Тридцатилетняя война: стычки у Пельгржимова и битва при Ломнице
234
просмотров
Отступление как элемент имперской стратегии осенью 1618 года и череда событий, показавшая, что в этом году война не закончится.

Имперское войско под командованием Шарля де Бюкуа осенью 1618 года вступило в чешские земли и двигалось к Праге, пока под Часловом его не остановил Маттиас фон Турн — один из лидеров антигабсбургской оппозиции в Чехии. Несмотря на все его старания навязать имперцам бой, де Бюкуа держал свои войска на укреплённых позициях и покидать их не собирался. Чего не смог сделать чешский полководец, того добились члены Пражской Директории: в поисках союзников они развили столь бурную политическую деятельность, что одни только слухи об их приближении заставили де Бюкуа изменить стратегию. Вместо наступления на чешскую столицу габсбургский маршал начал отступать в сторону австрийской границы.

Отступление имперцев к Пельгржимову

16 сентября де Бюкуа узнал, что к фон Турну должно пребыть подкрепление из Праги — два только что набранных полка под командованием Георга Фридриха фон Гогенлоэ при восьми орудиях. С учётом того, что в Чехию двигалось и войско Петера Эрнста фон Мансфельда, численность мятежников в скором времени должна была стать подавляющей. Имперский командующий решил, что оставаться дальше на позициях под Чаславом нет ни малейшего резона, и той же ночью начал отступать.

​ Кавалерийская стычка.

Отход был проведён мастерски: вечером артиллерия имперцев открыла по чехам огонь, и под грохот залпов обоз выступил в путь. В сумерках с позиций снялись и пушкари. Лесистая местность возле имперского лагеря благоприятствовала манёвру. Утром 17 сентября наблюдатели донесли фон Турну, что имперский лагерь пуст, и граф решил, что де Бюкуа применил обходной манёвр, чтобы выйти на дорогу к Праге. Чехи немедленно выступили в противоположном имперскому маршу направлении, и уже к концу дня расстояние между войсками составило 25 км. Недельное стояние под Чаславом обошлось чехам в 80, а имперцам в 200 убитых солдат.

В планы де Бюкуа не входило полномасштабное отступление — он хотел занять позицию, откуда мог бы угрожать чешской армии. Таким местом военачальник выбрал Пельгржимов, куда и прибыл 25 сентября, отметив весь путь своей армии разорением, грабежом и пожарами в окрестных деревнях. Разбив лагерь под Пельгржимовом, де Бюкуа совершил большую ошибку: уже через несколько дней у него закончилось продовольствие, хотя он и рассылал имперские разъезды во все стороны в поисках фуража и провианта. На помощь де Бюкуа выступил моравский полковник Альбрехт Валленштейн. Несмотря на то, что Моравия фактически заняла нейтральную позицию, Валленштейн со своим полком прибыл в Йиглаву и организовал поставки продовольствия де Бюкуа. И всё же для имперцев ситуация ухудшалась с каждым днём: в армии увеличивалось число больных и дезертиров.

Однако имперцы оставались сильным противником. Граф Генрих де Дампьер, заместитель де Бюкуа, сумел хитростью захватить местечко Ломницы. Первоначально туда прибыл конный отряд численностью в 50 человек. Выдавая себя за людей фон Турна, они потребовали, чтобы жители пустили их внутрь и предоставили провизию. Оказавшись за городскими укреплениями, всадники тут же установили контроль над воротами, в которые ворвались остальные их соратники. Ломницы были захвачены и разграблены, а имевшиеся в городе запасы продовольствия «переехали» в имперский лагерь.

Стычки у Пельгржимова

Тем временем к Пельгржимову прибыла объединённая чешская армия. Имея четыре пехотных и четыре кавалерийских полка (около 13 000 солдат по штату), чехи разбили лагерь в 11 км от Пельгржимова. Последующие дни были наполнены кавалерийскими стычками, в которых успех чаще оказывался на стороне чехов. Наиболее крупное столкновение произошло 18 октября, когда чехи атаковали имперцев, собравшихся порыбачить в одном из ставков. В бой оказалось вовлечено немало всадников и пехотинцев. Командовавший чешскими силами полковник Ульрих Кински расположил в укрытии 1500 мушкетёров и вступил в бой с 16 ротами конницы, которые после столкновения с 12 конными ротами де Дампьера отступили, выведя имперцев на мушкетный огонь. Всадники де Дампьера понесли огромные потери и обратились в бегство, преследуемые чехами. После боя в лагере де Бюкуа говорили, что на поле боя осталось больше мёртвых тел, чем было поймано рыб.

