Тайясаль 1524–1624: как лошадь Кортеса стала божеством, и к чему это привело
3,313
просмотров
С 1517 по 1546 год в Гватемале и Мексике шла жестокая и кровавая война испанских конкистадоров против государств цивилизации майя. В итоге захватчикам удалось сломить волю воинственного народа и утвердить свою власть над всеми землями майя, кроме окрестностей озера Петен-Ица в северной Гватемале. Обосновавшиеся здесь индейцы сопротивлялись иноземному владычеству ещё полтора века.

Индейская крепость на озере

Некогда индейцы народности ица силой оружия утвердились на Юкатане и основали здесь свою империю, которой были вынуждены подчиниться проживавшие на полуострове племена майя. Однако власть завоевателей была недолговечной, и после падения их столицы в городе Чичен-Ица они мигрировали на юг. В середине 1400-х годов ица обосновались на большом пресноводном озере Петен в северной Гватемале, хотя есть версия, что они пришли сюда ещё раньше — в XII–XIII веках. Озеро со всех сторон окружали густые труднопроходимые джунгли.

В 60 км от Петена некогда существовал один из великих городов майя классического периода, известный как Тикаль. Хотя он был давно заброшен, потомки его жителей всё ещё жили в этих местах. Пришельцы ица были хорошо организованными, воинственными людьми и вскоре стали доминировать в регионе. Восприняв культуру майя, завоеватели быстро смешались с местными жителями и стали новым народом майя-ицы. В XVII веке испанский хронист Хуан де Вильягутьерре писал:

«Поселившись в этих местах, ицы укрепились на островах и в лагунах, среди других многочисленных племён, варварских и диких, хотя ни одно из них не было столь сильным и могущественным, как они».

Озеро стало известно как Петен-Ица (Озеро народа ица). Город, построенный на одном из его островов, получил название Тах-Ица (Место народа ица), или Нох-Петен (Остров-Город или Главный Город), и превратился в центр нового независимого индейского царства, известного испанцам как Тайясаль.

Фактически вокруг озера существовало целых пять родоплеменных образований майя, испанцы называли их царствами (reino). Крупнейшие из них имели центры в городах Нох-Петен, Сакпетен и Йалаин. К началу XVI века Нох-Петен доминировал в регионе, и все приозёрные царства майя следовали его воле.

Музейная реконструкция одного из городов Тайясаля.

Маленькая проблема великого Кортеса

В это время на севере, в городе Мехико, отстроенном на руинах столицы ацтеков, конкистадор Эрнан Кортес обнаружил, что у него появилась серьёзная проблема в Гондурасе. После покорения в 1522 году империи ацтеков некоторые испанцы остались недовольны тем, что бо́льшую часть выгод из этого извлекли Кортес и его друзья. Чтобы устранить недовольных, Кортес решил направить экспедицию для основания колонии в Гондурасе. Во главе 370 потенциальных мятежников Кортес поставил капитана Кристобаля де Олида. У того не было причин обижаться на новые власти Мексики ровно до того момента, пока ему не предложили отправиться в джунгли во главе со смутьянами. В 1523 году экспедиция покинула берега Мексики.

Де Олид рассудил, что подавить бунтарей он не сможет, а потому правильнее и выгоднее будет их возглавить. На свой страх и риск он решил выйти из подчинения Кортесу и завоевать себе и своим новым друзьям собственное королевство. Кортесу это не понравилось, и в 1524 году он отправил своего кузена Франсиско де лас Касаса с небольшим отрядом, чтобы схватить де Олида. Однако де лас Касас попал в ловушку, устроенную опытным предводителем мятежников.

Авторитет Кортеса оказался под угрозой, и он решил действовать сам. Войско из 270 испанцев и 3000 ацтекских воинов выступило в поход. По неясным причинам Кортес выбрал сухопутный маршрут по диким и опасным джунглям и мангровым болотам. Кроме воинов, правитель Новой Испании прихватил с собой всех своих наложниц, а также слуг, музыкантов и врачей. Основой войска, как всегда, выступили индейцы: вместо изначально союзных тлашкальтеков в поход взяли побеждённых ацтеков. Их элита, включая бывшего императора Куаутемока, пошла на службу испанцам, но оставлять ацтеков в Мехико без присмотра было опасно. Впрочем, Куаутемок недолго был испанским идальго: во время похода его обвинили в измене и 28 февраля 1525 года казнили.

Эрнан Кортес. Автор реконструкции — Джордж Стюарт.

