Нашествие кельтов в Малую Азию.
133
просмотров
Переправившись в начале III века до н. э. в Малую Азию, кельты столкнулись там с армиями эллинистических государств. Сражаться им пришлось и с боевыми слонами.

Повергнув в ужас Италию, Македонию и Грецию, отряды кельтов переправились через Босфор и расселились в сердце Малой Азии. Занятая ими здесь территория по греческому имени кельтов получила название Галатия. Её жители, галаты, на протяжении почти двухсотлетнего периода оставались основной угрозой безопасности региона.

Переправа кельтов в Малую Азию

Ещё до похода кельтов на Дельфы от их войска отделился отряд примерно в 20 тысяч человек под предводительством вождей Леоннория и Лутария. Поблуждав некоторое время по Фракии, эти воины для дальнейших грабежей задумали переправиться в богатые земли Малой Азии. С этой целью в 278 году до н. э. они вышли к морскому побережью в районе проливов между Чёрным и Средиземным морем.

Фрагмент вифинской стелы из Кутлука, на которой греческий всадник сражается с пешими галатами. Начало II века до н. э.

Здесь находился греческий город Византий, жители которого настойчиво пресекали все попытки варваров переправиться через Босфор. Леоннорий долго и безуспешно осаждал Византий, укрепления которого оказались для варваров неприступными. Лутарий через некоторое время увёл своих воинов на полуостров Херсонес Фракийский (Галлиполи), чтобы попытаться пересечь Дарданеллы.

В это время в царстве Вифиния, занимавшем северо-западную часть Малой Азии, шла война за власть между братьями Зипойтом и Никомедом. Последний, потерпев поражение и уже не надеясь на свои силы, осенью 278 года до н. э. обратился за помощью к Леоннорию. Он прислал галатам деньги и корабли, чтобы перевести их через проливы. Византий на этот раз не стал противиться переправе, поскольку являлся союзником Никомеда. Так галаты Леоннория оказались на азиатском берегу.

Здесь к ним вскоре присоединились отряды Лутория, который переправился в Азию самостоятельно, захватив корабли, принадлежавшие грекам. Появление галатов позволило Никомеду быстро покончить с Зипойтом и полностью подчинить себе территорию страны. Галаты же, выполнив свою задачу, разбрелись по Малой Азии, предавая её земли безудержному грабежу.

Их силы разделились. Трокмы остались в северо-западной части полуострова в районе Геллеспонта, толистобогии двинулись вдоль побережья в Эолию и Ионию, тектосаги направились в глубину Фригии. На своём пути галаты нападали на города, убивали или уводили в плен людей, разоряли хозяйства и взимали дань с местного населения.

Галатский всадник выбивает из седла своего противника. Терракотовый рельеф с вазы из Каносы. Конец III века до н. э.

В ужасе перед ними содрогнулись даже такие богатые и многолюдные города, как Милет и Эфес. Кизик, Илион, Приена, Эритры и другие поселения вынуждены были откупаться от набегов деньгами. Вся страна наполнилась насилием. Зосим приводит обращённые к Никомеду горькие слова додонской пророчицы Фаэннис, содержащие описание грядущих бедствий греков:

«О, фракийский владыка! Ты будешь жить в своём граде.

Среди овец ты воздвигнешь мощного страшного льва.

Когти кривые вонзятся в сокровища вашей страны.

Станет страна вся добычей без труда».

Битва слонов

Первую попытку обуздать пришельцев предпринял царь государства Селевкидов Антиох I. Остаются неизвестными и время, и даже место этого события. Большинство историков помещают его в контекст войны, которую Антиох I вёл против Никомеда Вифинского и датируют его 276 или 275 годом до н. э.

Есть и другая точка зрения, состоящая в том, что сражение Антиоха I с галатами произошло уже после I Сирийской войны (274–271 года до н.э.) и связано с нападением галатов на селевкидские владения в западной части Малой Азии. Местом сражения называют Магнесию, Келены или Фиатиру.

