Первая заморская война США: янки у варварских берегов.
Ранним утром 11 октября 1784 года шедший вдоль Канарских островов торговый бриг США «Бетси» был атакован недалеко от Тенерифе. Команда не стала оказывать сопротивления марокканским пиратам, поэтому обошлось без жертв. Судно вместе с командой отвели в Сале. К большой удаче американских мореплавателей, в городе оказался испанский консул. Так как США тогда были в союзе с Испанией, тот помог разрешить сложившуюся ситуацию. Пленных отпустили, но это было лишь началом череды событий.

Ничего личного — просто бизнес

Пиратство для арабов Северной Африки было доходным промыслом, которым они занимались с VII века. Их быстроходные шебеки долгое время держали в страхе всё побережье Европы вплоть до Скандинавии. Основные базы берберийских пиратов находились в Магрибе — Тунисе, Алжире, Триполитании и Марокко. Правители этих провинций покровительствовали исламским корсарам. Однако в XVII–XVIII вв. на мировой арене появились страны с сильными морскими флотами, и орудовать без оглядки в европейских водах стало для пиратов небезопасно. Поэтому они занялись разбоем в Средиземном море, благо торговых судов и там было в достатке.

Четыре самых больших пиратских вотчины и Османская империя

Золото и товары интересовали африканских пиратов меньше, чем пленники. За знатных требовали выкуп, а тех, что победнее, продавали на невольничьем рынке. Для пиратов-мусульман все неверные были грешниками, поэтому свой промысел они считали если не праведным, то как минимум не нарушающим основы веры. Такое положение дел вполне устраивало османского султана. Он получал от своих вассалов прибыль, одновременно не вступая в прямую конфронтацию с Европой.

Европейские морские державы c XVI века провели множество военных кампаний против пиратов Северной Африки, но к середине XVIII века заключили с ними соглашения. Так, Великобритания ежегодно платила 50 000 фунтов, Франция — 500 000 ливров, Швеция — 30 000 крон. Военные кампании стоили дороже — например, французская экспедиция против берберских пиратов 1731 года обошлась стране в 1 500 000 ливров. Отдать деньги раз в год или привезти товар на эквивалентную сумму было выгоднее, чем ввязываться в войну, которая могла затянуться на многие годы с неоднозначными перспективами.

Берберийские пираты

Немаловажная деталь — хотя пиратов и называли берберскими или магрибскими, большая часть их лидеров была европейцами. Многие из них даже не были мусульманами. Для них имели ценность лишь деньги и рабы.

Специфика торга

До того, как в 1776 году США провозгласили свою независимость, они считались колонией Великобритании, ходили по морям под «Юнион Джеком» и пользовались привилегиями метрополии. Конечно, пиратские нападения случались, однако недоразумения быстро улаживались, выплачивалась компенсация, а награбленное возвращалось. На период войны за независимость США попали под договор, заключённый между пиратами и французами, но после 1783 года американцы стали самостоятельным государством — теперь платить за них никто не собирался.

После инцидента с «Бетси» Конгресс США уполномочил своего посла Джона Адамса достичь соглашения с правителями Алжира, Марокко, Туниса и Триполитании. 18 июля 1787 года Конгресс ратифицировал договор на 50 лет с марокканским беем, по которому в обмен на 18 000 долларов США получали право торговли и защиту. Помимо этого был оговорён пункт о том, что в случае войны с третьей стороной США и Марокко остаются нейтральными. Пока шли переговоры с марокканским правителем, 25 июля 1785 года 14-пушечная шебека алжирских пиратов взяла на абордаж американскую торговую шхуну «Мария Бостон», а 1 августа другой пиратский корабль захватил судно «Дофин». В плену оказалось больше 20 граждан США.

Атака пиратов

Для переговоров с алжирским деем был направлен дипломат Джон Ламб. Правитель Алжира Мухаммад V потребовал за пленных поистине астрономическую по тем временам сумму в миллион долларов. Дипломатам с трудом удалось снизить цену до 700 000, но правительство США заявило, что не намерено платить больше 60 000, и то лишь при условии, что будет заключён мирный договор. Дей прогнал послов, и нападения на американские корабли продолжились.

Переговоры с Триполи проходили в Лондоне. В процессе выяснилось, что ливийский паша Юсуф Караманли требует 1 600 000 долларов за договор и ещё 18 000 долларов в качестве ежегодных выплат. К слову, годовой бюджет США в то время составлял всего 5 000 000. При этом паша, проявив удивительную осведомлённость, потребовал оплату не в американских банкнотах, которые по закону мог печатать любой банк США, а в английских гинеях.

Договорённости с правителями Магриба, или, как его ещё называли, Варварского берега, удалось достичь лишь в 1796 году. США заплатили необходимую сумму, и пленные — те, что ещё были живы — оказались на свободе.

