Крепости и осадное дело крестоносцев: как европейские рыцари строили укрепления и устраивали осады в Святой земле
68
просмотров
Рыцарский замок стал одной из отличительных черт европейского Средневековья. С началом крестовых походов в XI веке характерные для Европы укрепления начали появляться и в Святой земле — в дополнение к уже существовавшим здесь крепостям. Посмотрим, какую роль эти укрепления сыграли в военных кампаниях на Ближнем Востоке, как выглядели и как держались в случае осады, а также как сами рыцари брали замки противника.

Значение замков в Святой земле

Замок возник как срубленный из дерева и расположенный на возвышенности небольшой опорный пункт, предназначенный для контроля близлежащей территории, а к XIII веку эволюционировал в мощную каменную крепость с концентрическими рядами массивных стен, высокими башнями и сложными системами дополнительных укреплений. Конечно, грандиозные оборонительные конструкции появились задолго до Средних веков и продолжали возводиться и позже, но отличительной особенностью замков стали малые размеры и высокая башня — донжон. Такая концепция позволяла господствовать над местностью с помощью небольших контингентов войск. Замок обладал широким спектром функций: это был и оружейный и продовольственный склад, и штаб-квартира, и наблюдательный аванпост, и убежище, а также сборный пункт, место взимания пошлин, угроза вражеским коммуникациям, оплот независимости и центр рыцарской мощи. При этом замок нередко сводил на нет численное превосходство противника и обходился гораздо дешевле содержания полевой армии, решившей этот замок осаждать — если не брать во внимание траты на наиболее выдающиеся замки.

Замок Монреаль в Трансиордании. Современный вид.

Таким образом, замок наряду с таранным ударом бронированной конницы стал ещё одним преимуществом, с помощью которого крестоносцы нивелировали разницу в мобилизационных и экономических ресурсах и продержались в Святой земле на протяжении двух веков. Анализ военных событий 1097–1291 годов показывает, что именно осады укреплённых узлов обороны, преимущественно замков, были главным видом боевых действий.

Стратегическая ценность замка возрастала при включении его в единую линию обороны. Несколько таких линий обороны из цепи замков крестоносцы выстроили или модернизировали возле главных городов, путей сообщения и природных преград: горных перевалов, переправ и т.д. Важную роль в возведении, реконструкции и обороне замков играли военно-монашеские ордены, особенно тамплиеры и госпитальеры.

Крепости сарацин и крестоносцев

Оборонительные укрепления известны на территории Святой земли с бронзового века. К началу крестовых походов можно выделить четыре основных их типа:

  • омейядские пустынные замки;
  • городские стены;
  • изолированные форты (бурджи);
  • городские цитадели.

Многие фортификационные сооружения на Востоке были построены византийцами или следовали византийским стандартам. Считается, что изолированные форты (византийские паргосы), возникшие в VII веке, могли бы рассматриваться как предтечи рыцарских замков — по крайней мере, они близки им по своим функциям и задачам. Однако паргосы, как и сарацинские бурджи, не обладали той долей независимости, что их «собратья» в Европе, и не развились в нечто большее. Максимальная плотность «докрестоносных» укреплений наблюдалась, что логично, в области византийско-сарацинского пограничья: в Киликии, Тавре и Северной Сирии. После фрагментации власти сельджуков в конце XI века многие крепости стали оплотом местных армянских, арабских и тюркских князьков, а также ассасинов. Вожди сельджуков, закрепившиеся в регионе, особое внимание уделяли городским цитаделям, а городские стены из-за нехватки средств находились при них в запустении.

Замок Каср Харана в Иорданской пустыне. Современный вид.

Нашествие франков вынудило сарацин укреплять обороноспособность городов, насколько это позволяла казна. И всё же главными твердынями ислама оставались цитадели с высокими стенами и большими гарнизонами: Дамасская, Каирская и т.д. Ни одна из них оказалась не по зубам западным завоевателям.

