Как в Скандинавии в XVIII веке политика стала экономикой.
84
просмотров
Данию ограбили! И сделали это настолько ловко, что датчане даже опомниться не успели — заодно и собственные пошлины отменили. Что же за хитроумные политико-экономические интриги творились в XVIII веке — в нашей статье.

Дипломатические интриги

Первая победа Карла XII над Данией произошла исключительно благодаря харизме и военному таланту шведского короля. Так считают многие, но от истины это далеко. На самом деле проблему Дании решил… англо-голландский флот.

Англия и Голландия были гарантами статус-кво в Голштейн-Готторпе, куда 14 мая 1700 года вторглись датчане. Поэтому, строго в соответствии с Альтонским соглашением 1689 года, Англия и Голландия приняли сторону Швеции. Для начала они заблокировали датский флот в своих водах, не дав ему выйти к Карлскроне и перехватить шведов, а потом обеспечили проводку и высадку шведского десанта под стенами Копенгагена.

Однако англичанам и голландцам, которыми в то время правил один человек — Вильгельм III Оранский — было совсем не нужно излишнее усиление Швеции. Так что сразу после признания датским королём Фредериком IV своего поражения, Морские Державы (так их называли в дипломатической переписке того времени) настояли на выводе шведских войск из Дании под своим контролем. Войска шведов погрузились на корабли под наведёнными на них пушками союзников и датчан и прошли к своему побережью сквозь строй англо-голландских и датских кораблей.

Вильгельм III Оранский

Десятого сентября 1700 года эскадра Морских Держав покинула воды Балтики и взяла курс на свои порты.

Но на этом дело не закончилось, а наоборот. Начались хитроумные дипломатические интриги, которые велись между такими гигантами, как Вильгельм III, Людовик XIV, австрийский император Леопольд, — и политиками рангом помельче: Петром I, Фредериком IV, Карлом XII и прочими.

В 1700 году Англия, Австрия, Франция и Голландия замерли, ожидая раздела «испанского наследства». Испанский король Карл II был при смерти, не имел потомков мужского пола, и вышеназванные страны готовились либо поделить владения Испании между собой, либо вообще поставить в Мадриде своего короля, дабы завладеть богатствами иберийцев и их колониями. В этой ситуации началось перетягивание возможных союзников на себя.

Шведы завязли в войне с Россией и Саксонией. После разгрома Петра I у Нарвы (30 ноября 1700 года) король Карл стал готовить кампанию в Польше и тем самым устранился из драки за испанское наследство. Но остался вопрос Дании: Морские Державы не могли из года в год посылать свои эскадры в Зунды, чтобы отбить у датчан желание атаковать Швецию и вернуть себе захваченные шведами в XVII веке территории. Дания же итогом войны со Швецией видела решение Голштейн-Готторпского вопроса и отторжение провинции Сконе; она хотела завладеть двумя берегами Зундов и полностью контролировать проход через них.

Победа шведов в битве при Нарве, художник — Густав Седерстрём.

Ещё с 1431 года датчане собирали так называемые Зундские пошлины — деньги с проходящих на Балтику судов. С кораблей, идущих в балласте, брали меньше, с загруженных товаром — больше, но самым главным для датского короля стало то, что торговые суда на Балтику и с Балтики шли постоянно — а следовательно деньги тоже, — и этот налог отправлялся королю напрямую, без одобрений или запретов парламента.

Король чаще всего тратил эти деньги на армию и флот.

Размер пошлин в разное время был разным, однако в предшествующий описываемому период он составлял от трети до четверти общего бюджета Датского королевства. Хотя, конечно, год на год не приходился, и пошлина зависела от количества проходящих судов и от их водоизмещения.

Свобода от нападения

Весной 1701 года пенсионарий Голландии Хейнсиус послал в Копенгаген представителя, который потребовал от Дании… отмены Зундских пошлин для голландских кораблей. Нет, конечно же, никто не угрожал, но пример прошлого лета все помнили отчётливо.