Хвост тигра

В 1801 году президентом США стал Томас Джефферсон. Как и его предшественник Джон Адамс, он намеревался продолжать платить пиратам, и до 1799 года США отчисляли каждому магрибскому правителю по 18 000 долларов — кому-то наличными, кому-то товарами. Но паша Триполитании Юсуф посчитал, что этого недостаточно, и в 1800 году поднял ставку до 80 000. Конгресс США проигнорировал это требование. Тогда паша вновь пересчитал платёж, но уже с учётом неустойки. После инаугурации Джефферсон получил письмо, в котором говорилось о поднятии суммы дани до 225 000 долларов. В случае же, если США откажутся платить, паша Юсуф обещал «поднять ногу с хвоста берберийского тигра».

О правителе Триполитании стоит сказать отдельно. В 1801 году ему исполнилось 35 лет. Будучи сторонником максимальной независимости своего эялета, он лишь внешне ориентировался на Порту. Чувствуя, что Османская империя ослабевает, он перестал отправлять в Стамбул налоговые поступления. Пользуясь политической слабостью Селима III, Юсуф стал самым сильным правителем Варварского берега. Паша провёл и реформу в армии. Памятуя о том, как солдаты Наполеона без труда разгромили мамелюкскую конницу, он не стал полагаться на всадников из племенных ополчений, а создал регулярную пехоту по типу османских янычар. Затем он усилил свой флот. Разумно считая, что на пиратов в бою полагаться нельзя, паша Юсуф приказал построить несколько десятков канонерок. Паша укрепил береговые оборонительные сооружения и довёл число орудий на береговых батареях до 150. При нём на службу активно привлекались военные инженеры и канониры из Европы.

Алжирские пираты

Паша Юсуф Карманли понимал, что США не смогут платить по новой ставке. Ему нужен был повод позволить своим пиратам грабить американские суда — выкуп за пленных он получил бы в разы больше. По его мнению, страна, которая всего 20 лет как появилась на карте, не могла решиться на военно-морскую операцию так далеко от дома. Паша блефовал, полагая, что объявляет войну, которая останется лишь на бумаге, но поднимет его авторитет среди пиратов и соседних правителей.

10 мая 1801 года по приказу паши у здания консульства США в Триполи срубили флагшток — в традиции османов это означало объявление войны. Юсуф не учёл, что для Джефферсона, новоизбранного президента молодой страны, было делом чести ответить на этот вызов. К тому же, Джефферсон увидел в этом возможность на практике отработать модель функционирования государственных и военных институтов.

Первая заморская война

2 июня 1801 года американская средиземноморская эскадра под командованием командора Ричарда Дейла вышла в сторону Северной Африки. В её состав вошли три фрегата с суммарной огневой мощью в 116 пушек, а также шхуна «Энтерпрайз» с 12 пушками. Последняя и принесла первую морскую победу США.

1 августа 1801 года «Энтерпрайз» как самый малый корабль стоял у побережья Триполитании, в то время как остальные искали пиратов или ушли на Мальту для пополнения запасов. Капитан Эндрю Стерет заметил судно, по силуэту напоминавшее североафриканское. Убедившись, что это пираты, он приказал подойти ближе и приготовиться к бою. Над американской шхуной развевался британский «Юнион Джек», поэтому шебека «Триполи» позволила «Энтерпрайзу» подойти достаточно близко, чтобы капитаны смогли обменяться приветствиями.

Когда капитан пиратов Мурат Рейс заявил, что вышел охотиться на американских «купцов», Стерет дал команду, и над шхуной взвился звёздно-полосатый флаг, а на шебеку обрушился град картечи. Несмотря на то, что у пиратов был перевес и в количестве пушек, и в их калибре, Стерет смог, маневрируя, расстрелять «Триполи», превратив её палубу в мешанину из плоти и деревянной щепы. Парадоксально, но сам «Энтерпрайз» при этом практически не пострадал, лишь несколько членов экипажа получили лёгкие ранения. Для морского сражения тех времён это было сродни чуду.

Ничего больше не достигнув и разругавшись с Конгрессом из-за желания получить звание адмирала, Ричард Дейл на флагмане «Президент» ушёл в Норфолк, оставив остальные корабли блокировать Триполи. Блокадой это назвать было сложно: массивные американские фрегаты не могли подойти к побережью и достать из пушек маломерные триполитанские корабли, которые спокойно уходили вдоль отмелей.