Крестоносцы, уступая противнику в людских ресурсах, строили замки, исходя из основополагающего факта своей малочисленности. Феномен рыцарских замков в Леванте состоит, по словам Кэрол Хилленбранд, в том, что

«у крестоносцев небольшое число людей должно было выполнять работу многих, в то время как у мусульман людей всегда было в достатке».

Замки крестоносцев строились и постоянно перестраивались с учётом рельефа местности и географического положения. В них применялась лучшая каменная кладка и использовался весь потенциал оборонительных возможностей. Это делало строительство замков дорогостоящим предприятием (в отличие от их первоначальных образцов), но позволяло защищать эти укрепления небольшими силами.

Мусульмане предпочитали бутовую или кирпичную кладку, особенно в XII веке. Их замки-форты были слишком большими, строились слишком быстро и без воображения. Как уже говорилось, главные усилия исламские архитекторы направляли на цитадели крупных городов. Во время правления аль-Адила в начале XIII века они были значительно перестроены и усовершенствованы. Особенно впечатляюще выглядела Алеппская цитадель, к сожалению, сильно пострадавшая во время боёв за город в 2012–2016 годах.

Цитадель Алеппо.

Как защищались замки

Подразумевая под стенами весь комплекс защиты (местоположение, затрудняющее доступ к замку, продуманную фортификационную систему, технологическое превосходство над осаждавшими), под запасами — доступ к воде и провианту, материалам и капиталам, под воинами — достаточное их число и достаточную мотивацию, мы можем вывести универсальную формулу для осаждённых: чтобы замок никогда не был взят, он должен обладать несокрушимыми стенами, неистощимыми запасами и неутомимыми воинами. Реальность же, как всегда, далека от идеала, и история осад в Святой земле лишнее тому подтверждение.

Благодаря археологии замки Святой земли изучены достаточно хорошо. Известны точные размеры многих строений, общие планы укреплений, техника их возведения и примерная численность гарнизонов. Дискуссии о преобладающем влиянии — византийском, французском или арабском — оживляют повествование, но не затрагивают размеры и формы самих артефактов. Согласно исследованиям, основными искусственными элементами обороны замка были:

  • рвы;
  • стены;
  • крепостные (сторожевые) башни;
  • донжон;
  • барбаканы и сложные входы в замок;
  • линии сообщений;
  • огневые точки;
  • укреплённые здания;
  • форма крепости;
  • внешние форты.

Средняя толщина внешних стен составляла 2,5 м и оставалась такой на протяжении всей рассматриваемой эпохи, хотя отдельные замки — например, Тортоса, Джубайл или Саон — имели стены вдвое толще. Крепостные башни демонстрировали тенденцию к росту: в XIII веке они стали выше и крепче, возросло количество бойниц и амбразур. Сами башни делились на квадратные и круглые. Лоуренс Аравийский считал, что у тамплиеров преобладал первый тип, а у госпитальеров второй. Это утверждение верно только относительно самых известных замков: Тортосы и Шато де Пелерина, Маргата и Крак де Шевалье.

Замок госпитальеров Маргат. Современный вид.

Несколько слов о снабжении. Каждый замок имел кладовые и погреба, где хранились нескоропортящиеся продукты, прежде всего зерно. Однако важнейшей ценностью в Леванте была вода. Крепости старались строить вблизи живительных родников, при необходимости рыли колодцы и устанавливали дождевые цистерны. Например, в замке Монреаль был выкопан туннель до подземного источника, в Каирской цитадели имелась 90-метровая шахта, в больших замках Монфор и Сафед были устроены крытые резервуары. Их стены обмазывались специальной извёсткой, которая, как считалось, сохраняла качество воды и не давала ей испортиться. Все запасы находились под надёжной охраной для контроля ежедневного потребления и во избежание диверсий (отравления воды или повреждения хранилища). Нормы расходования зависели от конкретных обстоятельств.

