Бои в начале ноября 1943 года на Правобережье Днепра: «а скажут, что нас было четверо…»
24
просмотров
Ккогда бригада равна корпусу.

Хотя в документах 91-й отдельной танковой бригады (отбр) утверждается, что замысел использовать бригаду для захвата Фастова возник в штабе 3-й гвардейской танковой армии ещё в период нахождения на Букринском плацдарме, в документах армейского уровня это явного подтверждения не находит. По раннему плану Фастовом, во взаимодействии с 1-м гвардейским кавалерийским корпусом должен был овладеть 6-й гвардейский танковый корпус (гв.тк), которым командовал опытный танкист и разведчик генерал-майор А.П. Панфилов. От 91-й отбр совместно с 50-м отдельным мотоциклетным полком требовалось на четвёртом этапе наступления 6–7 ноября захватить Белую Церковь, после чего вновь перейти в резерв армии.

Однако этот план в итоге пришлось переигрывать на ходу. Для лучшего понимания, почему вместо танкового корпуса на захват важнейшего узла была направлена «всего лишь» бригада, достаточно привести состав 6-го гв.тк перед наступлением, на вечер 4 ноября: 51-я гвардейская танковая бригада (гв.тбр) подполковника М.С. Новохатько имела 26 Т-34 и 156 активных штыков в мотострелковом батальоне, 52-я гв.тбр подполковника М.Л. Плеско — 14 Т-34 и 701 мотострелка соответственно, 53-я гв.тбр полковника В.С. Архипова располагала 15 Т-34, ещё пять «тридцатьчетвёрок» были на марше из ремонта. 22-я гвардейская мотострелковая бригада (гв.мсбр) полковника Н.Л. Михайлова имела 750 активных штыков.

Колонна танков Т-34. Украина, осень 1943 года

Как видно, по числу боеготовых машин 6-й гв.тк не намного превосходил бригаду полковника И.Г. Якубовского, имевшую 53 танка. Не очень сильно меняли картину и приданные 6-му гв.тк части: 1835-й самоходный артиллерийский полк (сап) подполковника Н.А. Нефедова имел в строю пять СУ-152 и один КВ, 1442-й сап подполковника А.Д. Рощектаева — 15 СУ-85 и один Т-34, 1893-й сап подполковника Ф.Е. Басова — три СУ-76.

Кроме того, корпус располагал 780 автомашинами и 45 бронеавтомобилями, 25 45-мм противотанковыми орудиями, 14 76-мм пушками, 12 37-мм зенитными орудиями и 37 зенитными пулемётами.

Не намного лучше обстояло дело и в других соединениях 3-й гвардейской танковой армии. Ситуация ухудшалась ещё и тем, что вопреки первоначальному плану, армия генерал-лейтенанта П.С. Рыбалко не вошла в чистый прорыв, как планировалось. На деле частям танковой армии «приходилось самим пробивать себе дорогу к оперативному простору». В результате 4 ноября, ночь на 5 ноября и весь следующий день корпус вел ожесточенные бои на подступах к Святошино. Сломить сопротивление немцев на этом участке и овладеть поселком удалось лишь после подхода бригад 7-го гв.тк.

Т-34 с пехотой на броне проезжают мимо уничтоженного «Мардера» III

Видимо, именно в результате этой задержки Рыбалко и решил изменить первоначальный план. Устный приказ командарма, отданный в 23:30 5 ноября на юго-западной окраине только что взятого посёлка Святошино перенацелил 91-ю отбр на Фастов. При этом задача овладеть Фастовом не снималась и с 6-го гв.тк, от которого требовалось наступать в том же направлении. Общее командование захватом и удержанием Фастова было поручено заместителю командарма генерал-майору И.П. Сухову.

Начав наступление утром 6 ноября, части 6-го гв.тк встретили на этот раз незначительное сопротивление противника — по оценка штаба армии немцы «для сохранения мало потрёпанных своих дивизий в районе Киева» отводили их для подготовки нового рубежа обороны. Серьёзное сопротивление бригады корпуса встретили у деревни Боровая.