Вторая эскадра имела больше пушек, чем предыдущая — целых 180, — но добилась ещё меньше, чем экспедиция Дейла. При этом первый корабль вышел к берегам Африки в феврале 1802 года, а последний — уже в августе. Вместо того, чтобы двигаться напрямую, корабли по пути заходили почти в каждый порт. Скорее всего, это было связано с беременностью жены командующего эскадрой Ричарда Морриса, которую он зачем-то взял с собой. Достигнув Мальты, эскадра застряла там из-за начавшихся родов миссис Моррис, и до конца года так и не дошла до берегов Триполитании.

В оправдание Морриса стоит отметить, что дипломатические поручения от Конгресса также не ускоряли его работы. Ухудшающиеся отношения с магрибскими правителями требовали присутствия его эскадры в качестве силовой поддержки дипломатических переговоров. Занятый светскими визитами командор не мог уделять должного времени блокаде. Единственным успехом второй эскадры стал поджог десяти лодок, перевозивших зерно в Триполи. Так как город был на грани голода, Моррис увидел в этом шанс и предложил паше переговоры. Но всё опять свелось к тому, что Юсуф потребовал 250 000 долларов за заключение мира, 20 000 ежегодных выплат и компенсацию его военных расходов. Моррис предложил 15 000 долларов и мир на пять лет. Переговоры провалились.

«Энтерпрайз» против «Триполи»

Когда командор вернулся из Триполи, ему передали, что Тунис и Алжир готовятся к войне с США. Не слишком уверенный в своих силах, он увёл все суда на Мальту. Информация оказалась ложной, и 11 сентября 1803 года правительство США отстранило Морриса от командования, отправив в Вашингтон.

Следующим командиром эскадры назначили Эдварда Пребла. Он был суровым и непреклонным человеком. За отвагу и стойкость его уважали все, от матросов до офицеров. Именно такой человек был необходим в Северной Африке.

Едва войдя в Средиземное море, эскадра наткнулась на марокканское пиратское 22-пушечное судно «Мирбока», пытавшееся захватить американский торговый корабль. Отбив их «приз», американцы бросились в погоню и вскоре сами завладели «Мирбокой». Объединившись с кораблями, оставленными Моррисом, Пребл пошёл на блокаду Танжера. Эти действия убедили марокканского бея прекратить пиратские действия против США и заключить мир.

Первая специальная операция американского флота

31 октября 1803 года случилось непредвиденное. Во время погони за пиратским судном у побережья Триполи фрегат «Филадельфия» зашёл в бухту, где был застигнут отливом. Попытавшись вернуться, фрегат на большой скорости вскочил на коралловую отмель и замер, сильно накренившись на левый борт. Под огнём с береговых укреплений матросы начали делать всё, чтобы облегчить судно и стащить его с отмели. За борт полетели запасы провизии и снаряжения, следом пошли пушки и боеприпасы — оставили лишь то, что могло помочь в обороне от подходящих триполитанских канонерок.

Два часа экипаж пытался выбраться из ловушки. Затем капитан Уильям Бейбридж в надежде, что фрегат станет легче, приказал срубить фок-мачту, но и это не помогло — судно застряло намертво. Пираты зашли с правого борта, с которого нельзя было вести прицельный огонь. Однако у них был приказ лично от паши Юсуфа избегать кровопролития и гарантировать пленным его личную защиту. Понимая безвыходность ситуации и не желая, чтобы американские моряки зря проливали кровь, Бейбридж сдал «Филадельфию». Уже через два дня прилив и небольшой шторм сняли корабль с мели.

До командора Пребла новость о потере судна дошла спустя почти месяц. Теперь у США в Северной Африке оставался только один фрегат — флагман эскадры «Конститьюшн». Пока Триполи был в блокаде, Юсуф не мог восстановить «Филадельфию», поэтому превратил его в плавучую батарею. Не видя возможностей спасти корабль, Эдвард Пребл решил, что фрегат нужно уничтожить.

Оптимальным решением было его сжечь. Для диверсионной миссии задействовали трофейный кеч «Мастико», который переименовали в «Интрепид», и команду добровольцев. С корабля сняли топы мачт и несколько парусов, чтобы скрыть его принадлежность к военному флоту, а для экипажа раздобыли одежду триполитанских моряков.

Горящий фрегат «Филадельфия»

В сумерках под видом торгового судна, которое в шторме потеряло якорь, «Интрепид» запросил разрешения пришвартоваться рядом с «Филадельфией» для ночной стоянки. Вахтенный дал добро — такая практика была распространена среди местных моряков. Но стоило судну привалиться к фрегату, как на его борт тут же полетели абордажные кошки. Диверсионная команда из 60 человек оказалась на палубе и принялась рубить триполитанцев. Несколько десятков их было убито, остальные попрыгали за борт или скрылись в трюме.

