Операция «Старлайт»: американская морская пехота против вьетнамских партизан.
226
просмотров
18 августа 1965 года была перевёрнута новая страница долгой войны во Вьетнаме. Впервые в открытом бою встретились по-настоящему крупные силы войск США с одной стороны – и вьетнамских партизан с другой. Три батальона морской пехоты США сразились с 1-м полком Национального фронта освобождения Южного Вьетнама (НФОЮВ, или Вьетконга).

Друг против друга стали командиры: Оскар Питросс – ветеран Гуадалканала и Кореи – и Нгуен Динь Тен, участник многих боёв против французских и южновьетнамских войск. Сражение оказалось не только жёстким и кровопролитным, но и весьма поучительным. Итоги той битвы сказались на всей последующей стратегии США в Индокитае. Немало уроков было извлечено и для тактики – какой должна быть поддержка артиллерии и авиации, чем могут помочь вертолёты морской пехоте.

Впрочем, обо всём по порядку…

После Второй мировой войны в вооружённых силах США было достигнуто определённое «разделение обязанностей». Морская пехота традиционно специализировалась на «умиротворении» местности, населённой враждебными повстанцами. Армия же готовилась под сенью атомных «грибов» встречать на равнинах Германии советские танки. В реальности и тем и другим пришлось заниматься чем-то средним, в том числе – сражаться во Вьетнаме.

Вертолёт и танк морской пехоты США

В 50-е годы США занимались многими вещами, в т. ч. боролись с мировым злом, на тот момент — в лице зловещего коммунизма. Боролись везде, где только могли — включая Вьетнам. Местные власти просили для борьбы с этой напастью всё больше оружия и боеприпасов. Коррупция и общий хаос привели к свержению и убийству президента Нго Динь Зьема своими же солдатами. С ноября 1963 по февраль 1965 года в Южном Вьетнаме сменилось девять (!) правительств. Однако коммунизм всё никак не побеждался, поэтому к современному оружию потребовались и советники из США.

С 1959 до середины 1965 года почти тысяча американцев (точнее, 906) уже сложили головы в далёкой азиатской стране. Первыми жертвами стали майор Дейл Буис и мастер-сержант Честер Овнанд. 8 июля 1959 года эти специалисты авиаразведки мирно смотрели кино, когда в их комнату швырнули заряд взрывчатки.

США также не оставались в долгу. С февраля 1964 года США вместе с Южным Вьетнамом проводили строго засекреченную операцию OPLAN 34A – серию диверсий и рейдов на территории Вьетнама северного. Южный Вьетнам давал людей, США планировали и обеспечивали рейды. Американский флот также начал патрулировать Тонкинский залив – операция «ДеСото» (в честь знаменитого испанского конкистадора). Как думали организаторы — если США и их южновьетнамские союзники немножко «накажут» коммунистов за поддержку партизан, то победа в необъявленной войне будет обеспечена. Однако вьетнамские коммунисты сдаваться не собирались. Напротив, они контролировали всё больше территории, и уже посматривали в сторону Сайгона.

Таким образом, ещё до Тонкинского инцидента в августе 1964 года всё было готово к дальнейшей эскалации.

Меньше всего США желали втягиваться в долгую войну за океаном – но именно это шаг за шагом и происходило. В 1964 году, году президентских выборов, техасец Линдон Джонсон не мог показать себя слабаком. При этом после победы он желал как можно быстрее развязаться с Вьетнамом и заняться домашними делами.

Сначала – советники и немного операций флота. Это привело к участившимся атакам партизан и столкновению вьетнамских катеров с эсминцами США. Американцы решили, что пора поднять ставки ещё выше — начались открытые бомбардировки Северного Вьетнама. Однако у коммунистов уже появились собственные самолёты (правда, в крохотном количестве). И теоретически основная авиабаза в Дананге (Южный Вьетнам), откуда и вылетали самолёты США, могла подвергнуться внезапному удару северовьетнамской авиации. Поэтому в Дананге пришлось разместить зенитные ракеты «Хок», а уже для их охраны – два батальона морской пехоты.

Число американских солдат на земле Вьетнама стремительно выросло с пары батальонов весной 1965 года до 88 000 человек к августу. Потери вроде бы были ничтожными – солдат не стремились бросать в бой — однако всё время увеличивались. Разведка докладывала сначала о полках противника, потом уже о дивизиях. «Партизаны» стремительно превращались в регулярную армию.

Морпехи деловито и быстро строили новые базы – им было не привыкать высаживаться чёрт знает где. Одной из таких баз стала Чулай (в переводе с китайского – «маленький человек», прозвище будущего генерала Крулака, когда он служил в Китае) – на полуострове у Южно-Китайского моря, где базу было легко оборонять и легко снабжать. Но из-за ограниченной длины песчаной взлётно-посадочной полосы, к тому же постоянно размываемой, самолётам приходилось использовать стартовые ускорители.

