Дело братьев Харп: первые серийные убийцы Америки
126
просмотров
Америка может «похвастаться» едва ли не самым большим количеством серийных убийц в мировой истории. Знают, однако, в основном о делах XX века — хотя первый официально задокументированный случай имел место столетия назад. Осторожно: в этой истории будет много ножей и отрезанных голов.

Даже сегодня прошлое братьев Харп остаётся окутано мраком — историки до сих пор не знают, когда и где именно они родились. Микки (Микайя) «Большой» Харп появился на свет предположительно в 1748 году, а Уайли «Маленький» — в 1750. Корни братьев уходили в Шотландию — то ли они там родились и в детстве эмигрировали вместе с родителями, то ли появились на свет уже в Америке. Существует даже версия, что они были не родными братьями, а двоюродными. И Микки вроде как был даже никакой не Микки, а Джошуа, а Уайли на самом деле был рождён под именем Уильям. И даже фамилия их была не Харп, а Харпер. Теперь уже сам черт не разберётся — тем более что братцы и сами при жизни были не дураки представиться чужим именем: «работа» обязывала. Так что мы будем звать их теми именами, под которыми они вошли — увы — в историю: Микки и Уайли Харп. Ах да — «работали» они на большой дороге.

Пасынки свободы

Детство братьев прошло в Теннесси, откуда, впрочем, в более зрелом возрасте они подались в Вирджинию, где устроились надсмотрщиками на плантациях, на которых трудились рабы. Надо полагать, до определённого момента жизнь их полностью устраивала, однако тут очень некстати какие-то ребята что-то там начудили в Бостоне — в общем, началась революция, которая стала для Харпов-Харперов концом их привычного мира.

И братья отправились на войну. Именно тогда, записываясь в добровольцы, они впервые официально представились как родные братья, Микки и Уайли Харп. Они воевали в составе частей, сформированных из лоялистов — тех американцев, которые не поддержали Вашингтона, Адамса и компанию и остались верны королю.

Иррегулярные части в бою — в похожем отряде сражались и Харпы, правда — на стороне британцев

Результат американской войны за независимость известен — британцы проиграли. Впрочем, братьев Харп в числе побеждённых не оказалось — едва дела у людей короля пошли плохо, они решили, что солдатская стезя — не для них, и дезертировали, прихватив оружие. Теперь они были сами по себе — живые осколки старого мира, доживавшего последние дни, в мире новом они были никому не нужны.

Возвращаться было некуда и незачем. Отношение к лоялистам в новой независимой Америке было, мягко говоря, сложным.

Но война научила братьев убивать и показала, сколь дешёво может стоить человеческая жизнь и как легко человек, не боящийся замарать руки, может получить всё, что пожелает. Они вышли на большую дорогу и двинулись по ней на запад — рыжий, крепкого телосложения, в вечно перепачканной одежде и увешанный с ног до головы оружием Микки и отнюдь не выглядевший грозным, но не менее безжалостный и смертоносный Уайли. Такими их запомнили. Такими они начали свою вторую и главную жизнь.

Прохожих ищем с ночи до утра, чужие сапоги натёрли ноги…

Во время скитаний братья попытались — в меру собственных представлений — наладить личную жизнь. Микки прибег к радикальным техникам пикапа и просто похитил некую женщину по имени Мэри Дэвидсон, а затем, спустя некоторое время, аналогичным образом похитил ещё одну — Сьюзен Вуд. Уайли же предпочёл жениться официально — его брак с некой Сарой Райс был зарегистрирован 1 июня 1797 года в округе Нокс, штат Теннесси, где они осели на непродолжительное время.

Братья вместе с жёнами поселились в какой-то ветхой хижине и даже одно время пытались заниматься фермерским хозяйством — просто чтобы прокормиться. Однако «кокос не рос», и братцы быстро смекнули, что куда проще будет воровать скот у соседей, втихую резать и разделывать его, после чего продавать «своё» мясо на местном рынке. Сказано — сделано, и бизнес пошёл. Впрочем, к тому моменту Харпы уже порядочно привлекли к себе внимание окрестных обывателей — не в последнюю очередь потому, что били своих жён таким смертным боем, что их крики не слышал разве что глухой. Примерно в то же время, как утверждается, у Микки родился ребёнок, однако разбойник довольно быстро устал от постоянного детского плача и убил младенца.

