«Письма с Иводзимы»: удалось ли Клинту Иствуду совершить «прорыв в японскую ментальность» в своём знаменитом фильме?
115
просмотров
Картина Клинта Иствуда, вышедшая в 2006 году, быстро заняла место среди самых рейтинговых художественных фильмов о Второй мировой войне. Исследуя «природу подвига», режиссёр попытался взглянуть на события прошлого с позиций самих японцев. По мнению некоторых кинокритиков, Иствуду удалось «осуществить прорыв в японскую ментальность». Насколько исторически достоверной получилась картина и заслуженны ли лестные отзывы о ней?

В основу фильма «Письма с Иводзимы» легли события начала 1945 года на Тихоокеанском театре военных действий. К этому времени американцы, владея стратегической инициативой, всё сильнее сжимали кольцо японской обороны. После захвата острова Сайпан бомбардировщики В-29 начали осуществлять налёты на Токио. Однако большое расстояние – 1360 морских миль в одну сторону без промежуточного аэродрома – позволяло им нести лишь треть бомбовой нагрузки, лишало истребительного прикрытия и возможности вернуться на базу в случае повреждений. Ближний аэродром был необходим американцам и для решения следующей стратегической задачи – высадки на Окинаву. После тщательного поиска приемлемых вариантов выбор адмирала Честера Нимица пал на небольшой остров Иводзима, захват которого решил бы все существующие проблемы.

Стратегическое значение Иводзимы понимало и японское командование, которое летом 1944 года усилило гарнизон на острове, увеличив его численность с пяти до двадцати трёх тысяч человек. Оборону острова возглавил генерал-лейтенант Тадамити Курибаяси – самурай в пятом поколении, пользовавшийся благосклонностью и уважением самого императора. Этот человек сочетал в себе железную волю и ум новатора, а также имел большой боевой опыт. Курибаяси был противником малоэффективной тактики защиты береговой линии, которой по старинке придерживалось японское командование, и избрал вариант глухой обороны с максимальным использованием ландшафта острова.

Снимок слева – генерал-лейтенант Тадамити Курибаяси. Источник: bbs.voc.com.cn Снимок справа – кадр из фильма «Письма с Иводзимы». В роли Курибаяси – Кэн Ватанабэ.

По замыслу Курибаяси, остров должен был превратиться в неприступную крепость, а сражение – в битву на уничтожение. Под землёй японцы выкопали десятки километров тоннелей – таким образом, все ключевые огневые точки были соединены между собой. Подземные убежища, штабы и огневые позиции были подключены к электроснабжению и соединены друг с другом системой связи. Поверхность острова японцы покрыли обширными минными полями, а танки превратили в неподвижные огневые точки. Остров был просто нашпигован оружием всех типов, включая тяжёлые 320-мм миномёты. Дало свои результаты и тщательное соблюдение маскировки – американскому командованию так и не удалось определить численность гарнизона и вскрыть систему японских укреплений.

Высадке на Иводзиму 5-го десантного корпуса предшествовали семидесятидвухдневная бомбардировка и трёхдневный обстрел с моря, не причинившие, однако, существенного урона укрывшимся в скалах японцам. Захват Иводзимы, вылившийся в жесточайшее сражение и длившийся с 19 февраля по 26 марта 1945 года, обошёлся американцам в 5931 человека убитыми, а раненых было в несколько раз больше. Японский гарнизон погиб почти полностью, за исключением двухсот человек, попавших в плен (в основном, раненых). Отметим, что данные по потерям сторон крайне разноречивы. В этой статье приведены цифры из книги Н. Н. Яковлева «3 сентября 1945 года», которые оспариваются некоторыми исследователями. Бесспорно лишь то, что Битва за Иводзиму – сражение, в котором Корпус морской пехоты США понёс самые большие потери за всю свою историю.

Разбитая американская техника в зоне высадки

Именно беспрецедентно высокие потери среди морских пехотинцев навели Клинта Иствуда на идею создания фильма. Окончательно же решение снять картину пришло к режиссёру после прочтения книги о Тадамити Курибаяси, основанной на его письмах домой. Так сложился план дилогии: «Флаги наших отцов» по роману Джеймса Брэдли и «Письма с Иводзимы» – два взгляда на одну битву с разных сторон «баррикад».

