Линкор «Бисмарк»: как погиб железный канцлер морей.
81
просмотров
Судьба «Бисмарка» весьма показательна. Бой в Датском проливе в очередной раз показал бесперспективность развития кораблей без прикрытия их с воздуха. Архаичные бипланы «Cуордфиш» оказались грозным противником даже для новейшего и прекрасно защищенного линкора, и «Бисмарк» остался лежать на морском дне, до сих пор служа напоминанием: непотопляемых кораблей не бывает!

«Версальский флот» Германии

После Первой мировой войны Германия была публично унижена на Версальской конференции, став «стрелочником» планетарного масштаба. В частности, ей запретили обладать флотом открытого моря, основой которого в те годы являлись линкоры. Все основные боевые единицы германского флота или упокоились на морском дне, или достались странам Антанты. В числе последних были десять дредноутов и пять линейных крейсеров. Но шли годы, и на политический олимп Веймарской республики взошли Адольф Гитлер и Национал-социалистическая рабочая партия. Для Гитлера обладание полноценными линкорами было вопросом не только военным, но и политическим. Германия стремилась восстановить свое военное присутствие на море, которое, по мнению тогдашних флотских теоретиков, могли обеспечить только дредноуты.

Рождение гиганта

18 марта 1935 года Германия в одностороннем порядке денонсировала Версальский договор. Жесткой реакции со стороны ведущих европейских государств не последовало – более того, 18 июня того же года в свет вышло англо-германское морское соглашение, согласно которому Третий Рейх получал право на постройку кораблей 1-го ранга в соотношении 100 к 35 (где 100 – доля Англии, а 35 – Германии).

В то время Германия обладала тремя линейными крейсерами типа «Дойчланд», а в 1935–36 годах на воду были спущены «карманные линкоры» с несчастливыми для германского флота именами – «Шарнхорст» и «Гнейзенау». Эти корабли, будучи куда более мощными и крупнотоннажными по сравнению с типом «Дойчланд», все же заметно уступали британским «одноклассникам». Немецким морякам требовался прорыв – нечто такое, что разом выведет Германию на один уровень с владыками океанов – США и Великобританией. Спустя год после судьбоносного 1935-го на стапелях фирмы «Блом унд Фосс» закипела работа над постройкой самого мощного на тот момент в мире линкора типа «Бисмарк».

Линкор «Бисмарк» в Кильском проливе, 1940 год

Будучи прямым развитием «Шарнхорста», новый сверхдредноут имел на треть большее водоизмещение (50 900 т) и длину свыше 253 м. Традиционно осторожные немцы снабдили корабль чрезвычайно развитым бронированием – главный бронепояс простирался на 70% длины корпуса, а его толщина колебалась от 170 до 320 мм. Дополнительное бронирование (верхний пояс, траверсы и палуба) также впечатляли воображение: толщина лобовой брони башен главного калибра составляла 360 мм, а рубки – от 220 до 350 мм.

Тактико-технические характеристики линкора «Бисмарк»

Тактико-технические характеристики линкора «Бисмарк»
«Бисмарк» при вступлении в строй, 1940 год

На первый взгляд, артиллерийское вооружение нового линкора не поражало воображение: главный калибр – 8 орудий калибра 380 мм в четырёх башнях (создать трехорудийные установки немцы не смогли или, скорее, не посчитали нужным). Если учесть тот факт, что Вашингтонское морское соглашение 1922 года ограничило калибр на уровне 406 мм (именно такими пушками обладали англичане и американцы, устанавливая их по 9–12 штук на корабль), то «Бисмарк» не выглядит слишком устрашающе.

380-мм орудие SKC-34 в составе береговой батареи

Однако калибр орудия SKC-34 был почти на 100 мм крупнее калибра пушек «Шарнхорста» (283 мм), а отличная выучка немецких артиллеристов, высокое качество порохов, совершенная система управления огнем и современные прицельные приспособления превращали эти артустановки в оружие мирового уровня. 800-кг снаряд доставлялся на дистанцию свыше 36 км с начальной скоростью 820 м/с – этого было достаточно для уверенного пробития 350-мм брони с дистанции около 20 км. Таким образом, в функциональном смысле орудия SKC-34 практически не уступали «топовой» 406-мм артиллерии.

Вспомогательная артиллерия «Бисмарка» состояла из двенадцати 150-мм пушек в шести двухорудийных башнях, шестнадцати 105-мм тяжелых зенитных установок в восьми спаренных башнях, а также 37- и 20-мм автоматов ПВО.