После этого американцы подожгли фрегат и вернулись на свой корабль. В начавшейся суматохе береговые орудия начали палить куда попало, суда в порту хаотично перемещались подальше от горящего фрегата. Ещё большую неразбериху внесли залпы пушек с «Филадельфии», когда до них добрался огонь. За это время «Интрепид» спокойно покинул гавань и растворился в темноте.

Дипломатия и авантюризм

Конгресс США был недоволен тем, что война всё ещё продолжалась, а результатов не было. После затопления «Филадельфии» последующие операции хотя и смотрелись как победа, не наносили достаточного ущерба Триполитании. Не помогла и очередная замена командующего эскадрой. В этот момент на сцене появился Уильям Итон — американский консул в Тунисе, за которым закрепилась репутация авантюриста, не делающего разницы между дипломатией, шпионажем и бизнесом.

Итон, видя, как его страна не может одолеть пиратов, придумал свой план. Он предложил правительству сыграть на внутренних конфликтах местного населения. Консул нашёл Ахмеда II, старшего брата паши Юсуфа, которого тот сверг в 1795 году, но не стал убивать. Итон пообещал изгнаннику помощь США в возвращении законной власти. В подтверждение своих слов он вручил Ахмеду 22 000 долларов на подготовку восстания и отправил в Египет, сам же уплыл на родину. В мае 1804 года он прибыл в египетскую Александрию в звании лейтенанта флота США с планом действий, который был больше похож на авантюру.

Вместе с Ахмедом они собрали армию наёмников численностью примерно 400 человек, купили около 1000 верблюдов и несколько мелкокалиберных орудий. Американское командование в Средиземноморье не особо верило в успех миссии, поэтому от себя выделило для операции… семерых морпехов, которым при ином выборе грозила тюрьма, а также двух флотских мичманов, одному из которых было 16 лет, а второму едва исполнилось 20. Командиром этого отряда назначили лейтенанта Пресли О'Беннона, храброго ирландца, который из-за любви к выпивке постоянно влипал в разные истории.

В Александрии Уильям Итон подписал договор с Ахмедом II, по которому американское правительство гарантировало последнему престол Триполитании. По этому же документу лейтенант Уитон назначался главнокомандующим всеми сухопутными силами этой операции. С отрядом из штрафников и наёмников при поддержке фрегата «Аргус», шхуны «Наутилус» и шлюпа «Хорнет» Уильям Итон должен был сотворить чудо.

За несколько дней до подхода сухопутных сил три судна начали курсировать вне досягаемости батарей береговой обороны Дерны. 27 апреля 1805 года они подошли ближе и спровоцировали перестрелку. Пока всё внимание защитников города было обращено на море, Итон нанёс удар по городу с другой стороны. Атака наёмников стала сигналом для подполья, которое Ахмед предупредил по своим каналам. Бой был скоротечным и кровавым. Город был взят, а Уильям Итон и Пресли О'Беннон стали первыми американскими офицерами, установившими звёздно-полосатый флаг над иностранной крепостью.

Штурм Дерны

Паша Юсуф бросил на возврат всю конницу и пехоту, что была на востоке страны. Примерно 4000 человек пытались взять город дважды, но, потеряв половину ранеными и убитыми, отступили.

Пока Итон готовился к походу на Триполи и вёл переговоры с новым командующим средиземноморской эскадрой Сэмюэлем Барроном о поддержке, паша Юсуф Караманли раздумывал над тем, как вернуть Дерну. Он хотел повести войска лично, но опасался, что в столице начнётся восстание. Через два дня к командованию американской эскадры прибыл парламентёр с предложением начать переговоры.

За мир и запрет пиратства паша потребовал провести обмен пленными по принципу «один на одного», а каждый оставшийся американец возвращался уже за деньги. При этом сам Юсуф заочно даровал свободу всем находящимся в американском плену рабам и заявил, что пленных турок, марокканцев и других иностранцев он выменивать не имеет права. Таким образом, число триполитанских пленных сократилось до сотни человек, и США вынуждены были доплатить за своих граждан 60 000 золотом.

Что касается Ахмеда II, то, как только отпала нужда в штурме Триполи, Уильям Итон куда-то исчез, а правительство США неожиданно вспомнило, что так и не ратифицировало их договор — а значит, ничего ему не должно. Уильям Бейбридж, капитан «Филадельфии», после возвращения из плена был взят под стражу и предстал перед военно-морским судом за сдачу фрегата, но был оправдан и восстановлен в звании. Юсуф продержался у власти до 1832 года и был вынужден постоянно подавлять восстания своего брата, а затем и своих сыновей. Если верить арабским записям, то к моменту отречения от власти он был не львом, а лишь его тенью.

Первая заморская война не принесла США какой-то большой материальной выгоды, но помогла отработать схемы, которыми они успешно пользуются и по сей день.

Ваша реакция?


Мы думаем Вам понравится