Федор Васильев: Гений, затмивший Шишкина и сгоревший в 23 года

Незаконнорожденный талант: тяжёлое детство и первые шаги

Федор Васильев появился на свет 10  февраля 1850 года в Гатчине в семье, где царили бедность и раздор. Его родители долгое время не были обвенчаны, что в те времена накладывало тяжёлое клеймо: мальчик считался незаконнорожденным, не имел права на отчество и фамилию отца. Жизнь усугублялась характером отца — тирана, игрока и алкоголика, державшего в страхе всю семью. Именно эта атмосфера, вероятно, и закалила невероятную целеустремленность будущего художника.

Рисовать Федор любил с детства, талантливо копируя картинки из журналов. Его редкий музыкальный слух и чистый голос открыли ему двери гимназии, где он учился бесплатно, терпя насмешки более обеспеченных одноклассников. Чтобы содержать семью, особенно после смерти отца, пятнадцатилетний Федор устроился почтальоном. Но ни работа, ни лишения не могли погасить в нём страсть к искусству: после трудового дня он шёл на вечерние курсы в Рисовальную школу, а позже устроился помощником к реставратору Академии художеств.

«Феномен, какого ещё не было на земле!»: признание гениев

Судьбоносная встреча с Иваном Крамским и Иваном Шишкиным перевернула жизнь молодого самоучки. Его дар, помноженный на феноменальную работоспособность (Васильев почти не спал), мгновенно привлёк внимание. Картины раскупались, а сам художник вскоре стал любимцем петербургской аристократии.

Отношения с мэтрами сложились по-разному. Крамской, ставший его наставником и самым преданным другом, буквально боготворил Фёдора. «Ах, Васильев! Это, батюшки, такой феномен, какого еще не было на земле!.. Я такой одарённой натуры еще не встречал!» — восторгался он. Шишкин, поначалу учитель, вскоре признал в юноше равного себе коллегу.

Совсем иначе воспринимал дерзкого самородка Илья Репин. Он долго сторонился «нахала и насмешника», не понимая, «откуда только такие берутся?!». Однако позже, наблюдая за Васильевым, Репин изменил мнение, сравнивая его кипучую натуру, острый ум и пылкий интерес к жизни с Александром Пушкиным. Когда Репин жаловался Крамскому на выходки «птенца», наставник парировал: «Вы решительно не знаете Васильева. Видели ли вы его работы?»

Триумф «Оттепели» и роковая шалость

Переломным моментом стал 1871 год. Картина Васильева «Оттепель» получила первую премию на конкурсе Общества поощрения художеств, обойдя работу Алексея Саврасова. Это был беспрецедентный успех: 20-летний художник без системного образования и благородного происхождения победил маститых профессионалов.

Триумф был полным: будущий император Александр III заказал копию для Аничкова дворца, а через год полотно покорило Лондон на Всемирной выставке. Казалось, перед Васильевым открыты все пути. Но судьба готовила жестокий удар.

Не желая почивать на лаврах, художник продолжал работать на износ, не забывая и о светских развлечениях. Во время одной из зимних поездок он, словно ребёнок, наелся снега и тяжело простудился. Болезнь переросла в чахотку (туберкулёз). Врачи настаивали на срочной поездке в Крым, но Васильев, не до конца осознавая опасность, отправился работать в Финляндию. Вернулся он оттуда уже безнадёжно больным.

Тоска по родине и посмертная слава

Вынужденный переезд в Ялту стал для художника ссылкой. Он тосковал по родным лесам и полям средней полосы, чувствуя себя «как рыба, выброшенная на берег». Здоровье стремительно ухудшалось, но в моменты просветлений Васильев снова брался за кисть. Опираясь лишь на память, он создал в Крыму свой шедевр — «Мокрый луг», потрясший Крамского.

Ещё одним триумфом стала картина «В крымских горах», взявшая первую премию. Больной художник отправил в Академию прошение о присвоении высшего звания, но чиновники, «подумав», отказали, присвоив лишь почётное звание «вольного общника». Это стало последней, горькой каплей.

Фёдор Васильев скончался в Ялте 24 сентября 1873 года в возрасте 23 лет. Первый памятник на могиле друга установил Иван Шишкин. Посмертная выставка работ художника стала сенсацией: все полотна, включая эскизы, были раскуплены ещё до открытия. 18 картин приобрёл Павел Третьяков, несколько альбомов выкупила императрица.

Так оборвалась жизнь гения, который за пять лет успел сделать то, на что другим требовалась целая жизнь. Его наследие — это не только великие картины, но и вечный вопрос: каких ещё вершин мог бы достичь этот «феномен, какого ещё не было на земле», проживи он дольше?