Стоит понять, что 60 процентов кораблей на Балтике на тот момент были именно голландскими, и датчанам отказ от собирания пошлины с голландцев казался очень невыгодным. Однако завуалированные намёки о сравнивании Копенгагена с землёй все поняли, и 15 июня 1701 года голландцы подписали с Данией новый торговый договор сроком на 20 лет. Согласно статье 11, Дании запрещался осмотр, а следовательно и сбор пошлин, с голландских кораблей.

Голландские суда приравнивались к датско-норвежским и пошлинами за проход через Зунды не облагались.

После этого соглашения остался лишь один крупный перевозчик, с которого датчане могли бы собирать «плату за проезд», — Англия. Однако длилось это недолго: 15 июля 1701 года, ровно через месяц, датчанам под угрозой применения силы пришлось заключить с англичанами соглашение, подобное предыдущему.

Сбор Зундских пошлин с 1701 по 1721 год упал просто катастрофически — со 160 тысяч ригсдалеров до 20-30 тысяч. Ещё хуже, что король Дании, готовясь к войне со Швецией, набрал 35-тысячную армию, которую теперь просто не на что было содержать. Ситуация предоставлялась просто катастрофической.

И тут… как говорил Задорнов: «Набрали воздуха в грудь?». На сцене опять появились английский и голландский посланники. И предложили помощь. Мол, уважаемый король Фредерик IV, вам нужны деньги, вам не на что содержать свою армию? Мы дико сожалеем, но мы ваши друзья, и хотим вам помочь. Почему бы вам эту армию… не продать. Кому? Да нам же!

В августе 1701 года было заключено два договора. Согласно первому, Англия и Голландия забрали у датчан 12 тысяч солдат (десять тысяч пехоты и две тысячи кавалерии) себе на службу, во Фландрию. За это Морские Державы выплатили Дании 540 тысяч ригсдалеров единовременно, а также обещались платить по 300 тысяч ригсдалеров в год. Позже в Дании завербовали ещё один батальон (500 человек) и два эскадрона (300 сабель). Датские солдаты участвовали под командованием Мальборо в битвах при Бленхейме, Ауденарде, Рамильи и Мальплаке.

Второй договор был заключён с императором Священной Римской империи на общее количество в 12 тысяч солдат. За это император Иосиф I обещал выплатить Дании один миллион ригсдалеров. Правда, когда первые восемь тысяч солдат поступили в распоряжение императора, тот сообщил, что уже платил Дании в 1674 году за использование датских войск в войне против Франции. Датчане деньги взяли, но предпочли начать войну со Швецией. Теперь настало время отработать долги.

«Ничего, — успокоил Фредерика император, — каких-нибудь два-три годика, и французов мы разгромим, Испанию завоюем. И вот когда победим и завоюем, благодарные испанцы дадут вам ещё миллион».

Забегая вперёд, скажем, что война продлилась 13 лет, австрийский претендент на трон Испании так и не взошёл, а датчане испанского миллиона не получили.

Всего австрияки завербовали в Дании 13 тысяч солдат. Они воевали под началом Евгения Савойского при Кремоне, подавляли в Венгрии в 1703–1704 годах мятеж Ракоци.

Евгений Савойский

В итоге за период 1701–1708 годов армия Дании сократилась с 35 до 10 тысяч человек — этим Морские Державы гарантировали, что Дания не нападёт на Швецию, и использовали датские войска в своих интересах в войне против Франции.

Политика и экономика

Как видим, у Петра I в дипломатии и политике были весьма хитроумные учителя. И он у них многому научился — одна многоходовая интрига с замещением шведской пеньки на русскую чего стоит! Но это уже тема другого разговора.

А что касается Зундских пошлин — в 1721 году датчане снова начали собирать деньги с голландцев и англичан. При этом начали планомерно повышать пошлины, чтобы наверстать упущенное. В соответствии с господствовавшей тогда теорией меркантилизма, дополнительными налогами обложили провоз чужих колониальных товаров, которые сами датчане производили в своих вест-индских и индийских владениях, — кофе, чая, сахара и т. д.

Это и заставило британцев и голландцев развивать маршрут вокруг Дании — через Гамбург и Мекленбург-Шверин в немецкие порты.

Так политика в какой-то момент стала продолжением экономики.

Ваша реакция?


Мы думаем Вам понравится