Эдуард Тотлебен: история «русского Вобана»
117
просмотров
Инженер-генерал граф Эдуард Иванович Тотлебен, легендарный герой Севастопольской обороны, прозванный современниками «русским Вобаном» родился в 1818 г. в Митаве.

Большую часть детства он провёл в Риге, городе, который словно нарочно создан для того, чтобы пробуждать и поддерживать интерес к крепостному строительству. Подступы к этому старинному балтийскому порту прикрывают многочисленные укрепления. На улицах Риги и в её окрестностях можно увидеть и средневековые оборонительные башни XIII в., и земляные валы, и бастионы, возведённые шведами в XVII в. Неудивительно, что интерес к военной архитектуре проявился у юного Тотлебена весьма рано. Семья сочла это увлечение подходящим, и в 1832 г. отец отвёз четырнадцатилетнего Эдуарда в Петербург, где он поступил в Главное инженерное училище. Пройти полный курс обучения молодому Тотлебену не удалось вследствие слабого здоровья. Будущий герой Севастополя и Плёвны страдал болезнью сердца, из-за которой его возможность делать военную карьеру неоднократно ставили под сомнение. Но молодой человек был очевидно талантлив, и, получив в училище базовые знания, отправился служить в учебный сапёрный батальон под Петербургом в чине поручика.

Начальником Тотлебена оказался генерал-адьютант Карл Андреевич Шильдер, личность во всех отношениях примечательная. Блестящий военный инженер, он был широко известен своими нетривиальными идеями, не только в фортификации. В 30-е годы Шильдер занимался разработкой гальванических (взрывающихся при помощи электричества) подводных мин. Проблемы, возникшие в ходе работ, привели его к мысли о необходимости создания подводной лодки.

Впрочем, история возникновения подводного флота, хоть и очень интересна, не имеют прямого отношения к теме данной статьи. На момент, когда поручик Тотлебен поступил под начало генерала Шильдера, последний трудился над разработкой трубной контрминной системой для борьбы с подземными минными галереями противника. Прибывшему в его распоряжение молодому инженеру он поручил проведения опытов, и остался весьма доволен их результатами, а также стилем работы нового сотрудника. За вклад в разработку контрминной системы поручик Тотлебен в 1842 г. был удостоен ордена Святого Станислава 3-й степени, в 1847 г. – Святой Анны 3-й степени. Кроме того, он приобрёл влиятельного покровителя в лице Шильдера. В дальнейшем отношения между двумя светилами российской фортификации не всегда складывались идеально. Методичному, любящему порядок Тотлебену порой нелегко было ужиться с горячим, порывистым Шильдером, которого историк Зайончковский как-то назвал «выдающимся, но чрезвычайно нервным инженером», в то время как Тотлебена называли инженером "дельным и скромным". Однако, Карл Андреевич неизменно отдавал должное таланту своего ученика и способствовал его карьерному росту.

Следующую свою награду – Владимира 2-й степени, Тотлебен получил уже за участие в боевых действиях во время Кавказской войны 1847 – 1849 гг. Тогда же ему был присвоен чин капитана. В ноябре 1850 г. Эдуард Иванович был переведён в Варшаву, так как находившийся там в ту пору Шильдер предложил ему место адъютанта. Однако, вскоре Тотлебен поссорился со своим покровителем, и с осени 1851 г. служил в Петербурге в Инженерном корпусе. Конец этой размолвке положила Крымская война.

«Обстрел пароходом „Прут“ турецкой крепости Силистрия на Дунае 1854 года». Картина А . П. Боголюбова (1856)

Когда началась война, Шильдер получил направление в Дунайскую армию, где в задачу инженеров входили подготовительные работы по форсированию Дуная русскими войсками. Отправляясь в зону боевых действий, генерал вызвал к себе Тотлебена, на тот момент подполковника инженерных войск.

После того, как водная преграда была успешно преодолена, Шильдер руководил инженерными работами при осаде крепости Силистрия, опорного пункта турок в нижнем течении Дуная, прикрывающего кратчайший путь от этой реки до Константинополя.

