же используют шесть абсолютно разных языковых семейств. Поэтому для пассивного многоязычия эти группы имеют несколько сложное восприятие.

Как в Швейцарии, так и в Сообществе Варруви одним из преимуществ пассивного многоязычия является то, что каждый может свободно объяснить, кто он и откуда. Сингер считает, что это помогает сформировать социальную стабильность в обществе, поскольку каждая группа чувствует себя комфортно и уверена в своей идентичности.

Изучение пассивного многоязычия

Одним из вариантов сохранения лингвистического мира в других странах является то, что каждый может выбрать язык, на котором он общается, или использовать лингва франка. Это называется аккомодацией (приспособлением), которая помогает сгладить различия между людьми. Но в некоторых местах такое понятие неприемлемо или даже немыслимо.

Сообщество Варруви - это отличный пример пассивного многоязычия. Малые группы коренных народов на удивление сложны, социально и лингвистически, а пассивное многоязычие является двигателем и следствием этого многообразия.

«Если бы мы лучше понимали восприимчивые способности многоязычия, можно было бы разработать языковое обучение, - говорит Сингер, - которое помогло бы людям, понимающим только свой язык, начать говорить со временем на других языках».

Ваша реакция?


Мы думаем Вам понравится