«Громовой тапир» испанского конкистадора

Кортес и его воинство прибыли на северный берег озера Петен-Ица 13 марта 1525 года. Опытный воин оценил выгодное для обороны расположение индейской столицы и решил вступить в переговоры. Впоследствии Кортес вспоминал:

«… я расположился на этих берегах и собрал всех своих людей, разместил, наилучшим образом позаботившись о них, поскольку проводник из Масатлана сказал мне, что здесь имеется много людей, весьма искусных в военном деле, так что все соседние провинции очень их боятся».

Предводитель испанской экспедиции и ахав (царь) Нох-Петена с родовым именем Кан-Эк договорились о встрече. Кортес принял приглашение посетить столицу озёрного царства, которую испанцы назвали Тайясаль, и сделал это с небольшим отрядом солдат.

Индейцы согласились снабдить опасных пришельцев всем необходимым для скорейшего продолжения их путешествия. Обрадованные испанцы отслужили благодарственную мессу, после чего Кан-Эк объявил себя очень впечатлённым и заинтересованным в обращении к новой религии:

«На другой день на пяти или шести лодках прибыл Кан-Эк и с ним около 30 человек… Я [Кортес — прим. автора] принял его весьма учтиво, и поскольку <…> наступил час мессы, я приказал провести её с пением и музыкой, очень торжественно».

Перед расставанием Кортес попросил индейского правителя позаботиться о своём любимом коне Морсильо. Во время охоты на оленей скакун был ранен и не мог продолжать путь. Кортес сообщил, что намерен забрать своего любимца на обратном пути.

Неизвестно, что больше впечатлило индейцев — невиданный зверь или войско конкистадоров с их мушкетами, — но правитель майя заверил Кортеса, что позаботится о Морсильо. Последующие испанские хронисты описывали, что индейцы кормили бедное животное мясом, и оно пало, но это весьма сомнительно, так как у испанцев был отличный переводчик с юкатекского языка, на котором говорили ица.

То ли из страха перед гневом Кортеса, то ли как символ дружбы с могущественным колдуном-чужеземцем, индейцы выстроили в честь Морсильо храм. Теперь испанский боевой конь стал Цимин-Чаком или Священным громовым тапиром, а его большая статуя — объектом религиозных церемоний.

Кортес и остатки его армии в конце концов достигли Гондурасского залива, где обнаружили, что мятеж Кристобаля де Олида уже подавлен. Кортес вернулся в Мексику на корабле, а из его армии, проведшей полгода в походе, выжили лишь восемьдесят испанских солдат и две сотни индейцев.

Руины храма в одном из поселений майя в окрестностях озера Петен.

Миссия невыполнима

К 1546 году испанцы установили свой контроль над всеми землями, где проживали народы майя, кроме Нох-Петена. Население последнего индейского царства быстро росло, так как майя бежали из северного Юкатана с его принудительным трудом, эпидемиями, обременительными податями и вывозом тысяч индейцев-рабов на Кубу. Изолированные лесами и болотами, майя-ица сохранили свою независимость, в то время как испанская корона укрепляла свой контроль над Мексикой и Гватемалой. Царство Тайясаль находилось на расстоянии 300 км от города Гватемала и 480 км от города Мерида на Юкатане, став убежищем для беглых майя и проблемой для испанцев.

Впрочем, к концу XVI века давно миновали те времена, когда сам факт существования туземного города был вызовом для неистовых конкистадоров. Стало понятно, что никакого золота у лесных индейцев нет, а значит опасный и рискованный поход не окупится. Вслед за воинами в испанские колонии пришли чиновники, которые больше думали о личном обогащении за счёт уже завоёванных земель, чем о далёком туземном царстве. Зато преисполненные религиозного рвения католические монахи мечтали обратить язычников в свою веру.

В 1617 году францисканец по имени Хуан де Орбита достиг Нох-Петена и убедил правителя отправить с ним делегацию в колониальную испанскую столицу Мериду. По дошедшим до нас сообщениям, майянские посланники согласились мирно подчиниться испанскому правлению и вернулись домой. В следующем году де Орбита, ещё один монах по имени Бартоломе де Фуэнсалида и некий колониальный чиновник из Бакалара отправились в Тайясаль, чтобы оформить переход озёрного царства под власть испанской монархии. Они пробирались к цели долгих шесть месяцев.