Согласно имеющемуся у Лукиана из Самосаты описанию битвы, у галатов была многочисленная пехота, 20 000 конных всадников и 240 колесниц. Армия Антиоха была гораздо малочисленнее, набрана наспех и состояла более чем наполовину из легковооружённой пехоты.

Антиох питал самые мрачные ожидания относительно исхода предстоящего сражения и был готов пойти на мир, однако в это время родосец Теодот дал ему совет использовать в бою имевшихся у него 16 слонов. Галаты никогда не видели этих животных и не знали, как следует с ними бороться. Поэтому Антиох по совету Теодота велел выстроить по 4 слона на каждом фланге и ещё 8 слонов в центре и спрятать их за плотно построенными рядами пехоты. Когда в разгар сражения галатская конница и колесницы помчались вперёд на врага, солдаты Антиоха расступились, открыв проходы для стоявших позади них слонов. Лукиан из Самосаты, описавший эту битву, рассказывал, что произошло далее:

«Ещё задолго до приближения животных, услышав только их похрюкивание и увидев бивни, отчётливо сверкавшие на совершенно чёрном теле, и высоко поднятые в воздух хоботы, будто готовые схватить врага, галаты, не сойдясь даже на расстояние пущенной стрелы, обратили тыл и бросились бежать в полном беспорядке. Пешие в давке пронзали друг друга копьями и гибли под копытами конницы, ворвавшейся, не разбирая пути, в их ряды; колесницы тоже повернулись обратно на своих, и немало пролилось крови, когда пролетали они сквозь толпу, и, по слову Гомера, «звеня, уносилися дальше»… А следом за ними шли слоны, топча встречных, вскидывая хоботами на воздух или хватая и распарывая бивнями. Так в конце концов эти животные вырвали у неприятеля победу и передали её Антиоху».

Греческая терракотовая статуэтка III–II вв. до н. э. из Мирины на Лемносе, изображающая боевого слона, душащего хоботом галатского воина. Вероятно, сюжет изображения восходит к памятнику, воздвигнутому Антиохом I на месте его победы над галатами

Лукиан рассказывает, что по окончании сражения воины запели победный пеан и поздравили своего царя с победой. Он же горестно вздыхал и говорил им, что своей победой они обязаны лишь этим шестнадцати животным и никому более. Поэтому на победном памятнике, воздвигнутом на месте сражения, Антиох велел вырезать только изображение слона.

Тем не менее одержанная над галатами победа прославила Антиоха на всю Азию. С этого времени за ним закрепилось почётное прозвище Сотер, т. е. «спаситель».

Возникновение Галатии

Не смотря на нанесённое им поражение, галаты продолжали свои грабительские походы ещё на протяжении нескольких десятилетий. В конце концов малоазиатские греки сумели избавиться от варваров, не столько одерживая над ними победы, сколько откупаясь золотом и уступая им земли. Основным местом поселения галатов стала центральная часть Малой Азии, лежавшая к северу от Фригии, между средним течением рек Сангариса и Галиса. По их имени она в дальнейшем стала называться Галатия.

Здесь постепенно сложилось особое государство галатов в форме союза трёх племен: тектосагов, столицей которых была Анкира, толистобогиев, живших в западной части страны вокруг Пессинунта, и трокмов, живших на востоке с центром в городе Тавий. Каждое из этих племён, в свою очередь, подразделялось на четыре части, или тетрархии, во главе которых стояли правитель-тетрарх, особый военачальник и судья. Общий совет, в состав которого, помимо 12 тетрархов, всего входило 300 человек, собирался в священной роще Дринемете, расположенной в 20 милях юго-западнее Анкиры (будущей Анкары).

Эллинистические цари проводили в отношении галатов двойственную политику. Жадность и воинственность пришельцев заставляла греков бороться с ними, но вместе с тем позволяла использовать их в качестве наёмников для борьбы с другими противниками.

