![Мария Трубникова: как дочь декабриста открыла первую благотворительную организацию для женщин](https://homsk.com/upload/media/posts/2022-03/08/mariya-trubnikova-kak-doch-dekabrista-otkryla-pervuyu-blagotvoritelnuyu-organizaciyu-dlya-zhenshchin_1646692674-b.jpg)
Культ декабристов
Через полгода после восстания декабристов пятерых заговорщиков казнили, еще 124 человека были отправлены в Сибирь на каторжные работы. Они жили в острогах по 16 человек в комнате, зимой терпели холод, многие стремительно слепли — солнечного света почти не было, а чтение было одним из немногих развлечений. Среди ссыльных был ротмистр Кавалергардского полка Василий Ивашев, за которым в Сибирь последовала его возлюбленная Камилла Ле Дантю, дочь гувернантки-француженки семьи Ивашевых.
В ссылке пара поженилась, и в 1835 году у них родилась дочь Мария (а затем еще трое детей, один из которых умер в младенчестве). Семья привыкла к новой жизни. В свободное время Ивашев занимался музыкой, много рисовал, переводил на французский биографию полководца Александра Суворова и писал стихи. Камилла ухаживала как сиделка и медсестра за больными декабристами, читала и музицировала.
Старшую дочь в семье нежно называли Маня. Василий писал родным, что она «с каждым днем становится все прелестнее, резвее и грациознее и уже теперь обещает много утешений в будущем». Декабрист Иван Пущин называл ее «умненькой» и «премиленькой девочкой».
Спокойной семейной жизни Ивашевых пришел конец, когда 30 декабря 1839 года после сильной простуды скончалась Камилла. Через год умер и Василий. Детей забрала бабушка, Мария Ле-Дантю. Их перевезли имение Архангельское в Симбирской губернии (сейчас — на территории Ульяновской области), к их тете по отцовской линии.
Благодаря тете Мария получила хорошее образование: она изучала литературу, историю, философию и естествознание. Кроме того, с детства усвоила принцип: надо поддерживать тех, кто оказался в беде. Когда в 1848 году началась эпидемия холеры, Мария вместе с тетей ездила помогать больным.
Образцом для подражания для Марии всю жизнь был отец, решившийся пожертвовать всем ради своих идеалов. Ее старшая дочь Ольга впоследствии вспоминала: « У нас в семье вообще существовал культ декабристов: о них, об их борьбе за свободу родного народа говорили с благоговением; мы с детства знали их всех в лицо в мамином альбоме и десятки раз слышали рассказы о 14 декабря». Однако, в отличие от отца, Мария считала, что насильственным путем общество изменить не получится, и не была сторонницей радикальных методов. «Великое дело нельзя делать злым путем», — говорила она.
Схожие взгляды были и у Константина Трубникова, молодого человека из дворянской семьи, который стал часто наведываться в Архангельское. Его семья устроила школу рукоделия для крестьян, а сам Константин понравился девушке «главным образом, своим либерализмом и цитатами из Герцена». 1854 году Мария вышла за него замуж, и они вместе переехали в Петербург. Мария помогала мужу издавать газеты «Журнал для акционеров» и «Биржевые ведомости», занималась переводами и работала редактором. В их доме собирались литераторы, ученые, представители аристократии, журналисты. Однако между супругами быстро начался разлад. Константин в семейной жизни оказался деспотичным человеком. Мария это терпеть не хотела и решилась уйти от мужа с четырьмя детьми. Она начала зарабатывать на жизнь переводами.
«Атмосфера нашего дома была пропитана идеями свободы, равенства и братства, — рассказывала ее дочь Ольга. — имена тогдашних борцов за них, каковы Чернышевский, Михайлов, были мне знакомы с детства». Мария даже стала одним из прообразов героини романа Чернышевского «Что делать?». Саму же ее все больше и больше волновал женский вопрос: Трубникова мечтала об экономической независимости для женщин и хотела, чтобы они имели доступ к образованию.
![](https://homsk.com/upload/media/entries/2022-03/08/41405-entry-2-1646692674.jpg)
В этом она была не одинока. Ее идеи разделяли Надежда Стасова (дочь придворного архитектора Василия Стасова) и Анна Философова (жена генерал-аудитора Военного министерства Владимира Философова). Сегодня их называют «женский триумвират». Одна из современниц писала о них: «Не поступаясь никогда ни достоинством своим, ни своими убеждениями, они, кроме того, обладают той мягкостью и тою обходительностью светских женщин, которые больше добьются, чем резкость и храбрость, лезущая напролом».
Вместе они решили изменить положение женщин в России.
Давали крышу над головой, работу и независимость
В 1859 году Мария вместе с Надеждой Стасовой и другими сторонницами учредили «Общество дешевых квартир и других пособий нуждающимся жителям» для помощи женщинам, которые находились в поисках жилья. Так не только появилась одна из первых женских благотворительных организаций, но и началось сплоченное движение за права женщин.
Трубникова, Стасова и еще 298 участниц «Общества» на свои деньги сняли дом в Петербурге и обустроили там компактные квартиры с общими кухнями для женщин, которые были вынуждены бежать от своих семей и мужей. Таким женщинам не только давали крышу над головой, но и искали помогали найти работу и получить медицинскую помощь.