Мушкетёры. Современная реконструкция.

На дальнейшее противостояние вновь повлияли внешние факторы. 12 октября Силезия примкнула к чешскому мятежу и направила на помощь фон Турну воинский контингент численностью 3000–4000 солдат, которые в начале ноября должны были оказаться под Пельгржимовом. Узнав об этом, де Бюкуа решил вновь отступить. Правда, в этот раз ситуация осложнялась тем, что самовольно покинуть пределы Чехии означало погубить свою репутацию при императорском дворе. Поэтому в Вену отправился де Дампьер, который должен был не только получить разрешение на отход, но и оправдаться за действия 18 октября.

Отступление продолжается

Взвесив все за и против, военный совет в Вене решил, что отступление — меньшее зло, чем возможный разгром. Получив одобрение, де Бюкуа в ночь на 4 ноября вновь мастерски отступил, оставив в лагере раненых и больных солдат. Как и ранее под Чаславом, отступление врага оказалось сюрпризом для чехов — о нём стало известно только днём 4 ноября от случайного наблюдателя. Чехи бросились в оставленный имперцами лагерь, где добивали оставшихся раненых и хватали всё ценное, что попадалось под руку. На следующий день фон Турн выступил в погоню за имперцами.

Солдаты грабят ферму во время Тридцатилетней войны. Художник Себастьян Вранкс.

Армия де Бюкуа маршировала со всей возможной скоростью на Йиндржихув-Градец. Полученную фору военачальник решил использовать для захвата города, который в августе не смогли взять войска де Дампьера. 5 ноября де Бюкуа захватил предместья, но проникнуть за стены не смог — имперцев встретил мушкетный и артиллерийский огонь. Из-за преследования врага осада была невозможна, и де Бюкуа направился дальше на юг. Он прибыл в городок Страж, а оттуда выступил на Ломнице над Лужницей (не путать с Ломницами, захваченными де Дампьером). Из-за размокшей от осенних дождей дороги темп марша снизился вдвое, обоз и артиллерия остались далеко позади. Прибыв в Ломнице 8 ноября, де Бюкуа простоял там весь день, дожидаясь подхода отставших частей. К вечеру войска наконец собрались, но этого времени хватило чехам, чтобы догнать имперскую армию.

Сражение у Ломнице

Фон Турн, преследуя имперцев, не последовал непосредственно за ними, а двигался параллельно, пытаясь перерезать им путь к отступлению. Чехи продвигались быстрее, чем их противник, так как не тратили время на разорение деревень и грабежи, и к 8 ноября они находились всего в 15 км от Ломнице. Узнав об этом, де Бюкуа приказал на рассвете выступить в направлении Ческе-Будеёвицы. Но было уже поздно: арьергард имперцев, не успевший отойти от Ломнице даже на пару километров, настигли и атаковали чешские разъезды. Командующий арьергардом Бальтазар де Маррадас выделил часть войск для прикрытия отступления и расположил их перед длинной дамбой между двумя прудами, через которую проходила дорога на Будеёвицы. Основу отряда составили три сотни мушкетёров полковника Штаудера, которых поддерживали два рейтарских корнета и три орудия. Им удалось на некоторое время задержать наступление чехов. Тогда чехи выдвинули вперёд три тяжёлых орудия и расположили их так, чтобы они вели фланговый огонь по имперцам. После первых же выстрелов католики понесли значительные потери: был тяжело ранен Штаудер (позднее его добил адъютант фон Турна), погибли все бывшие при нём капитаны. Возглавивший остатки мушкетёров лейтенант предпочёл сдаться. Его примеру последовал и рейтарский капитан. Впрочем, они выполнили свою работу, предоставив де Бюкуа лишний час.

Дамба у Ломнице. Современное состояние.