Галатия и места крупнейших сражений с участием галатов в III–II веках до н. э.

Пример подобной политики подал царь Вифинии Никомед I, пригласивший галатов переправиться в Малую Азию. Он сам и его наследники Зеела и Прусий I активно использовали галатских наёмников в войнах против Селевкидов и царей Пергама. Также поступали и другие восточные правители. Историк Юстин писал, что в это время

«ни один царь не вёл ни одной войны без галатских наёмников, а тот, кто лишился престола, ни у кого не искал убежища, кроме как у галатов».

В свою очередь, галаты щедро и без разбора предоставляли свою помощь всем, кто был согласен платить им деньги. По истечении срока службы их отряды снова превращались в банды грабителей, терзавших мирное население Азии.

Галатская война 189 года до н. э.

Галаты в большом количестве сражались в качестве наёмников в армии царя Антиоха III, а в период Сирийской войны (192–188 годы до н. э.) заняли резко враждебную позицию по отношению к высадившимся в Малой Азии римлянам. Зимой 190–189 годов до н. э. римский консул Луций Корнелий Сципион наголову разбил армию Селевкидов в сражении при Магнезии. Антиох III сложил оружие, согласившись принять римские условия мирного соглашения.

Преемник Сципиона, новый консул Гней Манлий Вульсон, который был послан в Азию для того, чтобы заключить мир с Антиохом III, оказался недоволен возложенной на него миротворческой задачей и по собственной инициативе решил предпринять вторжение в Галатию. Хотя официальной причиной похода выставлялась враждебная позиция галатов в последней войне, на самом деле консул был движим жаждой военной добычи и лавров победителя.

Галаты собрались у горы Олимп и здесь ждали приближения римской армии. Их лагерь на вершине горы был укреплён самой природой, и галаты не ожидали, что римляне решатся на штурм. Между тем, потратив два дня на рекогносцировку местности, консул двинул войска на приступ вражеской позиции. Тит Ливий пишет:

«Вскоре у галлов не осталось иного оружия, кроме коротких мечей, пригодных только для ближнего боя… они дали втянуть себя в битву такого рода, для какого совсем не годились. В самом деле, они привыкли к ближнему бою, где на удар можно ответить ударом, ранением на ранение — это разжигает их ярость и воспламеняет дух. А здесь, где противник, издалека наносящий им раны лёгким метательным оружием, скрыт от глаз, их слепое неистовство не находит выхода, и, подобно пронзённым зверям, они в исступлении кидаются на своих же. Галлы идут в бой нагими, но в иных случаях никогда не обнажаются, и оттого на их бледных дюжих телах видна была любая рана… Но открытые раны не устрашают галлов: напротив того, когда задета лишь мякоть и рана скорей широка, нежели глубока, они лишь рады тому, что воинская слава их возросла. Зато если засевшее глубоко в небольшой с виду ране острие стрелы или мелкий осколок терзает плоть и, несмотря на попытки его извлечь, никак не выходит, галлы в бешенстве бросаются наземь от стыда, что причина их мучительной боли столь ничтожна. И в тот раз тоже то и дело с кем-то случалось такое. А некоторые кидались на неприятельские ряды и, приблизившись, тотчас протыкались копьями и умерщвлялись мечами легковооружённых».

В результате сражения у галатов погибло 10 тысяч человек и около 40 тысяч попали в плен.

Умирающий кельт, одна из скульптур, изначально, по-видимому, украшавших Пергамский алтарь. Национальный музей археологии, Неаполь

Римская армия двинулась к столице галатов Анкире. На подходе к городу в лагерь прибыло галатское посольство, приглашавшее консула вступить в переговоры. На самом деле галаты стремились лишь выиграть время, чтобы успеть переправить женщин и детей на другой берег реки Галис. Кроме того, они планировали напасть на консула во время переговоров. Направляясь на место встречи, Манлий Вульсон с конвоем стражи подвергся нападению галатских всадников и спасся лишь благодаря помощи находившихся неподалёку фуражиров.

