Тайны закулисной жизни Татьяны Пельтцер: всесоюзная бабушка, которую никто не любил, кроме народа
720
просмотров
Актеры театра "Ленком", где служила Татьяна Пельтцер последние годы, шутя называли ее Карлсоном, они говорили, что за спиной у нее спрятан моторчик. Хотя тогда известной артистке уже минуло 70 лет. Однако даже многие молодые люди могли бы позавидовать ее энергии. 6 июня исполнится 115 лет со дня рождения "всесоюзной бабушки".

Купеческое происхождение

Купеческое происхождение

Татьяна Пельтцер родилась в семье, где ее предками были купцы из немцев, занимавшиеся пушниной. Пельтцами называется одна из разновидностей шуб, что и явилось основой для фамилии. Но отец Татьяны был актером. По сути, у него она и выучилась актерскому мастерству. Первая ее роль случилась в возрасте девяти лет.

Иван Романович Пельтцер был сибаритом и жизнелюбом. Он после спектакля любил сиживать в ресторане, и дочь переняла его привычку. Он считал, что актер и его товарищи идут туда, чтобы поговорить о спектакле, продлить творческую атмосферу.

Хозяйственная жилка

Хозяйственная жилка

Будучи немецкого происхождения, Татьяна Ивановна очень любила порядок. Ее подруга Ольга Аросева вспоминала, что она была на редкость собранной, хозяйственной, разборчивой и в одежде, и в еде. Пельтцер никогда не пила готовый кофе. Она покупала его в зернах, сама жарила и молола.

А тому, как актриса собирала чемодан, нужно было поучиться. Он представлял собой шкаф в миниатюре. Там все было по отдельности - обувь, костюмы. Даже в захудалой гостинице на целине у нее были салфетки, плитка, серебряная чайная ложечка.

Прижимистой никогда не была

Прижимистой никогда не была

Такая немецкая черта была чужда Татьяне Ивановне. Своего фирменного кофе она никогда не жалела для коллег, часто приглашала на завтрак знакомых. Иногда Пельтцер в своей двухкомнатной квартирке закатывала настоящий пир горой.

Для нее в порядке вещей было порадовать гостей тазиком жаркого из бараньих ног, целым запеченным молочным поросенком или ведром салата. Хотя у нее и была помощница по хозяйству, Пельтцер всегда сама создавала кулинарные шедевры.

Никто не любит, кроме народа

Никто не любит, кроме народа

Характер у Татьяны Ивановны был не сахар. Например, она могла себе позволить поддразнивать Андрея Миронова, когда у того, по ее мнению, образовались лишние килограммы. И это не только потому, что актриса была очень дружна с его семьей. Андрея она нянчила еще во младенчестве и была ему как крестная мать. Но лекцию по самодисциплине она могла прочесть любому.

Александр Абдулов вспоминал, что острый язычок Татьяны Ивановны был известен всем ее коллегам. А если уж она не любила кого-нибудь, то поладить с ней было довольно трудно.

Пельтцер не раз спорила с режиссерами и могла даже ввернуть матерное словцо. Неудивительно, что всеобщей симпатией Татьяна Ивановна не пользовалась. Однажды Борис Новиков, которого осуждали за злоупотребление спиртным, отвечая на реплику актрисы, призвал ее помолчать, добавив, что ее никто не любит, кроме народа.

Трюки в почтенном возрасте

Трюки в почтенном возрасте

Татьяна Ивановна никогда не упускала случая повеселиться, на всех вечеринках в театре она танцевала без устали. Когда снимался фильм "Приключения желтого чемоданчика", режиссеру нетрудно было уговорить ее исполнять трюки. Несмотря на почтенный возраст, артистка самостоятельно взобралась по водосточной трубе, проехала на крыше троллейбуса, перелезла через забор.

Бывали случаи, когда после спектакля она вовсе не хотела отдыхать. Было и такое, когда Пельтцер заявила коллегам: "Чего это вы все домой навострились? Разве возможно после такого удачного спектакля ложиться спать? Давайте лучше поедем куда-нибудь, к примеру, в Ленинград". И компания дружно отправилась в аэропорт.