Подопечных участницы «Общества» искали сами: они ходили по беднейшим районам, заходили в дома и предлагали помощь. Это была нелегкая работа. «Тяжелое впечатление, особенно вначале, возбуждали во мне эти сцены безотрадной нужды, — вспоминала одна из них. — Каких бывало сцен не насмотришься, чего-чего не нанюхаешься. А что за воздух стоял в этих полутемных, освещенных одним низким окном, логовищах, с их «углами», где росли несчастные дети, эти бледные, голодные заморыши, где догорали искалеченные нуждой старики и старухи, среди сырости, не только зеленой мозаикой покрывающей стены, но выступавшей грязной водой сквозь щели полов».
Чтобы спасти как можно больше женщин от жизни в таких условиях, Трубникова и Стасова создали «Общество для оказания материальной помощи беднейшему населению» и учредили в 1863 году женскую издательскую артель. Также Мария открыла «Общество переводчиц-издательниц». Благодаря этой организации впервые были на русском языке были изданы сказки Ханса Кристиана Андерсена.
«Свистали, косились, говорили разные глупые дерзости»
В начале 1860-х годов начались «походы» женщин в университеты — они посещали лекции в качестве вольнослушателей. Однако полноценный доступ к знаниям наравне с мужчинами получить удалось не сразу. Женское стремление к образованию считалось в лучшем случае капризом, в худшем — проявлением «развратности натуры».
Женщинам не выдавали никаких документов об окончании обучения, а к их присутствию на занятиях относились насмешливо и даже враждебно. Вслед вольнослушательницам «свистали, косились, говорили разные глупые дерзости». В 1863 году появился запрет на посещение лекций для женщин. За него проголосовало 23 университета, и только два высказались против. Те, кто хотел учиться, были вынуждены уезжать за границу. Так, например, поступила Надежда Суслова, первая врач в истории России.
![](https://homsk.com/upload/media/entries/2022-03/08/41405-entry-6-1646692674.jpg)
Однако Трубникова и Стасова верили — образование женщинам необходимо, иначе полноценной финансовой независимости им не добиться. И раз сами высшие заведения отказывались принимать студенток, они задумались о создании отдельного женского университета. Эта идея показалась им настолько вдохновляющей, что Стасова позже вспоминала: «У всех явилась невообразимая энергия».
«Выйдет замуж, и все науки в сторону»
В 1867 году съезд естествоиспытателей в Петербурге одобрил предложение организовать высшие женские курсы по историко-филологическим и физико-математическим наукам. На имя ректора Санкт-Петербургского университета Карла Кесслера было направлено соответствующее прошение, под которым подписались 400 женщин, в том числе Трубникова и Стасова. Кеслер перенаправил прошение министру просвещения графу Дмитрию Толстому, который решил поговорить с его авторами.
«Разговор был довольно странный, — вспоминала Стасова. — Министр указал на отсутствие средств и на то, что женщине этого не надо, она «выйдет замуж и все науки в сторону». Ему показали подписи под запиской: «Да это все бараны! Вы запевалы, а им все равно, на что и куда идти — новость, вот и все».
Тем не менее, министерство просвещения пошло навстречу просительницам и позволило открыть педагогические курсы. Следом за ними в 1872 году были запущены женские врачебные курсы, благодаря которым женщины могли получить диплом «ученой акушерки» и начать самостоятельную практику. Затем, в сентябре 1878 года, открылись знаменитые Бестужевские Высшие женские курсы. В разные годы на курсах преподавали Дмитрий Менделеев, Иван Сеченов, Иннокентий Анненков. А среди студенток были будущая писательница Александра Бруштейн, публицистка Елизавета Дьяконова, первая русская женщина-астроном Нина Субботина, будущая революционерка Надежда Крупская.
Изначально полноценный диплом после их окончания было получить нельзя, но ситуация изменилась в 1910 году, когда Государственной совет присвоил курсам статус высшего учебного заведения.
Последние годы
Старшие дочери Трубниковой, Ольга и Мария, вдохновившись примером матери, учили грамоте крестьянских детей, а однажды решили отказаться от новогодней елки, чтобы на вырученные деньги купить коров крестьянским сиротам. Девушки были увлечены революционными идеями, организовывали встречи для подпольщиков и даже прятали оружие. Их мать этого не одобряла: она всегда принципиально выступала против насилия в любых формах.
За близость к народовольцам сестрам пришлось поплатиться. В 1880-е годы в доме Трубниковых неоднократно проводились обыски. В 1882 году Ольгу арестовали и отправили в Петропавловскую крепость — туда, где сидел когда-то ее дед-декабрист. Арест дочери подорвал психическое здоровье Трубниковой, и она была вынуждена отправиться на лечение в больницу для душевнобольных.
Ей так и не удалось окончательно прийти в себя. В 1897 году она умерла и была похоронена в Новодевичьем женском монастыре. После смерти Марии Трубниковой для учащихся Бестужевских курсов была учреждена стипендия ее имени.