Цистерна для воды замка Саон.

Наконец, воины. Замки строились в том числе и с таким расчётом, чтобы их могли оборонять менее квалифицированные воины, а стойкость и самоотверженность защитника уравновешивали стальную хватку рыцаря. Если запасов хватало, а башни не рушились под таранами штурмующих, небольшой гарнизон мог сковать значительные силы на долгое время. В качестве методов активной обороны гарнизон применял вылазки и контрподкопы. Как правило, стандартная осада длилась 20–40 дней, после чего или замок бывал взят, или осаждавшие отступали. Ресурсы атакующей стороны и политическая обстановка редко позволяли более масштабные предприятия. Длительные осады, по году и более, за 200 лет случались всего десять раз, и все они закончились падением осаждённых крепостей.

Шато Пелерин

На примере поздней крепости тамплиеров Шато Пелерин проследим, как воплощались на практике принципы военного строительства крестоносцев. Шато Пелерин (что можно перевести как «замок пилигримов») не был тем орлиным гнездом на неприступной скале, какое обычно рисует воображение при упоминании рыцарских резиденций. Он принадлежал к типу «морских» крепостей — таких как Тир, Нефин или Тортоса, где значительную часть оборонительной нагрузки несло море.

Тамплиеры начали возводить Шато Пелерин на квадратном скалистом мысе размером 280×168 м в 15 км южнее Хайфы в 1218 году, во время Пятого крестового похода. Наиболее уязвимая восточная сторона была укреплена комбинацией сухого рва и двойных стен. Каменный контрэскарп заходил в море для предотвращения обхода по отмели.

Огневые позиции юго-западной башни крепости Субейба (Нимрод).

Первая стена была сооружена из огромных тёсаных камней и в сочетании со рвом и тремя башнями давала высоту 20–26 м. Две галереи с 20 амбразурами каждая позволяли вести обстрел 40 арбалетчикам одновременно. Бойницы башен поддерживали их перекрёстным огнём и контролировали мёртвое пространство перед воротами. Вторая стена, перекрывавшая перешеек, была короче, но шире и выше, и по флангам поддерживалась двумя одинаковыми башнями. Высота стены была такова, что позволяла стрелять поверх голов защитников первой линии и тем самым усиливала оборону замка.

Внутренний двор размером 128×62 м был с трёх сторон окружён внешней стеной и дополнительно укреплён жилыми хозяйственными постройками. Различные части замка соединялись подземными туннелями. Подвальные кладовые, уходившие на 16 м в глубину и занимавшие площадь 67×10 м, хранили неистощимые запасы провианта. На южной оконечности мыса находились причал и небольшая гавань.

Шато Пелерин был осаждён дважды: в 1220 году аль-Муаззамом и в 1265 году Бейбарсом. Оба раза безуспешно. После падения Акры в 1291 году тамплиеры покинули замок и эвакуировались на Кипр. В отличие от многих других крепостей крестоносцев Шато Пелерин был разрушен не мамлюками, а землетрясением 1837 года. Ныне развалины замка находятся на территории военно-морской базы Атлит и являются тренировочной зоной израильских коммандос.

Израильские коммандос на территории Шато Пелерин (Атлита).

Как захватывались замки

Какими возможностями располагали полководцы, решившие захватить замок, и на чём строили свои планы действий? Наличие армии, осадных средств и благоприятного момента — вот те составляющие, что позволяли начать предприятие. Ядром средневековых армий являлась конница (тяжёлая у франков или лёгкая у тюркских племён), но для осады наибольшую ценность представляла пехота. Несмотря на пренебрежение рыцарей, а вслед за ними и хронистов, пехота времён крестовых походов имела важное значение. Единственными пехотными частями, заработавшими некоторую репутацию в глазах знати, были арбалетчики. Однако во время осад были важны не только воинские навыки, но и тяжёлый физический труд: копание рвов, рубка деревьев, сооружение машин и т.д, и тогда простые копейщики становились не менее востребованными, чем самые прославленные бойцы. Бывало, что при осадах тасканием камней, этим «низким промыслом во славу господа», приходилось заниматься баронам и королям, подавая пример своим подчинённым. На лошадях замки брались только изменой или наскоком. В остальных случаях, коих было большинство, они покорялись больше лопате и молотку, чем франкскому мечу или дамасской сабле.

