Контингенты союзников в римской армии
55
просмотров
Во всех договорах, которые римляне заключали со своими соседями, упоминалось одно и то же требование: предоставлять солдат для участия в военных походах. Союзнические контингенты обеспечивали неизменное численное превосходство римского войска на поле боя. Кроме того, армия являлась мощным инструментом романизации, поскольку создавала ориентированные на римские стандарты социальные институты и взращивала новую провинциальную элиту, заинтересованную в сотрудничестве с римской властью.

Провинциальная военная клиентела

Одним из обязательных условий, на которых римляне заключали союзный договор с покорёнными народами, было требование посылать вспомогательные контингенты для участия в военных походах. Военные обязательства союзников являлись одним из важнейших инструментов власти Рима в созданном ими римско-италийском союзе. В III–I веках до н.э., в эпоху завоевания Средиземноморья, римская армия почти наполовину состояла из союзнических контингентов: 10 000–20 000 из войска численностью 40 000 человек в битвах при Гераклее и Аускуле, 8000 из 26 000 — при Киноскефалах и 27 000 из 37 000 — при Пидне. Римская армия приобрела ярко выраженный полиэтнический характер. В её рядах можно было встретить италийских тяжеловооружённых пехотинцев, испанских и галльских всадников, нумидийских и мавританских метателей дротиков, балеарских пращников, критских лучников и т.д.

Галльские всадники на рельефных панелях котелка из Гундеструпа. Национальный музей, Копенгаген.

Командовали этими отрядами собственные офицеры, которые, в свою очередь, подчинялись римским трибунам и префектам. Для знати союзников военная служба в рядах римской армии нередко становилась прекрасной возможностью завязать необходимые контакты с молодыми римскими нобилями. Такого рода палаточные знакомства обеспечивали обеим сторонам бонусы в будущей политической карьере, и потому интерес к их поддержанию был взаимным.

Провинциальные клиентелы римских военачальников порой достигали огромных размеров, о чём свидетельствует широкое распространение родовых имён Метеллов, Помпеев и Серториев в Испании, Юлиев в Галлии и Антониев на Востоке. Римский историк Помпей Трог, происходивший из галльского племени воконтиев, сообщал, что римское гражданство получил его дед, который под командованием Гнея Помпея Магна храбро сражался против Сертория в Испании. Его сын, дядя историка, в рамках наследственных обязательств командовал галльской кавалерией в армии Помпея, воевавшей на Востоке против Митридата VI Евпатора. Другой сын, отец Помпея Трога, служил у Юлия Цезаря в Галлии, где ведал перепиской и делами посольств.

Галльская клиентела Цезаря

В биографии Цезаря есть немало эпизодов, показывающих, насколько серьёзно знатные римляне подходили к выполнению своих обязательств покровителей и патронов. Светоний сообщал, что Цезарь с такой горячностью защищал в суде нумидийского юношу Масинту, что в пылу спора даже схватил за бороду царского сына Юбу. Ведя войну в Галлии, Цезарь обзавёлся обширной клиентелой из числа галльской знати. Для приобретения этой дружбы он, по словам Светония, не брезговал никакими средствами: одним он посылал в подарок тысячи пленников, другим отправлял на помощь войска куда угодно и когда угодно, без одобрения сената и народа. С началом Гражданской войны многих из тех, кто прежде воевал под его командованием, Цезарь вновь привлёк на службу, вызвав их письмами поимённо «в память о старой дружбе и оказанных ранее милостях». О некоторых из этих людей он рассказывал в своих «Записках», в том числе раскрывая мотивы их участия в войне:

«В числе всадников Цезаря было два брата-аллоброга, Роукилл и Эг, сыновья Абдукилла, который много лет был главой своей общины. Это были чрезвычайно храбрые люди, которые своей храбростью оказали Цезарю немало отличных услуг во все войны с галлами. За это он поручил им на родине виднейшие должности, провёл их выбор вне очереди в местный сенат, дал им земли в Галлии, отнятые у врагов, дарил большие денежные суммы и вообще сделал их из людей бедных богатыми. За свою храбрость они были в почёте не только у Цезаря, но и очень ценились в армии».