Однажды какой-то местный фермер задумался — а откуда это у нищебродов и маргиналов Харпов берётся на продажу столько превосходного мяса? И куда, чёрт его дери, пропала его собственная лошадь? Сложив два и два, сознательный гражданин решил проследить за «предпринимателями» и узнал, что у тех далеко в лесу оборудована самопальная скотобойня с загоном. Харпов арестовали, однако им удалось бежать. Братья бросили и хижину, и свои нехитрые пожитки. Взяли только жён.

Опыт службы в иррегулярных партизанских отрядах дал о себе знать — братья мастерски ушли от погони и замели следы.

О следующих нескольких месяцах их жизни неизвестно почти ничего. Поговаривали, что они подались в Огайо, где спелись с бандой местных речных пиратов и вместе совершали нападения. Вот только довольно быстро выяснилось, что у новых подельников были очень разные взгляды на ведение дел. Пиратам нужны были лишь деньги, и, получив своё, они тихо-мирно уходили, ограничиваясь раздачей нескольких тумаков — так, скорее для порядка. А вот озверевшим Харпам нужна была кровь. Во время одного из «дел» они не ограничились грабежом — заставив угодившего к ним в руки мужчину раздеться, братья скинули его с обрыва в реку. Грабёж — это грабёж, тут если и поймают — есть хороший шанс отделаться тюрьмой. Однако убийство, да ещё и не одно — это гарантированная виселица. Поэтому Харпов изгнали из банды. Они вновь остались одни. Только они — и дорога.

Чёрные души

В 1798 году Харпы объявились в Кентукки. Теперь они не пытались где-то осесть, предпочитая вести бродячий образ жизни, живя грабежом и убийствами. Одной из их излюбленных уловок было предложить случайным попутчикам ехать вместе — якобы для безопасности, ведь леса буквально кишели разбойниками. А когда ничего не подозревавшие жертвы ослабляли бдительность, братцы расправлялись с ними, после чего обдирали трупы донага.

«Слава» Харпов продолжала расти, и вскоре за их головы была объявлена награда в размере трёхсот долларов — огромная по тем временам сумма. Это вынудило братцев искать спасения в глуши — в окрестностях Камберлендских гор, на границе Кентукки и Теннесси.

Естественно, тех, кому не повезло повстречаться им на пути, ждала уже ставшая типичной участь — грабёж и гибель. В произвольной последовательности.

Неизвестно, как долго кровавый дуэт продолжал бы творить свои злодеяния, но с Харпами случилось то, что нередко происходит с преступниками, которым слишком уж долго и последовательно везёт — они утратили осторожность. В конце августа 1799 года они явились в усадьбу некоего Мозеса Стегалла — человека, занимавшегося разными сомнительными делишками, с которым у Харпов прежде были какие-то совместные интересы.

Реконструкция портретов братьев Харп, основанная на показаниях людей, видевших их при жизни. Слева — Микки, справа — Уайли

Самого хозяина дома не оказалось, и гостей встретила его супруга. Братья согласились подождать и попросили миссис Стегалл приготовить им что-нибудь поесть. Женщина ответила, что сначала она должна покормить и уложить спать своего четырёхмесячного ребёнка, а затем уже займётся ужином. И тогда Харпы предложили соломоново решение — они посидят у колыбели, а она пусть кашеварит. В конце концов, Микки Харп и сам был отцом — что он, ребёнка не уложит? Увы, миссис Стегалл не знала, что «был» — ключевое слово в этой истории, и согласилась.

И верно — ребёнок не кричал. Покормив гостей, жена Стегалла всё же решила проверить младенца и лишь тогда к своему ужасу осознала, почему тот был так спокоен, — Харпы его попросту зарезали. А когда женщина подняла крик — зарезали и её. Тем же ножом. После чего «обнесли» и подожгли усадьбу.

Охота на волков

Вполне возможно, что и это преступление сошло бы кровожадным братьям с рук, но в этот раз нашёлся свидетель, опознавший их, — работник фермы по фамилии Уильямс видел, как братья подожгли дом и скрылись в лесу. Мужчина тут же бросился собирать всех, кого мог найти, и очень скоро вся округа стояла на ушах.