Энергетическая установка линкора состояла из трех турбозубчатых агрегатов и двенадцати паровых котлов Вагнера. Мощность в 110 мегаватт позволяла кораблю развивать полную скорость в 30 узлов.

«Бисмарк» сошел со стапелей 14 февраля 1939 года, а его дооборудование и испытания продолжались до весны 1941 года. Первым (и последним) командиром корабля стал капитан 1-го ранга Эрнст Линдеман.

Спуск «Бисмарка» на воду
«Бисмарк» на учениях в Балтийском море. Фото сделано с борта крейсера «Принц Ойген», который будет сопровождать линкор в его последнем походе

«Бисмарк» в строю: роль сверхдредноутов в боевых планах Кригсмарине

Почти одновременно с «Бисмарком» 24 февраля 1941 года в эксплуатацию был принят линкор «Тирпиц» того же класса. К тому времени мировая война бушевала уже второй год, и немецкий «Флот открытого моря» должен был противостоять, в первую очередь, британскому ВМФ. Таким образом, стальные гиганты «Бисмарк» и «Тирпиц» оказались в весьма неоднозначном положении. В «рыцарском» бою один на один они могли противостоять любому кораблю в мире с хорошими шансами на успех. Но такой бой в условиях Второй мировой войны представлялся маловероятным и скорее мог стать результатом ошибок в планировании.

Капитан 1-го ранга Эрнст Линдеман

В то же время, двум немецким гигантам и двум «карманным» линкорам противостояли 15 британских дредноутов и линейных крейсеров (еще 5 находились в стадии постройки), при этом среди них были такие мощные боевые единицы, как линкор «Худ» с 381-мм артиллерией, вполне сопоставимой с «Бисмарком». И, несмотря на то, что эти грандиозные силы были распылены на просторах от Тихого океана до Северного моря, соотношение однозначно складывалось не в пользу немецкого флота.

Боевое планирование Кригсмарине уготовило новым линкорам не вполне профильные задачи – колоссальные дредноуты планировалось использовать в качестве… рейдеров. Их мишенями должны были стать не боевые корабли противника, а караваны транспортов, лайнеры и сухогрузы. Запас хода линкоров, превышавший 8000 морских миль, вполне соответствовал таким задачам, а скорость в 30 узлов и вовсе стала выдающимся достижением немецких конструкторов и кораблестроителей.

Линкор «Бисмарк», современная реконструкция

На первый взгляд может показаться, что нацеливание дредноутов на гражданские и транспортные суда неоправданно – орудия большой мощности должны громить броню, а не тонкие борта сухогрузов. К тому же, для крейсерской войны могли быть использованы и куда более дешевые корабли, тем более что Германия обладала впечатляющим «поголовьем» субмарин и опытом их применения. Но это только на первый взгляд. Дело в том, что в классическом эскадренном сражении два немецких сверхгиганта гарантированно встретились бы с пятью-шестью «британцами» сопоставимых размеров при поддержке целой стаи кораблей поменьше. В то же время, рейдерство на коммуникациях, помимо прямого урона экономике противника, создавало огромное напряжение в боевой работе вражеского флота. Как показал опыт единственного рейда «Бисмарка» и «прогулки» «Тирпица», появление столь мощного корабля на путях грузоперевозок заставляло противника бросать на его поиски огромные ресурсы, отвлекаясь от насущных задач, расходуя дефицитное топливо и амортизируя машины. Косвенный эффект от таких затрат разом перевешивал возможный урон, который мог нанести «Бисмарк» в открытом бою.

В то же время, остается открытым вопрос: зачем было тратить чудовищные средства на постройку одного из мощнейших кораблей в истории, если два десятка подлодок могли сделать в смысле рейдерства куда больше? Сегодня мы можем лишь рассматривать тот факт, что «Бисмарк» поднял боевой штандарт и вышел в море.

Адмирал Гюнтер Лютьенс, командующий операцией «Рейнские учения»

Охота за дредноутом Гитлера

18 мая 1941 года линкор «Бисмарк» и крейсер «Принц Ойген» отошли от причала в Готенхафене (ныне – польская Гдыня). 20–21 мая о двух крупных кораблях радировали члены норвежского движения Сопротивления. 22 мая во время стоянки у Бергена, где немецкие корабли перекрашивали в камуфляж, а «Принц Ойген» принимал топливо, их засек английский самолет-разведчик «Спитфайр», причем дредноут был однозначно опознан как «Бисмарк».