Клинт Иствуд и Кэн Ватанабэ на съёмочной площадке

Клинт Иствуд – гражданин своей страны. Превосходство американских морпехов он убедительно демонстрирует в первой части дилогии – фильме «Флаги наших отцов». Так что, по мнению многих кинокритиков, батальные сцены второго фильма стали вспомогательным средством для проникновения в тайну за семью печатями – японскую ментальность. Но, несмотря на то, что к работе над лентой были привлечены профессиональные японские сценаристы и актёры, фильм «японским» не стал – уж слишком нетрадиционно изображены главные герои-японцы.

Пехотинец Асуги – типичный пораженец. Он толком не умеет стрелять, мысли о почётной смерти на поле боя вызывают у него презрительную усмешку, воевать он не хочет и даже не пытается скрыть это от окружающих. Второй центральный персонаж – генерал-лейтенант Курибаяси – его полная противоположность. В фильме военачальник изображён волевым и решительным человеком, потомственным самураем, с ностальгией вспоминающим годы, проведённые в Америке. И это при том, что действие фильма начинается осенью 1944 года, когда патриотический дух японской нации находился на высочайшем уровне – ведь американцы вплотную подобрались к границам священной империи. Воистину, подобных персонажей мог создать только американец.

Первая часть картины снята в классической, ныне полузабытой манере американского кино. События развиваются размеренно и неспешно: японские солдаты, поругивая начальство, роют окопы; командир танкового полка разъезжает по острову на породистом скакуне и по вечерам смакует «Джонни Уокер» в компании с командующим. Единственное, что омрачает это спокойствие – противоречия между Курибаяси и его офицерами.

Кадр из фильма «Письма с Иводзимы»

Эпизод выше отражает тогдашние разногласия среди японского командования относительно философии ведения боевых действий. Кодекс чести самурая требовал смерти воина на поле боя, в то время как здравый расчёт основывался на нанесении максимального урона противнику. Примерами тому стали Битва за остров Сайпан (бессмысленные банзай-атаки с «шашками наголо») и бои за остров Пелелиу – образец умело выстроенной японской обороны, приведший к ранее невиданным потерям американцев

Идиллия заканчивается на 44-й минуте с налётом американских штурмовиков, проводя черту не только между миром и войной, но и между светом и тьмой. С этого момента действие фильма перемещается под землю – в пещеры, тоннели и командные пункты, дрожащие от постоянных бомбардировок и артобстрелов.

В чём состоит японская воинская философия – из фильма не ясно. По словам Иствуда, он снимал дилогию о «природе подвига», но в пещерах Сурибати японцы не рассуждают, а режут себе животы, отрубают друг другу головы и подрываются на гранатах. Видя эту кровавую вакханалию, невольно проникаешься симпатией к персонажам, которые либо просто наблюдают за происходящим, либо сдаются в плен, либо по-дружески общаются с пленными врагами, демонстрируя искреннюю лояльность ко всему американскому.

Трудно отделаться от мысли, что если бы Битва за Иводзиму происходила так, как это «увидел» Иствуд, американцы взяли бы остров, как и планировали – за три-четыре дня. Письма, в которых солдаты пишут своим жёнам, детям и матерям о том, что скучают по ним и не хотят умирать, вряд ли говорят о неготовности бойцов сражаться до последнего патрона. Особенно, если речь идёт о японцах, которых американские морпехи презирали и ненавидели за нецивилизованные, с их точки зрения, методы ведения боя. Такие «подлости» – японец поднимает руки вверх, а потом гремит взрыв – происходили постоянно, и к 1945 году опытные американские бойцы уже не рисковали брать пленных, а издалека стреляли на поражение.

Оригинален и взгляд режиссёра на методы ведения боевых действий. Известно, что Курибаяси категорически запрещал самоубийства и губительные банзай-атаки. Стараясь сберечь людей, генерал организовал создание многокилометровой сети тоннелей, по которой осуществлялась скрытная передислокация японцев по всему острову. Поэтому ночные вылазки японских штурмовых групп на смертельно уставших американских морпехов были не свидетельством отчаяния защитников острова, а запланированной мерой воздействия на врага. Японцы обстреливали противника днём и ночью, со всех сторон, с возвышенностей и из-под земли. Оборона острова была выстроена таким образом, что, заняв одну высоту, американские подразделения попадали под перекрёстный огонь с других высот и несли колоссальные потери. В отдельных случаях жертвы достигали ста процентов личного состава рот и батальонов, и боеспособность этих подразделений поддерживалась исключительно за счёт пополнений.

