Олаф Стэплдон: как рождалась научная фантастика
90
просмотров
Его дебютный роман «Последние и первые люди» существенно повлиял на писателей 1930-х.

Олаф Стэплдон был философом, педагогом и социальным реформатором, связанным с пацифистским движением 1930-х. Сегодня он известен как один из основоположников научной фантастики и продолжатель традиций Герберта Уэллса.

«Еще ни одна книга не оказывала на меня такого влияния», — писал Артур Чарльз Кларк об опубликованном в 1930 году дебютном романе Стэплдона «Последние и первые люди». Это произведение повлияло на становление таких писателей, как Дорис Лессинг и Брайан Олдисс, которые, подобно Кларку, остались под неизгладимым впечатлением от книги.

Олаф Стэплдон.

Уильям Олаф Стэплдон родился в Уолласи, Англия, в 1886 году. В 1869-м, после открытия Суэцкого канала, его дедушка Уильям, капитан дальнего плавания, основал там морское агентство при крупной судоходной компании, и часть детства Стэплдон провел в Порт-Саиде. Учился он в пансионе Эбботс Хоум и в Бейлиол-колледж при Оксфордском университете, затем стал работать в семейном бизнесе в Порт-Саиде. В 1914 году был издан его сборник «Современные псалмы».

Разразившаяся Первая мировая война укрепила пацифистские взгляды Стэплдона, и в 1915-м он поступил в санитарную службу квакеров. Рискуя жизнью, молодой человек помогал эвакуировать раненых. Этот опыт нашел отражение во второй книге писателя «Последние люди в Лондоне» (1932). В этом произведении главный герой одолеваем муками совести. Автор устами персонажа выражает свои мысли о том, что «бороться за освобождение своего народа против других народов в мире, обезумевшем от национализма, это преступление против духа». На войне психика героя не выдерживает — то же, вероятно, произошло и с самим Стэплдоном.

После Первой Мировой писатель, находясь под влиянием идей Уэллса, призывал к разоружению и созданию мирового правительства. Работая над социальным проектом в Ливерпульском университете, он выступал с лекциями для Образовательной ассоциации рабочих. В 1925 году Стэплдон получил степень доктора философии в Ливерпульском университете, защитив диссертацию по теме «Значение».

Портрет Стэплдона на обложке посвященной ему книги

Дебютный роман «Последние и первые люди» представляет собой историю будущего человеческой расы, окончание которой приходится на последний, восемнадцатый, вид человечества, обитающий на Нептуне. Из-за угрозы неминуемого взрыва Солнца жители планеты распространяют споры организмов по Вселенной в надежде наконец обнаружить пригодное для жизни место.

Начало романа написано одним из «последних людей», благодаря телепатии общающимся с неизвестным английским преподавателем — здесь Стэплдон поясняет, что его роман вовсе не классическая утопия, а «мифотворчество»; исследование духовного и прагматического полюсов человеческой мысли, а также изучение конфликта между материалистической наукой и трансцендентальной религией.

Роман, получивший одобрение Джона Пристли и Арнольда Беннета, в значительной степени опирается на обеспокоенность Уэллса эволюцией и прогрессом. Кроме того, он включает размышления биолога Дж. Б. С. Холдейна. Сестра последнего, писательница Наоми Митчисон, близко общалась со Стэплдоном.

Уэллс с воодушевлением отнесся к произведению Стэплдона и написал собственный фантастический роман «Облик будущего» (1933). Вирджиния Вулф высоко оценила «Создателя звезд» (роман 1937 года), поясняя, что Стэплдон взялся за рассуждения, которые она пыталась «отразить, куда менее виртуозно» в своем творчестве.

Достоинство романа «Последние и первые люди» заключается в феноменальном умении Стэплдона тщательно прорабатывать временные шкалы, наброски которых сохранились в его архивах.

Наброски к роману «Последние и первые люди».

Последующие произведения — «Странный Джон» (1935) и «Сириус. История любви и разлада» (1944) — продолжают исследовать природу человечества и искушения, очевидно, «исключительных» умов и идеологий.

В лекции «Вероятное будущее», которую Стэплдон читал несколько раз в промежутке между мировыми войнами, он изображает представляемые нами «степени будущего»: каждого конкретного человека, ближайшее через сто лет и далекое миллионы лет спустя. Он выдвигает несколько вариантов развития, которые сейчас выглядят захватывающе пророческими: превосходство США, «видоизмененный капитализм» в России и высокий потенциал Китая. Доживут ли люди до далекого будущего? По мнению, Стэплдона, «разумеется, они будут не похожи на нас». В своих произведениях он показывал, что будущее представляет широкие и заманчивые возможности.

В выступлении перед Британским межпланетным обществом в 1948 году, Стэплдон, не питавший надежд по поводу вероятности космических полетов, высказался об идеологическом противоречии Холодной войны. Любая идеология, говорил он, «содержит чрезвычайно важную истину, которую другая идеология игнорирует». Для него идеальное общество «состоит из разнообразия индивидуальностей, которые отличаются взаимным пониманием, согласием и состраданием». Усиление «разнообразия», какова бы ни была его причина, приводила к усилению возможности «содружества миров».

Главное произведение Стэплдона стало основой для сценария первой и последней режиссёрской работы композитора Йохана Йоханнссона, взявшегося за экранизацию научно-фантастического романа.

Ваша реакция?


Мы думаем Вам понравится