С этого мгновения началась одна из самых впечатляющих игр в морской истории. Немцы разворачивали операцию «Рейнские учения» по прорыву своей эскадры на атлантические торговые коммуникации. В свою очередь, британский флот стремился уничтожить, или, как минимум, принудить рейдеров к отступлению. Это был принципиальный момент для Великобритании – ее экономика сильно зависела от морских поставок, смертельной угрозой которым стал «Бисмарк».

Адмирал Джон Тови, командующий Флотом Метрополии

Адмирал Джон Тови, командующий Флотом Метрополии (который отвечал за территориальную оборону), приказал начать поиски. К Исландии выдвинулись линкор «Принц Уэльский» и линейный крейсер «Худ», а из Скапа-Флоу на севере Шотландии выступили линкор «Король Георг V» с адмиралом Тови на борту и авианосец «Викториес» – этой эскадре отводилась задача патрулирования к северо-западу от Шотландии, где к ней должен был присоединиться линейный крейсер «Рипалс». В то же время, легкие крейсеры «Аретьюза», «Бирмингем» и «Манчестер» осуществляли дозор в районе от Исландии до Фарерских островов, а крейсеры «Норфолк» и «Саффолк» взяли под контроль Датские проливы.

К Бергену, где был замечен «Бисмарк», 22 мая выслали бомбардировщики, которые слетали вхолостую, не застав эскадру на месте – линкор словно растворился среди морских просторов. Спустя сутки, 23 мая, «Норфолк» и «Саффолк» наткнулись на немецкие корабли и обменялись с ними несколькими залпами, после чего британские крейсеры благоразумно отступили в туман, продолжая следовать за противником на пределе радарного контакта.

Несмотря на то, что его эскадра была обнаружена, командующий операцией «Рейнские учения» адмирал Гюнтер Лютьенс посчитал промежуточную задачу выполненной – немецкие корабли уверенно выходили на оперативный простор. Однако фактически промежуточная задача была далека от исполнения, так как навстречу немцам от берегов Исландии устремились «Худ» и «Принц Уэльский» в сопровождении шести эсминцев.

Ранним утром 24 мая в 5–35 дозорные «Принца Уэльского» засекли «Бисмарк». Вице-адмирал Ланселот Эрнест Холланд, державший флаг на «Худе», решил не дожидаться линкоров Флота Метрополии и отдал приказ идти на сближение. В 5–52 «Худ» открыл сражение первыми залпами с дистанции в 13 миль на острых курсовых углах. Так начался бой в Датском проливе.

Линейный крейсер «Худ»

Лютьенс имел четкий приказ не вступать в сражение с боевыми кораблями, если те не входят в состав конвоя. Однако капитан Линдеман в категорической форме заявил, что не позволит безнаказанно расстреливать свой линкор. По свидетельству очевидцев, его слова прозвучали вполне однозначно: «Я не дам выбить собственный корабль из-под собственной задницы!» «Принц Ойген» и «Бисмарк» развернули башни и дали ответные залпы.

Первым попаданием смог похвастаться «Принц Ойген» с его 203-мм пушками – один из таких снарядов попал в «Худ». Выстрелы британцев заметного эффекта не имели. В 5–55 Холланд приказал сделать поворот на 20 градусов влево, чтобы задействовать кормовые орудия.

Около 6–00, когда «Худ» завершал манёвр, главный калибр «Бисмарка» произвел накрытие с дистанции около 8 миль. Судя по всему, 800-кг снаряд проломил довольно тонкую палубу британского крейсера, попав в склад боепитания. Прогремел чудовищный взрыв, разорвавший 267-метровый корпус корабля почти надвое, при этом обломки засыпали линкор «Принц Уэльский», шедший в полумиле позади. Корма «Худа» ушла под воду, а носовая часть оставалась над волнами еще несколько минут, за которые одна из башен сумела произвести последний залп. Из 1415-ти членов экипажа выжили всего три человека, которых подобрал эсминец «Электра».

Зарисовка командира линкора «Принц Уэльский» Джона Лича, приложенная к протоколу расследования гибели линейного крейсера «Худ»

«Принц Уэльский», который шел мателотом английской эскадры, вынужденно отвернул с курса, чтобы избежать столкновения с тонущим «Худом» и таким образом подставился под залпы сразу двух немецких кораблей. Получив семь попаданий, линкор вышел из боя под прикрытием дымовой завесы.