Осаду Силистрии, имевшую место в мае – июне 1854 г., нельзя назвать славной страницей в истории Российских вооружённых сил. У руководства изначально не было единого мнения о целесообразности этой операции. Главнокомандующий, фельдмаршал Паскевич, был категорически против штурма города, и вообще, считал, что армию необходимо немедленно отвести с занимаемых ею позиций, так как в случае вступления в войну Австрии, что казалось фельдмаршалу весьма вероятным, положение станет угрожающим, а все победы бесплодными. Император Николай I полагал австрийскую опасность призрачной, и в письмах, которые он слал из Петербурга Паскевичу, требовал, чтобы Силистрия была взята. В результате фельдмаршал нехотя приступил к осаде, которая велась весьма вяло. Раздражённый Шильдер называл эту операцию «практическими саперными работами против учебного турецкого полигона», а Тотлебен случайно слышал, как один из солдат дал ситуации ещё более резкую характеристику: «Паша хочет сдать Силистрию, а фельдмаршал не хочет её взять». «Практические сапёрные работы» стоили, однако, жизни старому генералу, 1 июня 1854 г., находясь в траншеях близ вражеских укреплений, Карл Андреевич получил смертельное ранение.

После того, как учитель Тотлебена выбыл из строя, Эдуард Иванович возглавил осадные работы на левом фланге. Ему удалось вплотную продвинуться к передовым турецким укреплениям и взорвать их, но последствий это не имело. 11 июня осада с Силистрии была снята. По горькой иронии судьбы, в тот самый день генерал Шильдер умер на операционном столе.

Неудача под Силистрией, наверняка оставившая тяжёлый осадок в душе Тотлебена, тем не менее, не может быть поставлена в вину руководителям осадных работ. По свидетельству английских офицеров, посетивших после отхода войск русские батареи, эти постройки доказывали «большое искусство русских инженеров». Большинство исследователей данной темы сходятся во мнении, что Силистрию «главнокомандующий не имел намерения взять, считая всякий одержанный на дунайском театре успех бесполезным».

Несмотря на все эти печальные обстоятельства, опыт, полученный под стенами дунайской крепости, весьма пригодился «русскому Вобану». Историк Крымской войны Зайончковский рассказывает, что во время осады турки «день и ночь усиливали свои укрепления , возводили новые работы и, по преувеличенному понятию англичан, дали нам маленький урок в том, как впоследствии оборонять Севастополь». Негативный опыт «силистрийского сидения» был также учтён при осаде Плёвны в 1878 г.

Фрагмент панорамы «Оборона Севастополя» . Ф. А. Рубо

Осенью 1854 г. Тотлебен был направлен в Севастополь. Участие в героической обороне – самые известные страницы биографии знаменитого фортификатора. Этой теме посвящены сотни книг, Поэтому автор данной статьи предпочитает дать лишь самую общую характеристику севастопольского периода жизни Тотлебена, уделив больше внимания менее известным моментам.

Накануне высадки союзных войск главный военный порт юга Российской империи был удовлетворительно защищён только с моря. Укрепления вокруг города приходилось возводить в большой спешке. Хотя с появлением Тотлебена, по словам адмирала Корнилова «в неделю сделали больше, чем прежде делали в год», правду сказать, до появления неприятеля с северной стороны успели лишь создать видимость наличия там мощных оборонительных сооружений. Но этих декоративных укреплений оказалось достаточно, чтобы ввести противника в заблуждения, и союзники отказались от немедленного штурма. Таким образом, было выиграно время, и этим временем воспользовались, чтобы завершить строительство мощных фортов, бастионов и люнетов, прикрывших главную русскую военно-морскую базу на Черном море. В дальнейшем, во время обороны Севастополя Тотлебен умело использовал малейшую паузу в наступательных действиях противника для восстановления разрушенных неприятельским огнем укреплений. Суровость и требовательность, которую он проявил во время организации оборонительных работ, вызвали нарекания подчинённых. Но руководитель обороны адмирал Нахимов ценил инженера чрезвычайно высоко. Имеется свидетельство, что узнав о намерении одного из своих офицеров пожаловаться он ответил: «На Тотлебена? Подите вон!». В ходе Севастопольской операции Эдуард Иванович был произведён сначала в полковники, а затем в генерал-майоры.

Раскопки севастопольских укреплений времён Крымской войны. Батарея №8

8 июня 1855 г. генерал Тотлебен был ранен в ногу навылет. Не имея возможности находиться в строю, он еще два месяца оставался в осаждённом Севастополе, но, в конце концов, был вынужден его покинуть. Вскоре после этого Южная сторона города была занята войсками противника. Севастополь продержался одиннадцать месяцев.