Галльские всадники на римской военной службе. Реконструкция Звонимира Грбашича.

Те из галлов, кто прошёл через горнило всех войн и живым вернулся домой, в конечном итоге смогли пожать плоды своей верности. Богатства и связи, которыми они обзавелись во время военной службы, позволили им занять высокое положение в домашних общинах. Их потомками являлись галльские Юлии, которых мы знаем по упоминаниям источников и многочисленным надписям I–III веков. Рассказывая о предводителях галльского восстания — эдуе Юлии Сакровире и тревере Юлии Флоре, римский историк Тацит писал, что оба они принадлежали к самым знатным галльским родам и что их отцы и деды получили гражданство за свои подвиги, что во времена Цезаря и Августа «было редкой наградой и давалось только за выдающиеся заслуги». Эта новая провинциальная элита, ориентированная на римскую власть и заинтересованная в сотрудничестве с нею, была самой прочной опорой Рима в Галлии.

Статуя из Вашера изображает воина в традиционной галльской одежде, который носит меч латенского типа и ожерелье-торквес, но оплечья его кольчуги и пояс имеют римскую форму. По-видимому, заказчиком статуи выступал знатный галл, служивший в римской армии в начале I века н.э. Музей Авиньона.

Август и германская клиентела

Политику привлечения местной знати на свою сторону продолжили ближайшие преемники Цезаря. В период правления Юлиев-Клавдиев (I век до н.э. — I век н.э.) потомки вождей галльских и германских племён продолжали служить в римской армии на командных должностях. Галльские провинции снаряжали в римскую армию по крайней мере 28 кавалерийских ал и 76 вспомогательных когорт пехоты, то есть 65% всего состава вспомогательных войск в западных провинциях империи.

Имена некоторых командиров этих отрядов известны из повествовательных источников. Тит Ливий сообщал, что трибуны Хумстинкт и Авекций из племени нервиев особенно отличились в ходе кампании Друза Старшего в Зарейнской Германии. Тацит упоминал Юлия Инда из племени треверов, который во время подавления восстания Сакровира в 21 году н.э. командовал алой из своих соотечественников. Впоследствии ала Индиана (ala Gallorum Indiana), в названии которой сохранилось имя её первого командира, участвовала в римском завоевании Британии. Ала Атекторигиана (ala I Gallorum Atectorigiana), хорошо известная по эпиграфике Нижней Мёзии и Дакии императорского времени, также получила название по имени её первого командира — Атекторига из галльского племени пиктонов.

Галльская латунная статуэтка I века н.э. из Сен-Мор-ан-Шоссе, департамент Уаза (Франция). Статуэтка изображает галльского воина, облачённого в доспехи, с талией, затянутой широким поясом, и со щитом. Он носит причёску с длинной чёлкой, бороду и длинные вислые усы, как это было в обычаях знатных галлов.

Одним из самых известных командиров вспомогательных ауксилий эпохи Августа являлся Арминий, сын вождя херусков Сегимера. Он родился в 16 году до н.э. и был одним из представителей первого поколения романизированных германцев. Арминий и его брат Флав с детства пребывали в Риме в качестве заложников и там усвоили латинский язык и культуру. Оба служили в римской армии, командуя отрядами своих соотечественников. Историк Веллей Патеркул, который знал Арминия по службе, вспоминал его как отважного и усердного офицера, с живым умом и необычайными для варвара способностями. За свои заслуги Арминий не только удостоился римского гражданства, но и был включён в состав всаднического сословия, что для того времени было необычной почестью. После того как Арминий вернулся домой и в 9 году возглавил германское восстание, его брат сохранил верность присяге и даже участвовал в походах Германика за Рейн в 14–16 годах. Его сын Италик родился в Риме, получил римское воспитание и, как и отец, служил в римской армии. В 47 году херуски попросили императора Клавдия дать им царя, и тот отправил к ним Италика, снабдив его деньгами и почётной свитой.