«Бисмарк» ведет огонь

Конец короткой одиссеи

Отправив на дно один из лучших вымпелов Британии всего за восемь минут, «Бисмарк» отделался повреждением двух топливных цистерн, а его котельный отсек №2 начал подтапливаться через пробоину в борту. Вице-адмирал Лютьенс отдал приказ идти к французскому Сен-Назеру для ремонта.

Несмотря на впечатляющую победу, ситуация для «Бисмарка» складывалась тяжелая. Во-первых, из-за дифферента на нос и правый борт снизилась скорость. Во-вторых, попадание в цистерну лишило линкор 3000 тонн топлива. В-третьих, зоркие радары крейсера «Саффолк» продолжали «вести» «Бисмарк», а значит, английский флот мог собрать силы и нанести еще один удар.

Уже вечером 24 мая девятка торпедоносцев «Суордфиш» с борта авианосца «Викториес» атаковала «Бисмарк», добившись одного попадания в главный бронепояс, которое, впрочем, не принесло серьезных разрушений. Однако активное противоторпедное маневрирование привело к срыву заплаток, в результате чего линкор лишился котельного отделения №2, которое было окончательно затоплено.

Перехват «Бисмарка» после уничтожения «Худа», которое повергло в шок всю британскую нацию, стал для флота делом чести. Беспрецедентные по размаху поисковые мероприятия дали эффект, и 26 мая гидросамолет «Каталина» нашел немецкий линкор в 690 милях от Бреста. В точку упреждения выдвинулось тактическое Соединение «Н» под командой адмирала Джеймса Ф. Сомервилля – «героя» расстрела французского флота в Мерс-эль-Кебире. Кроме того, на соединение пошли линкоры адмирала Тови («Родни» и «Король Георг V»).

Тови ошибочно рассчитал курс «Бисмарка», направив свои корабли к берегам Норвегии. Необходимо отметить, что из-за ошибки Тови ближайшие вымпелы, способные дать бой «Бисмарку», отставали от него на 150 миль, и остановить прорыв немцев к Бресту могло только чудо. И тут свое веское слово сказал авианосец «Арк-Роял» из Соединения «Н». 26 мая в 17–40 пятнадцать «Суордфишей» атаковали «Бисмарк». Архаичные бипланы с полотняной обтяжкой фюзеляжа, открытой кабиной и неубирающимися шасси, вооружались 730-кг торпедами и обладали очень низкой скоростью. Казалось, что это не может быть серьезной угрозой для стального гиганта.

Торпедоносец «Фэйри Суордфиш» – смертоносная «кошёлка»

«Суордфиши», которые летчики именовали не иначе как «кошёлками», имели возможность идти так низко над водой, что зенитчики «Бисмарка» никак не могли навести орудия на цели. Линкор искусно маневрировал, но одна роковая торпеда его все-таки настигла. Чудо случилось.

730-кг торпеда сама по себе не представляла большой опасности для сверхдредноута с фантастической системой непотопляемости и толстой броней. Но по стечению обстоятельств она попала в самое уязвимое место – рулевую лопасть. В один момент огромный корабль лишился управления и теперь мог маневрировать лишь за счет стопора винтов. Это означало неизбежное рандеву с превосходящими силами англичан.

«Суордфиши» над авианосцем «Арк-Роял»

В 21–45 «Бисмарк» вступил в бой с крейсером «Шеффилд», отогнав его огнем. Вслед за «Шеффилдом» подошли эсминцы «Казак», «Сикх», «Маори», «Зулус» и «Гром», также не добившиеся результативных попаданий.

27 мая в 8–00 «Родни», «Король Георг V» вместе с крейсерами «Дорсетшир», «Норфолк» и несколькими эсминцами настигли «Бисмарк». Море было неспокойным – волнение держалось на уровне 4–6 баллов, а немецкий сверхдредноут Гитлера мог давать лишь малый ход в 8 узлов и практически лишился активного маневра, будучи почти идеальной мишенью для девяти 406-мм орудий «Родни», десятка 356-мм пушек «Короля Георга» и шестнадцати 203-мм орудий «Норфолка» и «Дорсетшира». Первые выстрелы прогремели в 8–47 утра.

Линкор «Родни»

«Бисмарк» сосредоточил стрельбу на «Родни», который держался на удалении. Почти неподвижный немецкий линкор англичане взяли в классическую артиллерийскую вилку. Пристрелявшись по всплескам недолетов и перелетов, канониры тридцати пяти орудий крупных калибров начали укладывать снаряд за снарядом в корпус обреченного корабля. В 9–02 «Норфолк» дал попадание 203-мм снарядом в главный дальномерный пост на фок-мачте, что резко снизило качество наведения орудий «Бисмарка». Спустя шесть минут шестнадцатидюймовый снаряд с «Родни» поразил носовую башню «Б» («Бруно»), полностью выведя ее из строя. Почти одновременно с этим был уничтожен пост управления огнем.

