Костенковские стоянки: так ли мы отличаемся от первобытных людей?
138
просмотров
Люди каменного века оставили ученым много материальных следов, которые свидетельствуют, что 20 тысяч лет — не такая уж великая временная дистанция

Миновав желтые поля подсолнечников и живописные меловые холмы, автобус въезжает в село Костёнки Воронежской области. Среди зелени и двускатных крыш выделяется высокое здание с мамонтами на фасаде — одноименный археологический музей, созданный непосредственно вокруг остатков жилища древних Homo sapiens sapiens. Этому «дому» наших предков больше 20 тысяч лет.

Костёнковские стоянки — чуть ли не самые знаменитые археологические памятники на территории России. Раскопки здесь ведутся уже много лет. На фото — фрагменты древнего жилища

Охотники и собиратели верхнего палеолита (40 тыс. — 12 тыс. лет назад) основательно «наследили» в Костёнковско-Борщёвском районе: в окрестностях Костёнок известно 26 археологических памятников этого периода с остатками более 60 поселений разного времени.

Самый богатый и разнообразный материал находят на стоянках представителей археологической культуры граветт (по названию пещеры Ла-Граветт во Франции). Это были пришедшие из Центральной Европы охотники на мамонтов, создатели «палеолитических венер» и строители жилищ округлой формы, сложенных из костей животных.

Историки обычно призывают помнить, что другие эпохи отличались от современности не только бытом, но и восприятием людьми окружающего мира и их повседневными практиками. Однако то, что рассказывают исследователи Костёнок, наоборот, наводит на мысль, что в некоторых вещах первобытные люди не так сильно отличались от нас.

Мамонт — это не только ценный мех

Граветтийцы пришли на Русскую равнину за мамонтами и прочей крупной фауной. Животных же сюда манила пища — богатое разнотравье тундростепи на границе ледника. В этих местах 20-25 тыс. лет назад было холоднее и суше, чем сейчас, но даже зимой из-под корки льда или из неглубокого снега животные выкапывали высохшее осенью «сено на корню». Это были своего рода «консервы» для травоядных.

Найденные на раскопках кости мамонтов

Мамонты обеспечивали древних людей не только мясом, но также одеждой и обувью, которые шили из шкур; отоплением — костный уголь служил топливом в их очагах; освещением — жиром мамонта заправляли костяные светильники из головок бедренных костей этого животного.  Да и сами дома, остатков которых костенковские археологи нашли немало, тоже собирали из костей мамонта.

Руководитель археологической экспедиции на стоянке Борщёво-5, старший научный сотрудник Отдела палеолита ИИМК РАН Сергей Лисицын называет технологию строительства жилищ железобетоном каменного века, поскольку каркас из костей мамонта в нижней части обмазывался землей и глиной.

Реконструкция жилища в Костёнках

Так, на постройку дома из музея «Костёнки» ушло около 600 костей мамонта, принадлежавших примерно 40 особям. Верхняя часть жилища обтягивалась шкурами. Нетрудно представить, какой там стоял чад от очага и запах от жировых светильников, но, судя по многочисленным находкам в пределах остатков этих домов, люди довольно много времени проводили в помещениях, занимаясь изготовлением орудий труда и прочими домашними делами.

Палеолитический стандарт

Мамонты снабжали людей верхнего палеолита и орудиями охоты на себя. Длинные копья, которые были тяжелее и прочнее деревянных, делались из бивней этих зверей. Копию такого оружия для музея изготовил старший научный сотрудник Экспериментально-трасологической лаборатории ИИМК РАН Евгений Гиря.

Изготовление копья из бивня мамонта для музея в Костёнках

Для ученых долго оставалось загадкой, как не просто выпрямлять бивни, которые в длину достигают четырех метров, но и добиться того, чтобы со временем они не изогнулись обратно. Следуя технологии, предложенной его коллегой Анатолием Филипповым, Евгений Гиря осуществил это на практике.