Однако боевой дух «киношных» японцев вызывает не уважение к их стойкости, а страх и отвращение к несчастным, только и ищущим подходящего момента, чтобы взорвать себя гранатой. Казалось бы, самое время углубиться в японскую воинскую ментальность и попытаться иными способами объяснить зрителю её смысл – но режиссёр продолжает по-своему демонстрировать «природу подвига».

А ларчик открывается просто. Достойная смерть на поле боя – один из главных постулатов японского кодекса воинской чести, тесно связанного с религиозными представлениями этой нации. В этом и заключается пресловутая японская ментальность, которую режиссёр не смог или не захотел понять. Уж если достойной смерти лишили генерала Курибаяси (насквозь положительного персонажа), то что говорить о других? Великодушия Иствуда хватило лишь на пулю 45-го калибра из «кольта» – довоенного подарка генералу от его американских друзей. И это при полной «свободе манёвра» – ведь никто до сих пор не знает, что же произошло с генералом на самом деле. Существуют лишь две официальные версии: первая – что он совершил ритуальное самоубийство; вторая – что, сняв знаки различия и награды, Курибаяси погиб во время последней атаки. Так что авторская версия стала очередным домыслом с не лучшим раскладом для подлинного самурая.

В 1927–1930 годах Тадамити Курибаяси служил в США помощником японского военного атташе. Кадр из фильма – американские друзья дарят ему пистолет

Эстетика войны по Иствуду – оторванные головы и вспоротые животы. По его мнению, война – это не романтическое приключение, а хорошо организованное массовое убийство. Настоящими героями этого тотального сумасшествия по праву являются лишь убитые и раненые. Иствуд открыто заявлял о том, что пропагандистских фильмов о войне создано предостаточно, и ему хотелось бы снять антивоенную картину.

«Флаги наших отцов» ясно демонстрируют цинизм американских политиков, целью которых стала продажа как можно большего количества военных облигаций. В свою очередь, «Письма с Иводзимы» демонстрируют абсолютную неотвратимость смерти, а серые и кроваво-красные фоны фильма образно подчёркивают безнадёжность ситуации. Как результат, в живых остаётся японский солдат, который меньше всего хотел сражаться и умирать — даже за свою родину.

С точки зрения фактажа к фильму претензий нет. Последовательность событий, антураж, боевые сцены – всё это в точности соответствует историческим сведениям о сражении. Посмотрев картину, можно легко представить, каково было морпехам с полной боевой нагрузкой преодолевать полосу пляжа с его рыхлым песком, а затем карабкаться на вулканическое плато, где их ждал враг.

Обе картины дилогии хорошо сбалансированы и связаны ходом событий. Их сюжетные линии пересекаются в отдельных эпизодах, отснятых с двух сторон – американской и японской. К недостаткам фильма «Письма с Иводзимы» можно отнести не самое высокое качество компьютерной графики в панорамах высадки и участие в съёмках советского ГАЗ-69А с левым рулём.

Кадр из фильма – японские бойцы на стрельбище. На заднем плане – ГАЗ-69А с левым рулём. Удивительно, что при бюджете фильма в $19 млн такая деталь осталась проигнорированной. И это притом, что внедорожников, даже отдалённо похожих на советскую машину, на то время в японской армии не было

Сопродюсером фильма выступил Стивен Спилберг (его кинокомпания DreamWorks выкупила права на повесть Джэймса Брэдли), а сценаристом стал Пол Хэггис. Фильм снимался, в основном, в Исландии – тамошние пляжи походят на вулканическую породу Иводзимы. Панорамные съёмки велись на Иводзиме. По итогам работы Иствуд получил благосклонные отзывы кинокритиков, «Оскар» за монтаж звуковых эффектов и японский орден Восходящего солнца III степени.

Ваша реакция?


Мы думаем Вам понравится