Рельефы триумфальной арки в Оранже воспроизводят сцены сражения римлян с галлами в ходе подавления восстания Сакровира в 21 году н.э.

Батавы и династия Юлиев-Клавдиев

Отношения между династией Юлиев-Клавдиев и военной клиентелой провинциального происхождения хорошо иллюстрирует история жившего на Нижнем Рейне германского племени батавов. Основателем батавской общины являлся знатный вождь, происходивший из царской династии хаттов. Переселившись вместе с родственниками и воинской свитой на пустовавшие земли в низовьях Рейна, он смог подчинить разрозненные остатки местного населения и занять среди них лидирующее положение. Само появление батавов на занимаемых ими впоследствии землях было невозможно без прямой санкции римских властей, о которой, правда, не сохранилось сведений в источниках. В 12 году до н.э. Друз Старший заключил с батавами договор, гарантировавший им определённую автономию от вмешательства римской провинциальной администрации и свободу от уплаты обычной подати. За это они обязывались поставлять римлянам солдат для военной службы. Описывая общество батавов и то положение, которое они занимали в римской провинциальной системе, Тацит сравнивал их с оружием, которое рачительный хозяин использует лишь для войны:

«Батавам по-прежнему воздаётся почёт, и они продолжают жить на положении давних союзников: они не унижены уплатой подати и не утесняются откупщиком; освобождённых от налогов и чрезвычайных сборов, их предназначают только для боевых действий, подобно тому как на случай войны приобретают оружие и доспехи».

Батавский всадник. Современная реконструкция

Батавы оказали римлянам множество услуг во время походов в Зарейнскую Германию между 12 годом до н.э. и 17 годом н.э., а также при завоевании Британии в 43 году н.э. По самым простым подсчётам, батавы снаряжали для службы в римской армии не менее девяти вспомогательных когорт пехоты и минимум одну кавалерийскую алу. Из их же числа набирались матросы рейнской речной флотилии и отряд императорских телохранителей в Риме. Таким образом, общее число служивших в римской армии батавов достигало 5000–10 000 человек и охватывало значительную часть мужского населения племени. Отряды батавов сохраняли свой этнический характер, а их командирами являлись представители знати и потомки царского рода. Рядовой состав по мере убыли пополнялся рекрутами из числа самих батавов. Солдаты в отношениях друг с другом руководствовались принесёнными из дома принципами родственного и соседского поведения, а также продолжали поддерживать связи со своими домашними, в том числе посредством писем.

Занимаемая батавами область на Нижнем Рейне.

Кризис отношений клиентелы и восстание батавов

Рассказ Тацита о восстании батавов в 68–70 годах хорошо показывает, как эта система выглядела изнутри. В центре истории находится фигура Юлия Цивилиса — не просто знатного батава, а потомка царского рода (stirps regia). Цивилис командовал батавской когортой в рядах сначала британской, а затем германской армии, участвовал во многих войнах и приобрёл широкую известность среди солдат. После подавления восстания Виндекса весной 68 года, в котором батавские когорты сыграли немаловажную роль, Цивилис поссорился с германским военным командованием. Вскоре его самого, а также его брата Клавдия Павла арестовали, обвинив в подрывной агитации среди соотечественников. Павел тут же поплатился головой, а Цивилиса в цепях отправили в Рим на суд императора. Внезапная кончина Нерона летом того же год спасла батава от смерти. Гальба вернул ему свободу, восстановил в прежней должности и отослал обратно в Германию. После провозглашения императором Вителлия в январе 69 года Цивилис вынужден был уволиться из армии и уехать домой, где стал думать, как отомстить обидчикам.