Пока войска фон Турна атаковали дамбу, де Бюкуа выстроил свою армию в боевой порядок. Пересечённая местность не позволяла расставить войска единым строем, и некоторые части находились отдельно от основных сил. Таким же образом были вынуждены расположить своих солдат и чехи. Последовавшая битва носила хаотичный характер и свелась преимущественно к перестрелке. Время от времени случались небольшие стычки. Кавалерийские корнеты действовали традиционным караколем: приближаясь друг к другу, они делали залп из пистолетов, после чего отходили назад, предоставляя место следовавшим за ними рейтарам. Несколько раз дело дошло до использования всадниками рапир, но это было скорее исключением. Пехота с обеих сторон открыла огонь из мушкетов, и вскоре поле боя затянулось пороховым дымом.

Чешские полководцы не были едины в стратегическом планировании. Фон Турн, пытаясь на полную использовать численное преимущество, стремился атаковать противника на всех участках, в то время как фон Гогенлоэ призывал к осторожности: если уж атаковать, то после тщательной разведки. Впоследствии многие чешские историки именно его нерешительностью объясняли тот факт, что чехам не удалось одержать под Ломнице решительную победу, а некоторые даже обвиняли его в предательстве — впрочем, доказательств этому так и не нашлось.

Фон Турн всё же сумел направить часть войск в обход южного фланга имперских позиций, стремясь зайти им в тыл. Для отражения этого манёвра граф фон Крихинген выступил с отрядом мушкетёров и, перейдя в контратаку, отбил натиск врага. Граф лично вёл войска в бой и был смертельно ранен. Пострадали и другие военачальники имперцев: Рамбольдо Коллальто был ранен в голову, а сам де Бюкуа в руку. Схватка длилась девять часов и прекратилась лишь с наступлением темноты.

Рамбольдо XIII, граф Коллальто, 1625 год.

Определить потери обеих сторон весьма затруднительно. Историк чешской церкви Павел Скала пишет, что, по разным сведениям, потери имперцев убитыми составляли от 400 до 600 человек. Чехи потеряли 25–80 человек убитыми, 36–100 ранеными и 12 пленными. Современные чешские историки оценивают потери де Бюкуа ещё бо́льшим числом — до 1500 человек, указывая, что имперцы бросили своих раненых, и их добили местные жители, разъярённые недавними грабежами. Однако столь большие цифры свидетельствовали бы о разгроме армии де Бюкуа, в то время как исход битвы был неясен. Вероятнее всего, потери имперцев убитыми и ранеными были примерно такими же или немногим выше, чем у чешской стороны. Больше всего пленных взяли чехи: в Прагу было отправлено около 200 имперцев, захваченных, главным образом, во время боя за дамбу. Часть из них перешла на службу в чешскую армию.

Всю ночь после битвы армия фон Турна простояла в боевом порядке, собираясь продолжить бой с наступлением рассвета. Когда же солнце взошло, противника перед ними не оказалось: пользуясь ночной темнотой, де Бюкуа снова увёл свою армию. Имперцы направились в Ческе-Будеёвице, и этот город на следующие два года стал их главным опорным пунктом. Чехи не спеша двинулись за имперцами, отправив в Прагу вести о победе, которые подкрепили захваченными пленными. В Праге прошли торжества, а во всех церквях пели гимн Te Deum laudamus, считая, что окончательная победа не за горами.

Немецкая гравюра начала XVII века, поясняющая принципы использования огнестрельного оружия рейтарами в бою.

Ясно, что ещё ничего не ясно

10 ноября фон Турн обнаружил, что враг снова ускользнул от него, и отправился в Лишов. Здесь армия разбила лагерь, а кавалерийские отряды кружили по окрестностям, преследуя отставших и раненых имперских мародёров. На следующий день чешские разъезды настигли наконец имперского маршала недалеко от Ческе-Будеёвице, где де Бюкуа выстроил в боевом порядке свою армию.

Полки к этому времени сократились до 1500–1800 человек, но даже это не подвигло фон Турна и фон Гогенлоэ вступить в бой. Де Бюкуа занимал сильную позицию: в его тылу находился укреплённый город, и артиллерия своим огнём могла поддержать ряды имперцев. Чешское командование решило не осаждать Будеёвице. Для блокады имперцев остались полки под командованием генерала фон Гогенлоэ, а фон Турн с остальными войсками направился к австрийской границе.

Кавалерийская стычка. Художник Себастьян Вранкс.