Около 9–20 носовая башня «А» получила попадание предположительно с борта «Короля Георга». Между 9–31 и 9–37 замолчали кормовые башни «С» и «Д» («Цезарь и «Дора») после чего бой окончательно превратился в избиение. Всего активная перестрелка продолжалась около 45 минут, с предсказуемым результатом – артиллерия «Бисмарка» вышла из строя почти полностью.

Орудия главного калибра «Бисмарка»

«Родни» пошел на сближение и расстреливал врага с дистанции в 3 км, то есть практически в упор. Однако «Бисмарк» не спускал флаг, продолжая огрызаться из немногих остававшихся пушек вспомогательных калибров. Один из выстрелов поразил его рубку, убив всех старших офицеров на линкоре. По всей видимости, тогда погиб и капитан Линдеман, хотя выжившие моряки утверждали, что он уцелел и продолжал руководить боем до самого конца. Впрочем, это уже не имело никакого значения – огромный корабль превратился в пылающие руины, и только его великолепная живучесть не дала ему сразу отправиться на дно.

Всего британцы выпустили по «Бисмарку» более 2800 снарядов, добившись около семисот попаданий разными калибрами. Долгое время бытовало мнение, что «Родни» торпедировал «Бисмарк» из 620-мм аппарата, но современные подводные экспедиции этого факта не подтверждают.

Когда беспомощность «Бисмарка» стала очевидна британскому командованию, линкоры вышли из боя, оставив крейсеры доработать торпедами. Но даже несколько прямых попаданий в подводную часть немецкого линкора не привели к его затоплению. Недавняя экспедиция американского режиссера Джеймса Кэмерона на российском океанографическом корабле «Мстислав Келдыш» однозначно доказала, что вражеский огонь лишь значительно повредил линкор. Затоплен же он был собственным экипажем, не желавшим отдавать корабль на милость победителей.

Почему он утонул?

Кто именно отдал приказ о затоплении «Бисмарка», и был ли такой приказ вообще – неясно. Вполне возможно, что имела место «инициатива на местах». Кроме того, нельзя исключать вероятность, что огонь многочисленных пожаров привел к детонации части боеприпасов, которая и привела к фатальной пробоине. Исследования Кэмерона говорят об открытых кингстонах, которые, скорее всего, были раздраены трюмной командой. Как бы то ни было, в 10–39 утра «Бисмарк» перевернулся и затонул.

Из 2220-ти человек экипажа «Бисмарка» выжило 116. Среди спасенных оказался весьма примечательный персонаж – кот Оскар, продолживший службу в британском флоте. Он смог взобраться на плававший обломок, и был вытащен из воды экипажем эсминца «Казак». Впоследствии, когда «Казак» был потоплен немецкой торпедой, кот переместился сначала на борт эсминца «Легион», а после этого – на авианосец «Арк-Роял», чьи самолеты погубили его первый корабль («Бисмарк»). Позднее «Арк-Роял» погиб у Мальты, и Оскар вновь оказался на эсминце «Легион» к немалому удивлению экипажа. Заслужив прозвище «Непотопляемый Сэм», Оскар после войны жил в Белфасте, где и умер своей смертью в 1955 году.

Корабельный кот Оскар, переживший гибель трёх боевых вымпелов

Судьба «Бисмарка» весьма показательна. Во-первых, бой в Датском проливе в очередной раз показал бесперспективность развития кораблей без прикрытия их с воздуха. Устаревшие «Суордфиши» оказались грозным противником даже для новейшего и прекрасно защищенного линкора с тренированными расчетами многочисленных орудий ПВО. Во-вторых, в Германии прошла волна кадровых перестановок, отразившихся и на морской стратегии. Гросс-адмирал Эрих Рёдер лишился поста главнокомандующего, и на его место пришел Карл Дёниц – энтузиаст и видный теоретик неограниченной подводной войны. С тех пор «первую скрипку» в рейдерской войне играли немецкие субмарины, а крупные корабли оказались на вторых ролях. «Бисмарк» же остался лежать на морском дне, до сих пор служа напоминанием: непотопляемых кораблей не бывает!

Ваша реакция?


Мы думаем Вам понравится