«Дорог не подарок, дорого внимание». Надпись на авиабомбе, база Чулай, 1965

Тем временем вьетнамцы из 1-го полка НФОЮВ всё чаще атаковали южновьетнамские колонны и гарнизоны. Полк действовал успешно, гибли не только южные вьетнамцы, но и их советники из США. Пленные «южане» пропагандировались, обучались и бросались в бой уже на стороне коммунистов. Чтобы сохранить секретность, полк во всех сообщениях, в т. ч. по радио, именовался «1-й стройплощадкой». По мнению НФОЮВ, сильными сторонами войск США были высокая мобильность и теоретическая подготовка. Однако слабых сторон насчитывалось куда больше. С точки зрения партизан, американцы почти не имели боевого опыта и должного боевого духа, слишком долго организовывали оборону, цель их передвижения можно было легко проследить по обязательной поддержке артиллерией и вертолётами. Также американцы плохо знали окружающую местность и не были приспособлены к местному климату (что неудивительно). Бойцы морской пехоты пока ещё носили кожаные ботинки и традиционную форму – слишком плотную и тяжёлую для вьетнамского климата. На день пехотинцу полагалось всего две фляжки воды, что оказалось категорически недостаточным.

15 августа 1965 года морские пехотинцы после одной из стычек обнаружили несколько убитых вьетнамцев — в хаки вместо традиционных чёрных пижам, а также вооружённых необычными автоматами (знаменитыми позднее АК) и даже РПГ. Тогда же радиоперехват доложил вероятное местонахождение 1-го полка НФОЮВ – на полуострове Вантыонг, примерно в 15 милях от Чулай.

Поэтому 16 августа в 4-м полку морской пехоты решили десантировать два батальона на полуостров, чтобы окружить и уничтожить врага. Поскольку вертолётов и грузовиков на всех не хватало, а тяжёлую технику можно было доставить только морем — то было решено, что один из батальонов высаживается с моря, второй перебрасывается вертолётами. Операция считалась настолько секретной, что о ней запрещалось говорить даже командирам взводов. Даже название операции выбрали по прихоти судьбы – в ту же неделю ожидался запуск космического корабля «Гемини», поэтому предстоящую операцию назвали «Спутник» (Satellite). Простая опечатка превратила операцию в «Starlite», позднее не раз ошибочно называемую «Starlight» — «Звёздный свет».

Карта операции «Starlite»

Эскадрильей вертолётов H-34 командовал герой Мидуэя подполковник Чилдерс. В 1942 году он был бортстрелком палубного торпедоносца TBD Девастейтор. Из 36 самолётов этого типа, вылетевших в битву при Мидуэе, смогли вернуться обратно… два (а в целом было потеряно 37 из 41 TBD). Пули с японского истребителя перебили Чилдерсу обе ноги, из кабины его доставали почти без сознания. Врачи сказали раненому, что больше он никогда не сможет летать. Однако четверть века спустя, Чилдерс всё ещё был в строю, уже как командир лётчиков.

Поддерживать высадку должны были 155-мм орудия и 203-мм самоходки М-53 – последние могли стрелять прямо с базы Чулай. С воздуха морпехов прикрывали эскадрильи «Скайхоков», «Фантомов» и боевых вертолётов UH-1 «Хьюи».

Вьетнамцы быстро заметили приготовления морпехов к операции, и решили навязать им бой на своих условиях. Однако они отслеживали главным образом «вертолётную» подготовку и не учли возможности высадки с моря. Заметив корабли, они постарались на скорую руку организовать оборону и на берегу.

Вертолёт морской пехоты доставляет боеприпасы во время операции «Starlite»

Утром 18 августа высаживающиеся на берег американские солдаты сразу же попали под огонь. К их счастью, вьетнамцы подорвали управляемую мину слишком рано, поэтому она не причинила американцам вреда. Вертолётный десант, в свою очередь, оказался прижатым к земле огнём, по морпехам работали снайперы, пулемёты — вплоть до крупнокалиберных, РПГ, 60-мм и 82-мм миномёты. Из 18 вертолётов H-34, боеготовых утром, 14 оказались повреждены в считанные часы.

Морская пехота отвечала стрельбой из винтовок и пулемётов, гранатометов М-79, 107-мм миномётов на лафете от гаубиц, корректировала артиллерию и авиацию. Кружащие над полем боя «Фантомы» и «Скайхоки» сбрасывали на все подозрительные места комбинацию «snake and nape»: напалм и 500-фунтовые (около 227 кг) бомбы. Напалм выгонял обороняющихся из леса на открытую местность, а бомбы довершали дело. Специально предназначенные для поддержи войск бомбы по прозвищу «Snake Eyes» (глаза змеи) оснащались раскрывающимися с громким хлопком жестяными «тормозами», которые замедляли падение. Это давало время низколетящему самолёту уйти из зоны поражения бомб. Часть бомб разрывалась настолько близко от своих войск, что несколько морпехов были ранены их осколками.