Владыка Нох-Петена ахав Кан-Эк (сын прежнего Кан-Эка) принял гостей, проявил вежливый интерес к католическим церемониям, но отказался от обращения в новую веру, ссылаясь на то, что для этого ещё не пришло время. Зато хозяева согласились показать гостям свою страну. При посещении одного из индейских храмов священники увидели статую Цимин-Чака и спросили, что это. Поняв, что индейцы поклоняются жеребцу Кортеса, францисканцы пришли в бешенство — де Орбита взобрался на «кумира» и разбил его камнем. Это, по понятным причинам, сильно разозлило хозяев, испанцам было предложено покинуть Тайясаль и больше не возвращаться.

По дороге назад де Орбита и де Фуэнсалида обсудили ситуацию и повернули назад. Кан-Эку вновь пришлось выслушивать увещевания и религиозные проповеди, но через восемнадцать дней местные жрецы сговорились с воинами, и те силой выдворили пришельцев. Монахи вспоминали, что их без воды и еды усадили в лодку и кричали: «Не приходите больше! Нам не нужен ваш бородатый бог! Здесь вас ждёт только смерть!» Испанцы смогли вернуться в Мериду, а миссия по христианизации жителей Тайясаля провалилась.

Глиняная статуэтка, найденная при раскопках города Сакпетен.

Испанская военная экспедиция

Колониальные власти не отличались быстротой принятия решений, и вопрос о том, что делать с непокорными индейцами, был отложен на пять лет. В 1622 году было решено вспомнить опыт конкистадоров и попросту завоевать Тайясаль. Губернатор Юкатана приказал капитану Франсиско де Миронесу возглавить небольшой, но хорошо вооружённый отряд из 20 испанских всадников и 140 дружественных индейцев. И европейцы, и их местные союзники были оснащены испанским стальным оружием.

30 марта 1622 года отряд в сопровождении сотен носильщиков отправился в поход. Сопровождать солдат вызвался монах Диего Делльгадо. Не успели испанцы покинуть свои владения, как стали грубо притеснять своих индейских союзников, называя их врагами и мятежниками (причины подобного поведения нам неизвестны). После разорения испанцами окрестностей селения Сакалум (на границе с Тайясалем) отец Делльгадо отказался следовать вместе с отрядом. В сопровождении 80 индейцев-христиан из пограничного посёлка Типу и 10 испанских солдат он в декабре 1624 года первым добрался до берегов Петен-Ица. Там их ожидал небольшой отряд из 26 воинов майя, которые уже давно следили за пришельцами. Монаха и его сопровождающих пригласили сесть в лодки и переправиться в Нох-Петен. Там события развивались стремительно и явно не так, как ожидал Делльгадо. Все христиане были схвачены и принесены в жертву богам майя. Обсидиановый нож майяского жреца вспорол грудь священника, а трепещущее сердце испанца стало символом того, что пути назад нет — враги должны быть уничтожены.

Карта боевых действий на Юкатане и в Гватемале.

Известие о мученической смерти испанского монаха принесли капитану Миронесу двое сбежавших от ицев индейцев-христиан. А уже 27 января 1624 года воины из Нох-Петена во главе с ахкином (верховным жрецом) по имени Поль смогли выбрать идеальный момент для решающей атаки на Сакалум — безоружные испанские солдаты были схвачены в церкви. Миронеса и местного священника принесли в жертву прямо на церковном алтаре, солдат повесили и обезглавили, а их трупы насадили на колья и сожгли. Многие местные индейцы-христиане были также повешены. Вскоре разведчики Поля сообщили о приближении испанского отряда под руководством Хуана Бернардо Казановы. Отступая, ицы забрали всё оружие и сожгли город.

После этих событий испанские гарнизоны были размещены в нескольких городах на юге Юкатана, а за головы нападавших назначили большую награду. Один из союзных испанцам вождей майя по имени Фернандо Камаль повёл на поиски отступавшего врага отряд из 150 воинов-христиан. Им удалось захватить верховного жреца Поля и его соратников вместе с серебром, унесённым из церкви в Сакалуме. Заключённых увезли в Мериду, пытали и судили. Затем они были обезглавлены, а их головы выставили напоказ на площадях городов колониального Юкатана. Тем не менее попытка завоевать Тайясаль провалилась.

Благодаря удалённому положению, мудрой политике правителей и мужеству своих воинов царство майя-ицев и подвластные ему земли смогли сохранить культурную, религиозную и политическую независимость даже через 78 лет после того, как прочие индейские государства Юкатана, Гватемалы и Мексики попали под власть завоевателей. Теперь последним свободным майя оставалось в одиночку противостоять захватчикам.

Продолжение следует: Тайясаль 1624–1695: торговля, дипломатия и конфликты.

Ваша реакция?


Мы думаем Вам понравится