Требушет XIII века.

Четырьмя самыми распространёнными техническими способами захвата городов были тараны, осадные башни, подкопы и камнемётные машины (средневековая артиллерия). Тараны, направленные против ворот или стен, были в ходу в начале крестоносной эпохи — например, при взятии Иерусалима в 1099 году. В XIII веке их применение считалось уже не особо эффективным. Подвижные осадные башни — трудоёмкие в изготовлении, требовавшие большого расхода дефицитного на Востоке дерева — применялись только при больших осадах до конца 1230-х годов. Число таких башен никогда не превышало трёх. Так было у стен Иерусалима (1099), Бейрута (1110), Александрии (1174) и Акры (1190).

К подземной войне прибегали на всём протяжении крестовых походов. В частности, немецкие крестоносцы специально нанимали опытных в этом деле саксонских рудокопов, способных пробить проход даже в скальной породе, а сарацины вербовали людей из Хорасана. Главной целью подкопа была установка «мины» — деревянных подпорок под башню или стену. После поджога балки сгорали, и башня обрушалась. В качестве противодействия подкопам использовались контрподкопы, задача которых заключалась в том, чтобы помешать вражеским минёрам.

Подкоп под стену.

Широкое внедрение нового принципа действия камнемётов стало вехой в истории допороховой артиллерии. К XIII веку устройства гравитационного типа (требушеты) потеснили метательные машины тенсионного и торсионного типов, превзойдя их по всем характеристикам. Принцип противовеса позволял этим гигантским пращам метать огромные камни весом 40–100 кг на внушительные расстояния (200–400 м). Точность стрельбы регулировалась изменением длины пращи, наклона зубца, веса снаряда или противовеса. Требушеты были разборными, что позволяло применять их многократно. Мамлюки очень эффективно использовали «франкские машины» во время больших осад во времена султанов Бейбарса, Калауна и аль-Ашрафа.

Снаряды для камнемётных машин.

На поведение осаждающих часто влияли внешние обстоятельства: мятеж в другой провинции, подход деблокирующей армии, нехватка финансовых средств, болезни, голод и дезертирство. В приморских городах ключевую роль при осадах играл флот. Например, во время крестоносного натиска 1099–1124 годов военно-морская поддержка использовалась в 14 из 19 случаев и только дважды не приводила к успеху — при Сидоне (1108) и при Тире (1111–1112). Первостепенную помощь с моря оказывали итальянские республики Пиза, Генуя и Венеция.

Весьма поучительна с точки зрения захвата крепостей Хаттинская кампания Саладина в 1187 году. Её истинные результаты стали очевидны не после чудовищного разгрома крестоносцев 4 июля, а после того, как Саладин умело воспользовался растерянностью проигравших, ловко менял пленных на замки и комбинировал штурмы с милосердными условиями капитуляции.

Осада Аскалона

В качестве примера приведём осаду Аскалона иерусалимским королём Балдуином III в 1153 году. Расположенный в Южной Палестине Аскалон был единственным приморским городом от вершин Тавра до дельты Нила, не попавшим под власть крестоносцев в период их наивысшей экспансии (1099–1124) и остававшимся в руках Фатимидов. Это была большая и сильная крепость, военно-морская база, ворота в Египет. Крестоносцы издавна претендовали на Аскалон. Город был пожалован графу Яффы, а его здания были распределены между баронами и орденами. Захват его планировался несколько раз. В 1123 году венецианцы бросали жребий, какой город брать: Тир или Аскалон. В тот раз выбор пал на Тир. В 1150 году ситуация вокруг Аскалона начала накаляться. Этому способствовала смута в Египте, а также амбиции юного короля Балдуина III. Возле Аскалона в кратчайшие сроки на античных развалинах была воздвигнута маленькая крепость Газа, перешедшая под охрану тамплиеров, после чего стычки в окрестностях Аскалона стали происходить регулярно.