Бой распался на схватки маленьких групп по несколько человек. Перестрелки то внезапно вспыхивали, то так же внезапно затихали. «Вертолётная» часть операции ощутимо забуксовала, а вот у моря после первой заминки морпехи, казалось, начали переламывать ситуацию в свою пользу. Во второй волне десанта на берег медленно выползли танки М-48. Они помогли продвинуться вперёд ценой одной сожжённой машины. Кроме того, активно действовали противотанковые самоходки «Онтос», утыканные стволами безоткатных орудий. Эти машины предназначались для борьбы с армадами советских танков в Европе, но вынужденно действовали на другом конце света – застревая на рисовых полях. При поддержке бронетехники американцы двинулись дальше. Операция вроде бы проходила успешно, несмотря на драматическое начало.

Самоходное орудие «Онтос» патрулирует берег

Внезапно около полудня колонна танков и амфибий-транспортёров, которая должна была доставить передовым частям горючее и боеприпасы, попала в тщательно организованную засаду – с участием 57-мм безоткатных орудий. Один из радистов колонны в панике забил криками о помощи весь эфир, поэтому остальные части даже не знали, где именно нужна помощь. Уцелевшие солдаты залегли и отбивались всем, что имелось под рукой. Некоторые из них были ранены по два-три раза.

К ночи основные силы морской пехоты полностью окружили врага — как изначально и предполагалось. Но на то, чтобы пробиться к осаждённой колонне, ушла вся ночь. Утром 19 августа выяснилось, что большинство вьетнамцев тихо ушло, хотя кое-где продолжались перестрелки. Операция по поиску ускользнувшего врага продолжалась ещё пять дней – без особого успеха.

Настал черёд боевой арифметики. Самолёты выполнили 78 вылетов, большинство — в первый день операции. Они сбросили 65 т бомб, 4 т напалма, выпустили полтысячи 70-мм ракет и две тысячи 20-мм снарядов. Вертолёты сделали порядка 500 вылетов. При таком соотношении огневой мощи (по вьетнамцам стреляли даже корабельные пушки) неудивительно, что вьетнамцы потеряли около 614 только убитыми, морская пехота — 45 убитыми и 203 ранеными. Если бы не отличная маскировка и умение окапываться, потери вьетнамцев были бы ещё выше. При том, что вьетнамцы отнюдь не были застигнуты врасплох и деятельно готовились к схватке. В очередной раз подтвердилось, что техническое превосходство и огневой перевес в конечном итоге бьют любые тактические ухищрения и боевой дух.

Морские пехотинцы в бою. Судя по количеству радиостанций — командная группа

Как уже было сказано ранее, итоги первой полноценной битвы между США и НФОЮВ очень внимательно оценивались по обе стороны фронта, с далеко идущими выводами. Военные и политики США пришли к выводу, что мобильность и огневая мощь их армии позволяют небольшому отряду с минимальными потерями разбить целый вражеский полк (половина которого не участвовала в бою – но об этом в США ещё никто не знал). Всё по заветам классиков – один белый человек способен справиться с тысячей туземцев, а по воскресеньям – и с двумя тысячами. А это значит, что выбранная стратегия в целом правильна, следует лишь немного поправить снаряжение пехотинцев, отработать взаимодействие, послать побольше войск — и вот она, победа. То есть – нужно сделать ещё пару шагов…

Вьетнамцы, в свою очередь, начали понимать, как им бороться с новым противником. До этого сражения они побаивались неизвестного врага, теперь возможности армии США стали яснее. Вместо быстрого разгрома деморализованных южновьетнамских частей предстояло готовиться к новым долгим годам войны.

Награждение полковника Петросса

Три недели спустя командир батальона Джо Муир, во время операции «Starlite» не вылезавший из мест самых горячих схваток, погиб, наступив на мину из 155-мм снаряда. Он стал первым, но не последним погибшим во Вьетнаме комбатом морской пехоты. Меньше чем через четыре месяца после завершения операции американцы вновь столкнулись с частями «списанного» ими 1-го полка НФОЮВ.

Война разгоралась…

Ещё никто не подозревал, что в следующие десять лет через Вьетнам пройдут пять миллионов граждан США. Имена более 56 000 из них будут высечены на надгробиях кладбищ.

N.B.

В 2000 году морские пехотинцы, ветераны той битвы, посетили место сражения и возложили венок в честь погибших вьетнамских противников.

Ваша реакция?


Мы думаем Вам понравится