Как рождалась конница
72
просмотров
Когда индейцы впервые увидели испанских конных воинов, то восприняли лошадь и всадника как единое существо. И не только они! В греческой мифологии именно так и возникли кентавры. Как же конница появилась на полях сражений и как она менялась — в нашем материале.

От колесниц — к коннице

Первые свидетельства одомашнивания лошади относятся к Ботайской культуре IV–III тыс. до н. э. Правда, в 2018 году палеогенетики, исследовавшие их останки, пришли к мнению, что центров доместикации было как минимум два, а лошади Пржевальского — потомки одичавших ботайских лошадей. С этим мнением согласились далеко не все — научная дискуссия продолжается до сих пор. Эта «битва за лошадь» как бы намекает, что следует аккуратнее интерпретировать результаты подобных исследований.

Чтобы не получился очередной научный наброс на вентилятор.

Так или иначе, верховая езда была освоена достаточно рано. В ходе недавних раскопок кургана в Костанайской области (Казахстан) удалось обнаружить останки двух лошадей, погребённых вместе с их хозяином. Там же были найдены и костяные детали уздечки — животных использовали в верховой езде. Радиоуглеродный анализ датировал захоронение XIX–XVIII веками до н. э. Но это были только первые ласточки.

На полях сражений конница вытеснила боевые колесницы в начале второго тысячелетия до н. э. У нового рода войск были преимущества: всадники имели лучшую проходимость и обходились дешевле. Появился стимул для выведения новых пород лошадей, более крупных и мощных.

Развитие конницы пошло двумя путями. В Европе всадники стали копейщиками, на востоке — конными лучниками. Но развитие это не было поступательным, и Эллада тому наглядный пример.

Афинский кавалерист и афинский кавалерист-рекрут. Художник — Ангус МакБрайд

В Афинах конница появилась в начале V века до н. э., во время греко-персидских войн. Конный корпус состоял из трёх сотен всадников. Во время расцвета полиса, при Перикле, их численность выросла до тысячи, а в IV веке снизилась до двух-трёх сотен. Стандартного вооружения не имелось. Кто-то мог сражаться, имея пару дротиков, у кого-то было копье; мечи же были далеко не у всех.

Македонские всадники первоначально были дротикометателями, но в войске Филиппа II и его знаменитого сына они стали ударной силой. Гетайры и фессалийцы вооружались копьями длиной около трёх метров, носили панцири и шлемы, но не имели щитов и поножей. Копьё держали одной рукой и наносили удар, поднимая его над головой. Всадники сидели на мягких чепраках — из шкуры или войлока.

В армии Александра также были продромы (буквально — «идущие впереди»). У этих конных воинов имелись сариссы, длина которых остаётся предметом споров.

Александр в одежде старшего офицера гетайров и всадник конницы гетайров. Художник — Ангус МакБрайд

Македонские всадники III–II веков до н. э. разительно отличались от воинов эпохи Александра. Теперь они вооружались парой метательных копий и махайрой — серпообразным кривым мечом. И главное — они получили щиты!

Таким образом, как заметил историк Александр Нефёдкин, вместо ближнего боя македонская конница вернулась к дистанционному. На смену конной атаке с копьями, сметавшей врага, пришла тактика hit and run. Коннице нередко придавали легковооружённую пехоту. Они сражались вместе, в едином строю; пехота делала конницу более устойчивой.

Считается, что щиты у конницы появились после столкновений с кельтами в III веке до н. э. Новые завоеватели прошлись огнём и мечом по Балканам и добрались даже до Малой Азии. Повлияли они и на тактику эллинистической пехоты.

Тарентинский всадник с дельфином на щите — символом Тарента. Художник — Джонни Шумейт

В то время появился и новый вид конницы — «тарентинцы». Так — по имени греческого города в Южной Италии — называли конных дротикометателей.

От лучника к катафракту

Выражение «парфянский выстрел» означает реплику, произнесённую перед уходом. А вот «скифским выстрелом» в XIX веке называли кокетливый взгляд, брошенный женщиной через плечо.

Выстрел назад был излюбленным тактическим приёмом конных лучников.

Эта тактика стала возможной благодаря созданию композитного (составного) лука.