На следующий день произошло решающее сражение. Оно разворачивалось по тому же сценарию, что и предыдущая битва. Галаты заняли укреплённую позицию на двух рядом стоящих горных вершинах, римляне же атаковали вверх по склону, используя своё превосходство в стрелках и легковооружённых воинах. В центре галаты, ослабленные интенсивным обстрелом римлян, обратились в повальное бегство, едва только увидев знамёна приближающихся легионов. На флангах они держались гораздо дольше, но и здесь в конечном счёте римляне одержали полную победу.

Кельт, убивающий себя и свою жену, чтобы не попасть живым в руки врагов. Статуя из группы, первоначально украшавшей Пергамский алтарь. Палаццо Альтемпс, Рим

Война очень обогатила Манлия Вульсона и его солдат, так как галаты были вынуждены откупаться от них золотом, добытым в ходе почти столетнего грабежа соседних областей Малой Азии. Тем не менее по возвращении в Рим консул подвергся судебным преследованиям из-за несанкционированного характера предпринятых им военных действий и едва сумел оправдаться перед сенатом.

Наибольшую пользу из войны для себя извлёк пергамский царь Эвмен II, выступавший в её ходе в качестве римского союзника. После 183 года до н. э. он фактически захватил контроль над Галатией в свои руки. В 183–179 годах до н. э. галаты выступали в качестве союзников Эвмена II против понтийского царя Фарнака I.

В 168 году до н.э. в Галатии началось восстание против пергамцев. Предводитель восстания Солветтий действовал успешно и не только полностью изгнал их из страны, но и сам вторгся на территорию Пергама. Лишь с большим напряжением сил Эвмену II в 166 году до н.э. удалось одержать победу над галатами. Поскольку в это время римский сенат относился к своему пергамскому союзнику гораздо прохладнее, чем раньше, согласно его решению, Галатия была объявлена свободной.

В ознаменование победы над галатами, одержанной в 184 или 166 году до н.э., царь Эвмен II воздвиг в Пергаме алтарь в честь Зевса, украшенный сценами гигантомахии, а также великолепными скульптурами. Остатки алтаря и часть рельефов были обнаружены немецкими археологами в конце XIX в. Сегодня они экспонируются в Пергамском музее в Берлине

В фарватере римской политики

В 86 году до н. э. царь Понта Митридат VI Евпатор, овладев почти всей Малой Азией, задумал присоединить к своим владениям также и территорию Галатии. С этой целью он пригласил галатских тетрархов на пир, где тех умертвили по его приказу. Власть над страной Митридат передал своему наместнику Эвмаху. Против него выступил тетрарх толистобогиев Дейотар, который нанёс понтийцам поражение и изгнал их из Галатии.

Согласно условиям Дарданского мира с римлянами, заключённого в 85 году до н. э., Митридат VI отказался от претензий на Галатию, а Дейотар был признан тетрархом племени толистобогиев. В 74 году до н. э. Дейотар всеми силами поддержал римлян в новой войне против Митридата.

В это время он сблизился с Гнеем Помпеем, который в 64 году до н. э. значительно увеличил его владения за счет Малой Армении, Пафлагонии и части территории Понта. Несколько позже Дейотар захватил территорию трокмов и стал таким образом верховным правителем Галатии. Римляне видели в Дейотаре свою опору в Малой Азии.

Во время гражданской войны между Цезарем и Помпеем в 49–48 годах до н. э. Дейотар выступил на стороне своего покровителя. Присланный им отряд из 300 галатских всадников сражался на стороне Помпея в сражении при Фарсале. После поражения Помпея и его бегства в Египет Дейотар начал искать пути для примирения с победителем.