Король Балдуин III Иерусалимский. Витраж в базилике святой Крови в Брюгге

25 января 1153 года войско Иерусалимского королевства в полном составе двинулось к Аскалону. Короля сопровождали великие магистры тамплиеров и госпитальеров, бароны королевства, иерусалимский патриарх и архиепископы. Из Сидона прибыл флот в числе 15 кораблей. Расположенный полукольцом город был полностью обложен. В середине апреля франки получили подкрепление в виде пяти кораблей (видимо, норвежских), но египтяне прислали эскадру в 70 судов, которая беспрепятственно вошла в порт, разгрузилась и ушла.

Крестоносцы продолжили осаду, направив главные усилия на постройку осадных орудий. Особо выделялась башня, превышавшая высотой стены крепости. В августе её пододвинули почти вплотную. 16 августа осаждённые в ходе вылазки подожгли эту башню. Опрокинувшись на стену, она раскалила и повредила каменную кладку. Образовалась брешь. Тамплиеры, в зоне ответственности которых это произошло, решили в одиночку захватить город. Сорок рыцарей во главе с магистром ринулись в проход, а оставшиеся следили, чтобы другие христиане не приближались к этому месту и не украли славу победы у тамплиеров. В результате рыцари храма были окружены и перебиты, а их трупы повешены на городских стенах.

Всё это произвело удручающее впечатление на короля. Пошли толки о сворачивании осады. Только твёрдость и красноречие патриарха Фулька и магистра госпитальеров Раймона де Пюи убедили остальных продолжать дело. Египтяне, воодушевлённые победой над тамплиерами, предприняли масштабную вылазку, но были полностью разбиты. Так фортуна ещё раз показала свое непостоянство.

19 августа 1153 года осаждённые сдали город на условиях свободного пропуска по морю и по суше. Аскалон перешёл в руки крестоносцев. Это был крупный успех. Граница Египта отодвинулась к Нилу, а слава Балдуина прогремела по всей Европе. Правда, на следующий год захват Дамаска Нуреддином полностью изменил политический расклад в регионе, и большая победа превратилась в малозначительный эпизод.

Немного статистики

Анализируя каталог осад, можно заметить, что соотношение между осаждавшими и осаждёнными составляет примерно 5 к 1 в пользу сарацин, то есть крестоносцам намного чаще приходилось сидеть за стенами крепостей, чем брать их. Это легко объяснимо общей расстановкой сил. Стратегическое наступление ислама началось после падения Эдессы в 1144 году, и возведение замков стало главным ответом крестоносцев. Только на территории Иерусалимского королевства, согласно средневековым источникам и современным археологам, насчитывалось 166 замков и крепостей, а были ещё Антиохийское княжество, Армяно-Киликийское царство и графство Триполи.

Основные фортификационные сооружения Востока в 1241 году.

Лучшие замки строили военно-монашеские ордены. На Востоке тамплиерам принадлежало 36 замков, госпитальерам — 26, тевтонцам — пять. Самые крупные из них — Керак, Маргат или Тортоса — более чем вдвое превосходили французские аналоги той эпохи, такие как Куси или Пьерфон. Неудивительно, что при столь плотной обороне сарацины испытывали трудности при отвоевании земель. Двумя главными «покорителями городов» стали Саладин и Бейбарс, но даже у них случались неудачи.

Понравился материал? Вы можете поблагодарить автора! Поделитесь этой статьей со своими друзьями.

Ваша реакция?


Мы думаем Вам понравится