Вырезанный из бивня мамонта стержень одним концом крепился в длинном пазу в деревянной основе. Всю конструкцию замачивали в воде и примерно в течение недели постепенно вставляли стержень из размягчающейся от влаги кости в этот паз целиком, фиксируя его ремнями. Затем изделие вынимали из воды и тщательно высушивали, не доставая из паза.

В древках копий каменного века нередко вырезали углубления, в которые вставляли по несколько острых кремневых лезвий. Лезвия были сменными: одно сломалось или выпало — можно вставить следующее, закрепив для верности растительным или животным клеем, и вот уже копье опять готово к охоте.

Сменные детали должны были иметь стандартные форму и размер, чтобы идеально ложиться в выемку. Так и было: серийное производство появилось еще в палеолите. Действуя костяным или каменным отбойником, древние мастера отработанными движениями били по специально подготовленной площадке куска кремня, служившего ядром-нуклеусом, и скалывали с нее почти одинаковые острые пластины. И если в среднем палеолите от одного нуклеуса умели отбивать 3-4 скола аналогичной формы, то граветтийцы в верхнем палеолите научились получать их десятками. Такие стандартные пластины даже запасали впрок.

Время от времени археологи находят припрятанные древними людьми «пачки сменных лезвий» — по несколько штук одинаковых «комплектующих», предназначенных для оружия или инструментов для обработки туш и шкур.

Ваши документы?

Как уже было сказано, жители древних Костёнок носили одежду, сшитую из шкур: на их стоянках обнаружено множество костяных шильев и каменных проколок. Нитками, вероятно, служили сухожилия животных. Любили они и бижутерию из кости и раковин: найдены многочисленные бусины, фрагменты браслетов, застежек и диадем; даже, вероятно, пуговицы.

«Виллендорфская венера»

Более того — возможно, эти люди уже умели прясть и ткать, плести и вязать. По крайней мере их собратья по граветтийской культурной общности, жившие 27-29 тыс. лет назад на территории чешских Долни Вестонице и Павлова, оставили археологам одни из древнейших свидетельств изготовления текстиля — отпечатки на глине веревок и ткани из растительных волокон.

Орнаменты на головах некоторых женских статуэток, распространенных в Европе каменного века, — «палеолитических венер» — выглядят как изображения плетеных или вязаных головных уборов. Такова, в частности, знаменитая «Виллендорфская венера» из Австрии — эта обнаженная дама как будто носит вязаную шапку. 

О «палеолитических венерах» стоит сказать особо. Женские статуэтки, как правило, с ярко выраженными вторичными половыми признаками, вырезанные из кости, мягкого камня или вылепленные из обожженной глины, встречаются в Евразии от Пиренеев до Байкала. Единичные экземпляры старше граветтийской культурной общности, но подавляющее большинство «венер» создано ее представителями.

«Венера» со стоянки Костёнки-1

Несколько таких статуэток найдено и в Костёнковско-Борщёвском районе. Ученые спорят об их предназначении. Основная версия гласит, что скульптуры, всем своим видом намекающие на изобилие и плодородие, — это древнейшие изображения богини-матери.

Облик этих статуэток очень разнообразный. Встречаются «венеры», покрытые орнаментом. Это наводит ученых на мысль о том, что их создатели практиковали татуировки.

— Татуировки — это «паспорт» древнего человека, — говорит Сергей Лисицын. По крайней мере, об этом свидетельствует обширный этнографический материал.

Татуировки и ритуальное шрамирование у представителей племен, быт которых исследователи Нового и Новейшего времени считали относительно близким к каменному веку, демонстрировали любому встречному, из какого человек сообщества, чей он родственник и какой у него статус.

Летом на раскопках в Костёнках и Борщево кипит работа. Каждый сезон приносит новые сведения о людях, живших здесь в верхнем палеолите, либо весомый вклад в уже имеющийся массив знаний о том далеком времени. Помимо профессиональных археологов, из разных городов приезжают и волонтеры — принести пользу науке. Кстати, в экспедиции Борщёво-5 есть еще места для добровольцев, в том числе и без опыта, на вторую половину августа и сентябрь.

Ваша реакция?


Мы думаем Вам понравится