В 47 году до н. э. его армия вместе с легатом Цезаря Гнеем Домицием Кальвином боролась против Фарнака II, сына Митридата VI, стремившегося вернуть себе отцовские владения в Малой Азии. Хотя в сражении при Никополе Фарнак одержал победу над Дейотаром и Домицием Кальвином, летом того же года он потерпел поражение от самого Цезаря в битве при Зеле. В этом сражении войска Дейотара принимали участие в качестве союзников Цезаря. Возвращаясь в Боспор, Фарнак был убит своим наместником Асандром.

Галатский наёмник на службе Птолемееев, надгробная стела из Сидона, II век до н. э. Археологический музей, Стамбул

За оказанную помощь против Фарнака Цезарь простил Дейотара, однако существенно ограничил его владения. Тетрархия трокмов была отдана им Митридату Пергамскому, а Малая Армения — царю Каппадокии Ариобарзану III. В самой Галатии подняли головы старые противники Дейотара, которые писали на него бесконечные жалобы в Рим. Только после смерти Цезаря в 44 году до н. э. Марк Антоний вернул Дейотару его прежние владения и даже предоставил царский титул.

Тем не менее в начавшейся вскоре гражданской войне между наследниками Цезаря и республиканцами Дейотар решил поддержать последних, предоставив им помощь деньгами, продовольствием и людьми. Впрочем, накануне битвы при Филиппах в 42 году до н. э. его войска, которыми командовал зять и доверенное лицо Дейотара Аминта, перешли на сторону Марка Антония. В дальнейшем самому Дейотару удалось реабилитироваться перед Марком Антонием и обеспечить себе его поддержку в Малой Азии.

После смерти Дейотара в 40 году до н. э. ему наследовал пользовавшийся благосклонностью Марка Антония Аминта. В 38 году до н. э. Марк Антоний присоединил к его галатским владениям Каппадокию, Памфилию, Ликаонию и Писидию. Аминта поддержал Марка Антония во время Парфянского похода в 36–34 годах до н. э., а также в начавшейся вскоре гражданской войне против Октавиана.

Фриз с галатскими трофеями из пропилона Пергамской библиотеки. На нём изображены галатские щиты характерной формы, кольчуга, копья и сигнальная труба с раструбом в форме бычьей головы. Пергамский музей, Берлин

Однако в 31 году до н. э., накануне битвы при Акции, Аминта со своими войсками перешёл в противоположный лагерь. В награду за предательство Октавиан присоединил к его владениям также Исаврию и Суровую Киликию, фактически санкционировав ранее осуществлённый самовольный захват этих территорий и убийство владевшего ими Антипатра из Дербы. Аминта энергично боролся против разбойников-гомонадов, опустошавших своими набегами земледельческие Киликию и Памфилию. В 25 году до н. э. во время похода против твердыни разбойников Кремны он попал в засаду и погиб.

Галатия — римская провинция

После смерти Аминты римляне не стали назначать нового правителя Галатии, а обратили страну в провинцию с резиденцией наместника-претория в столице Аминты Анкире. Галатскую армию, обученную и вооружённую по римскому образцу, первый наместник провинции Марк Лоллий преобразовал в полноценный легион, со временем получивший порядковый номер XXII и имя своего основателя Дейотара в качестве почётного названия.

В самом скором времени XXII Дейотаров легион был переведён в Египет, заняв лагерь в предместье Александрии Никополе. Его присутствие здесь зафиксировано в надписях по крайней мере начиная с 8 года до н. э. XXII Дейотаров легион принимал участие в большинстве военных кампаний, которые римляне вели на востоке. После 119 года н. э. известия о нём исчезают. Историки полагают, что легион был истреблён иудеями во время восстания Бар-Кохбы между 132 и 135 годами.

Продолжение следует: Кельты дома: земли Галлии привлекали внимание римлян.

Ваша реакция?


Мы думаем Вам понравится