По окончании Крымской войны Эдуард Иванович провёл два года за границей. Целью этой поездки было не только поправка здоровья. Генерал стремился ознакомиться с организацией инженерного дела на Западе. Он понимал, что по возвращении на родину его ожидает большая работа.

Конец 50-х – 60-е гг. XIX в. – время, когда в фортификации назрела очередная революция, вызванная новым этапом развития артиллерии – появлением нарезных орудий. Нарезная артиллерия значительно превосходила прежнюю гладкоствольную по дальнобойности. Это значит, что старые укрепления, оптимальное расположение которых высчитывали исходя из дальности пушечного выстрела, никуда не годились, и должны были быть перестроены. Убойная сила и точность попадания орудий также сильно возросла, так что следовало подумать о способах увеличения прочности укреплений. Нужно было усиливать толщину стен и сводов, засыпать их грунтом, ограждать защитными валами, переносить и укреплять пороховые склады. Обо всём этом размышлял Тотлебен во время своего европейского турне.

Оказавшись за границей, Эдуард Иванович вдруг обнаружил, что пользуется там большой популярностью. Помнящие его по Севастополю французы и англичане, отзывались о бывшем враге восторженно, как о непревзойдённом профессионале.

Показателен следующий случай. Когда в 1858 г. Тотлебен посетил Бельгию, там как раз обсуждался вопрос о коренной перестройке старой Антверпенской крепости. Правительству предстоял выбор между двумя проектами; один принадлежал начальнику бельгийского инженерного корпуса генералу де Лануа, а второй - капитану генерального штаба Бриальмону. Последний проект был разработан согласно новейшим требованиям военно-инженерного искусства, но он именно в силу своей новизны не нашёл понимания у экспертов и не имел сторонников. Однако комиссия решила воспользоваться случаем и посоветоваться со знаменитым защитником Севастополя. Тотлебен решительно высказался в пользу проекта Бриальмона. Его авторитетное мнение развернула ситуацию на сто восемьдесят градусов, и комиссия проголосовала за план Бриальмона, сделавшегося впоследствии инженером всемирной известности.

Вернувшись в Россию, Тотлебен с 1859 г. состоял директором инженерного департамента военного министерства, а в 1863 г. был назначен товарищем генерал-инспектора по инженерной части. В том же году к нему был назначен новый адъютант - только что окончивший инженерную академию Николай Карлович Шильдер, сын его старого учителя. В будущем Николай Шильдер стал знаменитым историком. В числе прочего, из-под его пера вышла и двухтомная биография Тотлебена, под началом которого он служил много лет.

В 1862 г. Эдуард Иванович составил доклад о необходимости переустройства российских крепостей, как морских, так и сухопутных, в соответствии с требованием времени. На осуществление этого плана в полном объёме не хватило финансирования, тем не менее, под руководством Тотлебена была выполнена перестройка укреплений важнейших военных портов – Керчи, Николаева и Кронштадта. Между прочим, в ходе работ по укреплению Кронштадта, произошло событие, ставшее первым звеном в цепи обстоятельств имевших значительные последствия для России.

Во время перестройки одно из кронштадских укреплений, форт «Великий князь Константин», было (впервые в мире) снабжено брустверами из бронированной стали. Работы шли медленно из-за задержек поставки металла. В поисках подходящих заводов-изготовителей Тотлебен вновь отправился в Европу. Он остановил свой выбор на Мильвольском железопрокатном заводе (Великобритания), продукция которого оказалась наиболее прочной и надёжной. Директором этого завода, был некто Джон Юз, уроженец шахтёрского края Британии – Южного Уэльса.

Форт "Великий князь Константин"

Среди соотечественников Юз уже пользовался известностью не только как великолепный организатор производства, но и как изобретатель лафета для дальнобойных тяжёлых орудий и подъёмной машины прямого действия. С размещением на Мильвольском заводе военного заказа русского правительства судьба английского инженера впервые пересеклась с судьбой России. В ходе выполнения этого заказа Джон Юз и Эдуард Тотлебен сошлись весьма близко. Не в последнюю очередь благодаря влиянию инженер-генерала Юз получил в 1868 г. концессию на строительство на юге России завода по выделке рельсов. Страна стремительно покрывалась сетью железных дорог, и спрос на рельсы был колоссальный.