За считанные минуты был собран отряд линчевателей во главе с капитаном Джоном Лейпером, а охваченный жаждой мести Мозес Стегалл вызвался быть проводником. Зная повадки братьев, он без особого труда вычислил пещеру, где те предположительно укрывались, а когда преследователи почуяли дым от костра, сомнения окончательно отпали.

Преступники, впрочем, оказались не лыком шиты и дали отпор — завязалась перестрелка, в ходе которой Микки был ранен. Справедливо рассудив, что шансов в открытом бою у них нет, братцы вскочили на лошадей, вылетели из пещеры и бросились в противоположные стороны. Оставив пару человек сторожить харповских жён, линчеватели во главе с Лейпером бросились за Микки — он был старшим, он был главным и он был ранен.

Погоня увенчалась успехом — Микки получил ещё одну пулю и был вынужден сдаться. Когда он заговорил, у преследователей, многие из которых и сами были тёртыми калачами, волосы встали дыбом.

Харп сознался, что вместе с братом они за всё время убили в общей сложности около сорока человек, а на резонный вопрос о мотивах ответил, что они просто ненавидели людей и решили уничтожать их по мере сил.

Из множества людей, милостью братцев упокоившихся по безымянным оврагам вдоль дорог Кентукки и Теннесси, единственной жертвой, из-за которой Микки испытывал нечто похожее на раскаяние, был его собственный ребёнок — тот самый, чьи крики так его раздражали.

Мамонтова пещера в Кентукки — в подобных укрывались братья Харп

Когда Лейпер выжал из арестованного всё, что мог, он более не сдерживал толпу. Конец Микки Харпа оказался таким же ужасным, как и у его жертв, — ему заживо отрезали голову его же собственным ножом. Трофей насадили на кол и оставили на всеобщее обозрение у одной из дорог, которая получила название Харпс-хэд роуд — «дорога головы Харпа». Жён тоже допросили, после чего пришли к выводу, что они во всей этой истории являются жертвами, и отпустили женщин на все четыре стороны. Капитан Лейпер получил от властей штата награду в размере 250 долларов.

Злой маньяк гуляет на свободе

А что же Уайли? Он был в курсе того, что произошло со старшим братом, и совершенно не питал иллюзий в отношении собственной участи, поэтому предпочёл сбежать в Миссисипи и залечь на дно, проживая под именем Джона Сеттона. Но старые повадки изжить тяжело, а в случае с такими патологическими личностями, как Харпы, и вовсе невозможно. И Уайли вновь начал убивать, впервые в жизни делая это в одиночку. Есть сведения, что он даже поменял почерк — на смену случайным попутчикам на дорогах пришли молодые девушки, которых младший Харп соблазнял и уже затем убивал. Вероятно, убийство всех без разбора было почерком Микки, который, являясь лидером, до поры подавлял индивидуальность младшего брата, вынуждая того действовать так же.

Впрочем, была черта, в равной мере свойственная обоим братьям, — самонадеянность. Когда средства к существованию подошли к концу, а новых барышей не предвиделось — во многом из-за того, что в одиночку разбойничать на дорогах было тяжелее, — Уайли Харп решил выкинуть дерзкий трюк и подался… в охотники за головами. Выйдя на след банды речных пиратов, в которой братья прежде состояли, он пожелал вновь присоединиться к ней, втайне надеясь убить её главаря Сэмюэля Мейсона и сдать его голову властям за награду. Подговорив ещё одного члена шайки, Уайли с его помощью убил и обезглавил Мейсона, после чего «добропорядочные граждане» сдали башку властям штата, надеясь получить награду. Но вместо этого получили подозрение в конокрадстве и арест.

Рисунок, изображающий голову Микки Харпа

И даже здесь Уайли Харп мог выкрутиться — ведь чем-чем, а конокрадством он не занимался уже очень давно. Но на его беду через городок шёл отряд солдат из Теннесси — кто-то из них его опознал. Теперь надежд на спасение не было и Уайли попытался сбежать, однако на этот раз оказался пойман. Восьмого февраля 1804 года Джона Сеттона, также известного как Уайли Харп и, возможно, рождённого под именем Уильям Харпер, и его невезучего подельника Питера Олстона повесили. Их головы также были отрезаны и водружены на колья в качестве назидания остальным. В этой печальной истории вообще было слишком много ножей и кольев.

Ваша реакция?


Мы думаем Вам понравится