Подпольная экономика СССР: как в стране дефицита создавались целые состояния

Как рождалась «вторая экономика» Советского Союза

Теневая экономика в СССР началась не с грандиозных махинаций, а с мелких, повседневных сделок. Началом стали бартер, частные услуги и взятки — всё, что выходило за рамки жёсткого государственного контроля. Подобные экономические отношения существовали всегда и везде, так как они основаны на простом противоречии: желании продать товар дороже, а купить дешевле. Однако чем жёстче государство контролировало рынок, тем больше усиливалось это подпольное явление.

Первые ростки советской «теневой экономики» проросли в 1920-е годы во времена НЭПа, когда ослабленный гражданской войной контроль создал для этого определённые условия. В сталинскую эпоху деятельность «кустарей» и артелей была под строгим надзором, однако существовала. Послевоенная разруха стала новым толчком: активно создавались артели, использовавшие отходы от госпредприятий, а частные мастера шили одежду и чинили обувь, заполняя пустоту в сфере услуг.

Почему эпоха «застоя» стала золотым веком для теневого бизнеса

Настоящий расцвет подпольного бизнеса начался в конце 1950-х, когда плановая экономика перестала справляться с запросами населения. Непопулярные реформы Хрущёва лишь подстегнули этот процесс. Дефицит стал хроническим, и для получения самого необходимого — от колбасы до мебельного гарнитура — гражданам приходилось прибегать к «блату», подношениям или завышенным ценам.

Ответом власти стало ужесточение наказаний. В 1961 году за особо крупные экономические преступления была введена смертная казнь, и за первый год её применили более двух тысяч раз. Этот «дамоклов меч», однако, не останавливал тех, кто хотел жить лучше. По оценкам, к середине 1970-х в теневых операциях так или иначе участвовало около 20 миллионов советских граждан. Уникальная подпольная экономика стала реальностью, в которой выделились три главные фигуры.

Цеховики: тайные лорды эпохи дефицита

В 1970-е годы теневая экономика вышла на новый уровень — появились подпольные предприятия, целые нелегальные фабрики. Организаторов этого бизнеса называли «цеховиками». Наиболее прибыльным было швейное производство.

Цеховики были не просто кустарями. Часто это были инженеры или руководители, имевшие доступ к сырью и оборудованию государственных предприятий. Некоторые умудрялись организовывать целые нелегальные линии прямо на территории государственных заводов. Риск был колоссальным, но и доходы оправдывали всё: цеховик мог стать подпольным миллионером.

Огромными были и заработки наёмных работников. Швея на нелегальном производстве получала до 800 рублей в месяц, тогда как средняя зарплата по стране едва достигала 150. Однако «счастливая» жизнь миллионеров была полна ограничений. Они не могли позволить себе открытую роскошь, чтобы не привлекать внимания. Поездки за границу или крупные покупки автоматически делали их объектом интереса КГБ. Их главный принцип был прост: «не светиться». Лишь самые крупные игроки с прочной «крышей» в руководстве могли чувствовать себя относительно вольготно.

Фарцовщики: дилеры западной мечты

Если цеховики производили товары, то фарцовщики снабжали страну символами «красивой жизни» с Запада. Эта индустрия расцвела после Всемирного фестиваля молодёжи и студентов 1957 года в Москве, познакомившего советских людей с зарубежной модой и культурой.

Фарцовщиками часто становились студенты, переводчики, таксисты и все, кто мог контактировать с иностранцами. Они скупали у них джинсы, фирменные кроссовки, пластинки, жевательную резинку и даже простые пакеты с логотипами западных брендов, а затем перепродавали с огромной наценкой. Для целого поколения фарцовщик был проводником в запретный мир.

Эта деятельность была крайне опасной. За спекуляцию и валютные операции можно было получить длительный срок, а в отдельных случаях — и высшую меру. Облавы на «дилеров западной мечты» были обычным делом. Конец эпохе фарцовки положили лишь перестройка и открытие границ, когда импортные вещи перестали быть недоступной роскошью.

Спекулянты: массовая армия чёрного рынка

Самой распространённой и массовой формой теневого бизнеса была обычная спекуляция. Ей занимались миллионы людей, готовых часами стоять в очередях, чтобы купить дефицитный товар по государственной цене и тут же перепродать его.

Особую роль в этой системе играли сами работники торговли. Продавцы, заведующие магазинами и складами "придерживали" под прилавком всё, что пользовалось спросом: от импортной бытовой техники и ковров до дефицитных продуктов вроде сырокопчёной колбасы или цитрусовых. Эти товары уходили "по знакомству" или "с чёрного хода", в то время как официальные полки ломились от банок с морской капустой и тушёнки. Спекуляция стала негласной, но общепринятой частью советской повседневности, своеобразным налогом на возможность жить чуть лучше.