Английский инженер взялся за дело со свойственной ему основательностью. В числе прочего он провёл серьёзное геологическое исследование южных степей и опроверг авторитетное мнение французского геолога Ле Пле, что природа одарила этот край первоклассным углем, но не наделила его богатыми залежами железной руды. При налаживании металлургического производства Юз впервые в России использовал минеральное топливо - кокс. До этого в русском железном производстве использовали древесный уголь. Вокруг основанного англичанином в 1869 г. металлургического завода вскоре выросло поселение рабочих – знаменитая Юзовка, эмбрион будущего славного города Донецка.

Вернёмся, однако, к главному герою нашей статьи. Говоря о деятельности Тотлебена в период между двумя войнами : 1854 – 1856 и 1877 – 1878 гг. , необходимо наверное вспомнить о том, что это - время проведения весьма радикальной военной реформы, полностью изменившей принцип формирования российских вооружённых сил. Но, не смотря на занимаемый высокий пост, роль Эдуарда Ивановича в структурных, а не технических преобразованиях армии – весьма скромная. Он не слишком сочувствовал реформам, по мнению некоторых современников даже стремился их тормозить. Впрочем, в актив деятельности Тотлебена, связанной с военной реформой, можно отнести его работу с меннонитами. Члены этой протестантской секты голландского происхождения впервые появились в России в конце XVIII ст. Правительство предоставляло им немалые льготы с тем, чтобы последние заселяли малоосвоенные приазовские степи. Введение всеобщей воинской повинности вызвало в среде меннонитов сильное волнение, так как вера запрещала им брать в руки оружие и приносить присягу. Многие из них пожелали покинуть империю.

В 1874 г. Эдуард Иванович лично вёл переговоры с руководителями общин. Сговорились на том, что меннониты должны быть освобождены от ношения оружия и потому будут отбывать обязательные сроки службы в мастерских морского ведомства, в пожарных командах и в особых подвижных командах лесного ведомства. Таким образом, отток колонистов из южных степей был остановлен.

Артиллерийский бой под Плевной. Батарея осадных орудий на Великокняжеской горе. Художник Н. Дмитриев-Оренбургский

Следующий яркий эпизод в биографии Тотлебена – русско-турецкая война 1877-1878 г. и, конечно же, осада Плевны. Та самая, что хорошо известна всем любителям творчества писателя Бориса Акунина по роману «Турецкий гамбит».

Роман – это, разумеется, не исторический источник, однако, мы, чтобы развлечь читателя, позволим себе процитировать художественный текст: «Лагерь за три месяца изменился до неузнаваемости. Палаток не осталось — ровными шеренгами выстроились дощатые бараки. Повсюду мощеные дороги, телеграфные столбы, аккуратные указатели. Все-таки хорошо, когда армией командует инженер, подумала Варя. В особой части, которая теперь занимала целых три дома, сказали, что господину Фандорину выделен отдельный коттэдж (дежурный произнес новое слово с явным удовольствием) и показали, как пройти».

После окончания войны Тотлебен был на некоторое время назначен командующим всей оставшейся в Болгарии русской армией. В 1979 г. он стал членом Государственного совета, одесским генерал-губернатором и командующим войсками Одесского военного округа. В том же году, в 25-ую годовщину первой бомбардировки Севастополя ему был пожалован титул графа.

На посту одесского генерал-губернатора прославленный фортификатор показал себя, что называется, «махровым реакционером». Беспощадно вылавливал и предавал суду членов подпольных революционных организации, устраивал слежку за подозрительными. Напомним, на дворе 1879 год, апогей кровавого противостояния власти и оппозиции. В этот год императора Александра II пытались убить трижды. До его трагической гибели осталось меньше двух лет. За год пребывания Тотлебена в Одессе из города выслано 104 человека, 18 человек осуждено на каторжные работы, 5 - на смертную казнь.

В мае 1880 г. Тотлебен получает новое назначение – виленского, ковенского и гродненского генерал-губернатора и командующего войсками Виленского военного округа. Это был последний его пост на государственной службе.

Осенью 1882 г. здоровье генерала сильно пошатнулось, и он получил отпуск для лечения за границей. 19 июня 1884 г. в местечке Соден около Франкфурта-на-Майне Эдуард Иванович Тотлебен скончался. Останки его были доставлены в Севастополь и погребены на Братском кладбище, где хоронили павших защитников города.

Понравился материал? Вы можете поблагодарить автора! Поделитесь этой статьей со своими друзьями.

Ваша реакция?


Мы думаем Вам понравится