В 17:00 штаб корпуса попал под удар немецкой авиации. В результате трёх массированных налётов был убит начальник штаба корпуса полковник В.В. Чернев, а также начальник разведки корпуса, помощник командира корпуса по технической части, два помощника начальника оперотдела штаба корпуса. Тяжёлое ранение получил заместитель командира корпуса по политической части полковник Н.Т. Лясковский. Вышла из строя часть средств связи, что затруднило управление частями. Понесли потери и танковые части — например, 51-я гв.тбр в этот день от ударов люфтваффе потеряла пять танков.

Экипажи 52-й гвардейской танковой бригады 6-го гвардейского корпуса и мотострелки на привале под Киевом, 03 ноября 1943 года

Тем не менее, после взятия Боровой бригады продолжили движение, не встречая активного сопротивления до рубежа высот восточнее Фастова. Здесь «тридцатьчетвёрки» встретил огонь зениток и танков, причем цели в ночной темноте подсвечивались прожектором. Здесь стоит привести интересный фрагмент из отчёта 51-й гв.тбр:

«К 21:30 06.11.1943 [бригада] подошла к г. Фастов, имея в своем составе 10 Т-34. Бригада шла во втором эшелоне, впереди была 91-я отбр. Начальник штаба 51-й гв.тбр майор Мельник, обогнав всех, хотел сходу ворваться первым в г. Фастов, но здесь же его танк был подбит и загорелся. Наблюдалось, что при подходе наших частей со стороны противника был дан сигнал — длинная очередь трассирующих снарядов из зенитной пушки в зенит. В тот же период 91-я отбр рассредоточилась по полю в 1,5 км северо-восточнее перед г. Фастов, и 51-я гв.тбр оказалась в первом эшелоне. Гвардии майор Мельник вызвал командира 315-го танкового батальона капитана Дубовича и отдал приказание на атаку; Дубович ответил «Я подчиняюсь комбригу», которого в то время не было здесь. «Пусть атакует 91-я отбр». Тогда майор Мельник отдал приказ командиру 316-го танкового батальона гвардии старшему лейтенанту Балю, который предложил подчинить ему все танки, что и было сделано майором Мельником».

Доклад 52-й гв.тбр был более лаконичен:

«В 19:00 06.11.1943 бригада в составе 7 танков, 3 противотанковых орудий и части мотострелково-пулемётного батальона сосредоточилась на подступах к г. Фастов. Для выполнения поставленной задачи по овладению г. Фастов было организовано взаимодействие с частями 91-й отбр и 53-й гв.тбр».

53-я гв.тбр, так же, как и 91-я отбр, в своём отчёте вообще не упоминает действия соседних бригад. Наиболее объективным, как и следовало ждать, стал доклад штаба 3-й гвардейской танковой армии:

«В то время, когда 91-я отбр наносила удар с севера, части [6-го гвардейского танкового] корпуса повели наступление: 51-я гв.тбр — на юго-восточную, 52-я гв.тбр — на южную и 53-я гв.тбр — на западную окраину г. Фастов».

76-мм «полковушка» образца 1927 года на конной тяге проезжает мимо подбитого «Тигра» из состава 509-го тяжёлого танкового батальона. Район Киева, ноябрь 1943 года

Отметим, что установить точный состав гарнизона Фастова по немецким источникам пока не удалось. Однако представляется, что в данном случае советские разведсводки ближе к истине, чем воспоминания начальника штаба немецкого XLVIII танкового корпуса. Одна только 91-я отбр отчиталась о 11 подбитых и уничтоженных танках, пяти самоходных орудиях, 29 пушках различного калибра и трёх зенитных батареях. Как видно из процитированных выше документов, о наличии зенитных частей упоминают и другие бригады, что выглядит логично — Фастов как важный железнодорожный узел должен был иметь достаточно мощную ПВО. Что касается вопроса «кто и сколько», то наиболее взвешенно выглядят данные штаба 3-й гвардейской танковой армии: «91-я отбр: пушек — 32, танков — 2, самоходных орудий — 2. 6-й гв.тк: уничтожено и подбито самоходных орудий — 10, зенитных орудий — 15, танков — 7».

Однако танковое сражение за Правобережье Днепра ещё только начиналось.

Продолжение следует: События 7–8 ноября 1943 года под Фастовом: «им с большим трудом удалось оторваться от русских…»

Ваша реакция?


Мы думаем Вам понравится