У сарматов, которые сменили в степях скифов, появились катафракты (греч. — «покрытый бронёй»). Сарматские воины вооружались пиками и мечами, в расчёте на ближний бой. Лук сохранялся в качестве вспомогательного оружия. И воинов, и их коней защищали доспехи из кожи и металлических пластинок. Щиты не использовались.

Первоначально такое вооружение имели знать и её дружины — они сражались в первых рядах.

О такой паноплии (комплексе вооружения) свидетельствуют античные авторы, а также изображения, которые, впрочем, трактуются по-разному. Если исходить из анализа сарматских захоронений, куда вместе с воином клали и его оружие, то тяжеловооружённых всадников было сравнительно немного.

Новая тактика сарматов стала возможной благодаря использованию седла новой конструкции. Так, скифы использовали «мягкие» сёдла — небольшой глубины, без жёсткой задней луки. Новые же сарматские сёдла имели глубокий ленчик и высокие луки. Этого удалось добиться благодаря арчаку — деревянному каркасу, на который и натягивалась кожа. Такое седло даже без стремян обеспечивало уверенную посадку и позволяло всаднику наносить сильный удар пикой.

Сарматские всадники, художник — Г. Эмблтон

Катафрактами (либо катафрактариями) называли ударных тяжёлых всадников. Мода на катафрактов пришла и в эллинистические государства: например, они появились в войске Селевкидов. Всадники — а также их кони — были покрыты бронёй с головы до ног. Во время атаки воин держал копьё двумя руками.

Всадники, которые вместе с лошадьми защищались бронёй, были и у Дария в битве при Гавгамелах. Но скорее всего, они вооружались дротиками. Против македонской фаланги и гетайров Александра этот козырь не сыграл. Персидскому царю, видимо, не хватило времени, чтобы провести военную реформу и создать армию, способную противостоять завоевателям.

Александр в битве при Гавгамелах, художник — М. Якубец

Рим

Рим совершал свои завоевания, полагаясь именно на пехоту. Хотя конница у него была (и в дальнейшем сохранилось привилегированное сословие всадников). Но армия республики предпочитала использовать союзную конницу, более многочисленную и боеспособную. В римском войске при Каннах соотношение пехоты и конницы было 13:1.

Для сравнения: в войске Александра Македонского соотношение пехоты и конницы в начале восточного похода составляло примерно 6:1. В армии Ганнибала при Каннах — 4:1.

Всадник, да ещё с запасной лошадью, занимает в походной колонне либо боевом строю намного больше места, чем пехотинец.

Зрительно эта пропорция была ещё меньше.

Знаменитые нумидийцы, обеспечившие Ганнибалу ряд побед, представляли из себя конных дротикометателей. В качестве оборонительного вооружения использовали небольшой круглый щит. Снаряжение оставалось примитивным: у них не было сёдел, а удила заменял ремень на шее лошади. Воины имели запасных лошадей и меняли уставших на свежих во время боя.

Нумидийские всадники, художник — А. Аверьянов

Такие бойцы действовали как застрельщики, а также были незаменимы для разведки, различных рейдов или во время преследования отступавших.

Нумидийские всадники в дальнейшем стали сражаться и на стороне Рима, и обеспечили ему победу над Ганнибалом в битве при Заме в 202 году до н. э. Есть их изображение и на колонне Траяна (начало II в. н. э.).

С катафрактами римляне впервые столкнулись не в печально известной битве при Каррах в 53 году до н. э., а намного раньше — при Магнесии, в 197 году до н. э. И это были не контрафактные катафракты, а настоящие, селевкидские! Но легионеры одолели их. Справлялись с ними и позже — например, в битве при Тигранокерте в 69 году до н. э. Тогда Лукулл разбил огромное войско армянского царя Тиграна Великого.

Битва при Магнесии, художник — Грэм Самнер

Сражаясь с парфянскими и сарматскими катафрактами, римские полководцы по достоинству оценили их — и завели своих. А также клибанариев — ещё один вид тяжёлой конницы. Тем не менее, основой армии империи до её заката все равно оставалась тяжёлая пехота. Золотой век конницы наступит позже.

Ваша реакция?


Мы думаем Вам понравится