Незабываемая женщина

Незабываемая женщина

В шутку Татьяна Ивановна жаловалась, что Гитлер разрушил ее личную жизнь. Еще до войны она вступила в брак с немецким коммунистом Гансом Тейблером и уехала с ним в Германию, хотя этого ей вовсе не хотелось. Но муж обнадежил ее, ведь в Берлине есть театры. Однако Татьяна там работала секретаршей, и в семье стали происходить ссоры.

Тем временем обстановка в Германии ухудшалась. Актриса вспоминала, что однажды увидела выступление Гитлера в кинотеатре. И восторг, вызываемый им у немцев, ей совсем не понравился. Возможно, именно тогда она и решила вернуться домой.

Неизвестно, это ли послужило причиной, или же разлад в отношениях с мужем, но забыть свою русскую супругу Ганс так и не смог. Говорили, что вторая его жена очень ревновала к первой. Много лет он слал письма Татьяне Ивановне, передавал подарки. А его сын даже побывал в гостях у Пельтцер.

Неординарное мышление

Неординарное мышление

Татьяна Ивановна никогда не была в восторге от своей внешности, но ошеломляющий эффект произвести она могла. Как-то раз Елена Сергеевна Булгакова, которая была ее подругой, устраивая маскарад в честь Нового года, объявила конкурс на самый необычный костюм. Ростропович и Рихтер явились в костюмах крокодилов. А Фаина Раневская - в шляпе из сена, которую она сделала собственноручно, имитировав гнездо. В нем находилась большая птица.

Раневская произвела фурор и была первой претенденткой на победу, пока не пришла Пельтцер в костюме под названием "Урожай". Глеб Скороходов, которому Татьяна Ивановна рассказала эту историю, вспоминал следующее. Голова ее была покрыта венком из соломы, на платье нашито несколько десятков баранок. Из ушей также свисали баранки в качестве сережек. Они же были и на запястьях, изображая браслеты. Кольцо из бублика было даже в носу.

"Я только что с сельскохозяйственной выставки", - произнесла Пельтцер, бросая на Раневскую победный взгляд. В ответ ей Фаина Георгиевна съязвила, спросив, как же та позволяет себе подобное обращение с хлебом? Ведь продуктовые карточки еще не отменены.

В ответ на вопрос Скороходова о том, где актрисе удалось достать бублики, она сказала, что на хлебозаводе у нее работала подруга. Ночью она отправилась туда, и они вместе соорудили это оригинальное платье. Одержав явную победу, Татьяна Ивановна раздала бублики всем гостям.

Верные друзья

Верные друзья

Татьяну Пельтцер знали и как замечательного друга. Ради близких она могла свернуть горы. Ее коллега по театру Нина Корниенко вспоминала, что однажды на гастролях у нее поднялась температура, и она была не в состоянии участвовать в утренней репетиции. Когда режиссер Плучек стал требовать этого, кричать, вдруг на сцену, раскинув руки, выбежала Татьяна Ивановна с криком: "Не троньте ее!" И Плучек оставил Корниенко в покое.

Ольга Аросева вспоминала, что на гастролях на БАМе Пельтцер была единственной из всех стариков, поехавших вместе с молодежью. В сильный мороз Аросева сильно простудилась, а Татьяна Ивановна с ней больной, бредившей от жара, провела вместе всю ночь, не прекращая ухода.

Однако друзья и самой актрисе помогали не один раз. Так, в 1940-е годы Мария Миронова спасла Пельтцер, когда под подозрением были все люди с немецким происхождением. Энергичной Марии Владимировне, собравшей команду знаменитых актеров, двинувшуюся в Моссовет, удалось добиться "охранной грамоты" для подруги.

Так же упорно боролся за актрису и Марк Захаров, который был ее любимым режиссером. Он считал Татьяну Ивановну своим талисманом. Под конец жизни у нее были проблемы с памятью, однако он до последних дней позволял Пельтцер появляться на сцене в спектакле "Поминальная молитва". Специально для нее написали роль престарелой матери.

Ее друг Александр Абдулов столь бережно обращался с актрисой, что зрители не могли отличить, где сын проявляет заботу о матери, а где актер делает подсказки своей партнерше.

Ваша реакция?


Мы думаем Вам понравится