После длительного отступления от Часлава и неудачной битвы под Ломнице де Бюкуа было необходимо поправить свою пошатнувшуюся репутацию. Для этого он 12 ноября предпринял рейд в южном направлении — к Чески-Крумлову, который первоначально был на стороне Габсбургов, но в августе его захватили чехи. Оставив часть войск у Будеёвице, с главными силами де Бюкуа совершил марш-бросок к Крумлову и застал врасплох не ожидавший нападения чешский гарнизон. После этого успеха маршал вернулся к Будеёвице, оставив в Крумлове 300 пехотинцев и 200 рейтаров. Однако в тот же день чехи взяли реванш и разгромили двигавшийся на помощь де Бюкуа имперский отряд из Австрии в количестве 800 пехотинцев, которые сопровождали 38 возов с жалованием для имперских солдат. Граф Хенрик Шлик фон Пассау атаковал отряд у Нового Града. Два корнета кавалерии при поддержке трёх пехотных рот обратили имперцев в бегство, и те укрылись в Кремсе, усилив собой его гарнизон. На поле боя осталось около 300 габсбургских солдат. Другому, более крупному, отряду имперцев повезло больше: не встретив на своём пути чехов, он беспрепятственно добрался до Будеёвице и там усилил войска де Бюкуа на 1000 всадников и 1000 пехотинцев.

Тем временем фон Гогенлоэ перекрыл все проходы в город, чтобы установить полную блокаду и уморить голодом осаждённых. Его войска разрушили и сожгли все мельницы вокруг города. Положение де Бюкуа становилось всё труднее. По чешским источникам, он даже предложил фон Гогенлоэ сдать город на почётных условиях (немцы считают эту информацию недостоверной). Чешский командующий, полагая, что Будеёвице падёт в любой день, потребовал безоговорочной капитуляции. Переговоры прервались, произошло несколько серьёзных столкновений — по данным чешских источников, чрезвычайно успешных для их войск: 26 ноября чехи якобы разбили отряд из 2000 имперцев. Однако блокада укреплённой крепости была неплотной, и чешская армия не проявляла должной бдительности: фон Гогенлоэ больше пировал, чем думал о битве, и подчинённые следовали его примеру. Кавалерийские отряды де Бюкуа совершали частые набеги и благополучно доставляли своим войскам необходимую пищу. Среди прочего в декабре они разграбили имущество Петра Швамберка и сожгли местечко Каплицы. В ответ на рейды имперской кавалерии фон Гогенлоэ во главе четырёхтысячного отряда направился к Крумлову, но в пути был атакован самим де Бюкуа. Под командованием маршала находился всего тысячный отряд, однако после стычек конных разъездов фон Гогенлоэ решил не испытывать судьбу и отступил.

Контрнаступление чешских войск осенью 1618 года.

В то же время произошло усиление чешской армии. Силезские войска, которые уже находились у Кутной Горы во время битвы при Ломнице, достигли наконец Собеслава и там присоединились к армии фон Турна. Чешско-силезское войско расположилось в зимнем логове между Родольфовом и Лишовом. Пражские директора приказали, чтобы чешская армия вместе с силезцами вторглась в Австрию, в наследственные земли Габсбургов, рассчитывая, что местные жители примкнут к восстанию. Это было опрометчивое решение, поскольку грабежи, изнасилования и разрушения, творимые чешскими солдатами в Верхней Австрии, не способствовали лояльности её жителей к Чехии, а наоборот, вызывали только неприязнь. Впрочем, чехи могли испытывать удовлетворение, считая отомщёнными аналогичные действия имперцев в своих землях.

Вступившее в сентябре в Чехию войско фон Мансфельда осадило Пльзень и после двухмесячной осады захватило город. На территории Чехии ещё оставались изолированные имперские гарнизоны в Немецком Броде и в Ледече на реке Сазаве. Оба города подверглись нападению протестантских войск в середине ноября. Ледеч был захвачен, а гарнизону Немецкого Брода удалось отбиться, но, не имея поддержки, в декабре 1618 года и он был вынужден капитулировать.

Немецкий Брод. Гравюра конца XVII века.

Обе стороны с удивлением осознали, что война в этом году не закончится и необходимо готовиться к длительному противостоянию, которое будет успешным только при наличии сильных союзников и немалых финансов.

Продолжение следует:  Тридцатилетняя война: осада Пльзеня

Ваша реакция?


Мы думаем Вам понравится