В единственной сохранившейся рукописи тацитовской «Истории» имена братьев были переданы как Клавдий Цивилис и Юлий Павел. В дальнейшем изложении историк именует своего героя Юлий Цивилис. Скорее всего, оба имени в этой части текста оказались перепутаны. Различие имён братьев может быть объяснено их двоюродной степенью родства или тем, что они получили право римского гражданства в разное время. Цивилис, которому на момент восстания было более сорока лет, родился в правление императора Тиберия и начал военную службу уже при Клавдии. Родовое имя Юлий, которое он носил, указывает на получение гражданства в интервале между правлением Августа и Калигулы. Это, кстати, не исключает, что гражданство он унаследовал от отца, который, как мы знаем, принадлежал к царскому роду. Гражданство брата Цивилиса более нового происхождения: скорее всего, он получил его от императора Клавдия, поступив на военную службу.

Изображение батавского всадника на рельефе погребальной стелы начала II века

Причина поднятого Цивилисом восстания вовсе не так очевидна, как её представляет Тацит. С одной стороны, смерть Нерона и пресечение династии Юлиев-Клавдиев разрушили сложившуюся в провинции систему клиентелы. Одним из первых мероприятий Гальбы стал роспуск отряда германских телохранителей, славившихся своей преданностью императорскому дому. Вернувшись домой без положенных им по выслуге лет почестей и наград, многие гвардейцы впоследствии примкнули к мятежникам. Хотя Тацит был убеждён в том, что Цивилис с самого начала стремился к ниспровержению римской власти в провинции и лишь для вида прикрывался именем Веспасиана, вероятно, существовала и другая точка зрения. Цивилис и Веспасиан могли действительно быть знакомы друг с другом, поскольку оба в одно время служили в Британии. Для многих батавов, имевших за плечами опыт военной службы в составе британского или германского гарнизона, Веспасиан, которого хорошо помнили в обеих провинциях, в качестве императора был гораздо более предпочтительной фигурой, чем любой из его противников.

С другой стороны, с точки зрения батавов восстание Цивилиса являлось междоусобной войной. Вождём противной партии был Клавдий Лабеон, префект батавской кавалерийской алы и давний соперник Цивилиса. В решающем сражении успех сопутствовал Цивилису, а его противник потерпел поражение, но сумел скрыться. Забросив свои обязанности полководца, Цивилис долгие недели гонялся по белгским лесам за Лабеоном и остатками его отряда. Война разделила даже семью Цивилиса, поскольку его родной племянник Юлий Бригантик предпочёл сохранить верность присяге. Ранее он командовал кавалерийским эскортом, так называемыми equites singulares Вителлия, а затем перешёл со своими всадниками к Веспасиану и в составе армии Петилия Цериала отправился в Галлию сражаться против собственных соплеменников. В одном из сражений на берегу Рейна он сложил голову. Другой племянник, Клавдий Виктор, последовал за своим дядей.

Романизированный германец I–II веков н.э. Современная реконструкция.

Рассказ Тацита о восстании сохранился не полностью — на том моменте, когда Цивилис стал призывать Цериала к переговорам. Судьба Цивилиса осталась за рамками повествования: мы не знаем, стал он изгнанником или же возвратился на родину. Известно, что многие участники восстания получили прощение, а батавы сохранили большую часть прежних привилегий, включая право посылать солдат для службы в римской армии. На смену прежней правящей династии в Риме пришли Флавии, ставшие покровителями батавов. Об этом свидетельствует имя Флавия Цериала, которое носил префект стоявшей в Виндоланде в Британии IX Батавской когорты. Судя по несколько фамильярному обращению «господин и царь» (dominus et rex) со стороны одного из своих подчиненных, Флавий Цериал, как и Юлий Цивилис до него, принадлежал к числу потомков царского рода (stirps regia).

Ваша реакция?


Мы думаем Вам понравится